Красивый. Грешный. Безжалостный

Глава 24. Пожар

— Юна, ты сегодня огромная молодец! И остальные ребята, вы тоже очень классно постарались, я вами горжусь, — голос Ролана звучал тепло и я почувствовала, как внутри разливается приятная усталость, смешанная с чувством выполненного долга.

Многие уже разошлись по своим делам но я еще парочка молодых ребят остались. Они были школьники и их скоро должны были забрать родители. Мы сидели в кафе. Время уже было позднее, за окнами сгущались синие сумерки, а Ролан, этот удивительный человек, налил нам всем вкусный чай и собственноручно порезал пирог.

Пышный, ароматный, он сказал, что его готовила жена, и от одного запаха домашней выпечки у меня защипало в носу, потому что это был точно такой же пирог с вареньем, какой я пекла у себя. Обычный, простой, но в этой простоте было столько любви...

Пример Ролана вообще меня вдохновлял.

Этот альфа занимался волонтерством практически на собственные деньги, вкладывая душу в то, что другие считали безнадежным, ведь государство давало ему лишь небольшую субсидию один раз в месяц, которой едва хватало на оплату электричества.

У него была своя семья. Молодая жена-омега и маленький ребёнок, а ещё это кафе, где он занимался кроликами. За свои же деньги покупал корма, просто потому что не мог иначе. Он был очень добрым мужчиной. Одним из тех редких альф, которые используют свою силу для защиты, а не для разрушения.

Я один раз видела его омегу, и по ним обоим сразу было видно. Между ними не просто связь, а еще и очень крепкие и теплые чувства.

Пока она не была беременна, как рассказывал Ролан, она всегда помогала ему здесь, на раздаче, но беременность далась ей очень тяжело. Буквально вытянув все силы, а потом ребёнок родился — крошечная девочка, омега. Ген пробудился рано и это сильно ударило по малышке.

Ролан в дочке души не чаял, и я знала, почему он так стремится помогать другим, почему не проходит мимо чужой беды. Всё дело было в том, что Ролан сам вырос на улице. И до момента, пока не пробудился его ген альфы, сделав его «ценным ресурсом», государству было на него плевать, из-за чего он едва не погиб от голода и холода. Именно это, по его словам, сподвигло его начать помогать другим. Тем, кто ещё не нашел свою опору.

— Юна, тебе я уже вызвал такси, — проговорил мужчина, вырывая меня из раздумий, и похлопал ладонью по плечу, словно старший брат.

— Не стоило, Ролан, я доберусь сама, — попыталась я возразить, хотя ноги уже почти не слушались от усталости.

— Куда ты там доберёшься? — нахмурился он, и в его голосе прорезались строгие нотки. — Время позднее, транспорт уже почти не ходит, а пешком я тебя не отпущу. Мало ли придурков всяких на улице сейчас, особенно в это время.

Я только пожала плечами, понимая, что спорить с ним бесполезно. Если Ролан что-то решил, он это сделает. И в этот момент в кармане зажужжал телефон. Достав его, я обомлела, увидев сообщение от Кисе. Сердце почему-то пропустило удар, предчувствуя недоброе.

«Юна, привет! Мне сейчас позвонил комендант. Срочно беги в общежитие!»

Я нахмурилась, быстро печатая ответ, но как только сообщение было доставлено, девушка тут же мне позвонила.

— Кис, привет! Ты где пропадала? Я же переживала за тебя! — выпалила, прижимая трубку к уху.

— Юна… меня родители увезли за город и… ну ты знаешь, омежьи дела, будь они неладны начались неожиданно, — голос подруги был слабым, каким-то безжизненным. — Думала, богу душу отдам, ужас-ужасный был. Вот сейчас под капельницей лежу. Скоро выпишут уже, но я-то…

— В смысле? Ты что, в больнице?! — я вскочила со стула, едва не опрокинув чашку с чаем, и выбежала из кафе на холодный воздух. — Ты почему мне не сказала? Я бы хоть приехала к тебе!

Поверить не могла, что течка Кисе прошла настолько плохо, что её пришлось госпитализировать, и от этой мысли внутри всё сжалось от жалости и тревоги за подругу.

— Да что ты кричишь, я всего два дня как в себя пришла, мне правда было плохо, — прохрипела она. — Юна, слушай внимательно… Комендант звонил. Наша комната горит. До тебя дозвониться не смогли, телефон, видно, был вне зоны.

У меня в животе всё опустилось. Буквально рухнуло вниз, оставляя после себя ледяную пустоту.

— Как это комната горит?

— Я не знаю… Ты позвони ей сама. Я уже сейчас спать лягу, мне снотворного вкатили, голова кружится. Завтра я тебе наберу, хорошо?

Связь оборвалась. Я тут же, дрожащими пальцами, набрала номер коменданта. Женщина, заикаясь от волнения, вкратце рассказала мне жуткие вещи. Кто-то кинул нам в окно зажигательную смесь. Студентки видели какого-то странного, щуплого паренька, который размахнулся, пробил стекло камнем, а следом швырнул бутылку, и там сразу же всё вспыхнуло. Поймать его не успели. Он убежал сразу же.

Где мне ночевать я не знала. Комендант пыталась успокоить меня тем, что мне дадут временное жилье в другом крыле, пока не восстановят мою комнату, но комната — это одно. Там были все мои вещи. Всё, что я накопила за эти годы.

Хорошо хотя бы паспорт был при мне. Радовало, что и деньги были на карточке, но вот вещей… Зима близится, а у меня всё сгорело. Всё.

Я отключила телефон и, закрыв лицо руками, просто осела, опираясь спиной на холодную стену кафе. Слезы душили, обжигали щеки, стекая по подбородку.

Кому я что сделала? За что мне всё это? От отчаянья выть хотелось и в груди защемило. Я вообще не понимала, в какой момент моя жизнь превратилась в пепелище. Не знаю сколько я так просидела но по ощущениям довольно долго. Ведь промерзла ужасно и ноги затекли.

А в себя я пришла от того, что меня резко, почти грубо схватили за плечи и дёрнули вверх, заставляя подняться. Проморгавшись от слез, я увидела перед собой лицо Каина. Оно было настолько сильно искаженным яростью,что кажется в глазах метались всполохи настоящего безумия.

— Блять… ты чего трубку не берешь?! — прорычал он, тряхнув меня так, что зубы клацнули. — Я тебе звонил раз двадцать!

— Моя к-комнатаааа… Мне сейчас позвонили и …

Горло сдавил спазм и я не смогла договорить. Боялась что позорно разрыдаюсь в голос как маленькая. И шмыгнув носом опустила голову сцепив зубы до боли. Казалось еще немного и раскрошу их. Деза выругался сквозь зубы и мне на плечи тут же опустилась теплая куртка. Его куртка. Он взял меня пальцами за подбородок пальцами и провел большим по щеке стирая крупную каплю слезы.

От его прикосновения меня пробило дрожью и от одного его взгляда в мои глаза весь остальной мир словно перестал существовать.

— Посмотри на меня, Юна. Не плачь.

Он выглядел настолько злым что его давление буквально дробило воздух на частицы, но не касалось меня и крошечной волной. Каин перевел взгляд за моё плечо и кивнул кому то, кого я не видела. Я кажется кроме него сейчас вообще никого рядом не ощущала.

— Отвези её ко мне в квартиру. Головой отвечаешь. Понял?