Лунный цветок

Глава 4

ВОСПОМИНАНИЕ

Кровопоклонники обязаны патрулировать улицы, чтобы выяснить, не нуждаются ли люди в безопасности — будь то на Территории кормления или в поселении.

— Закон Серуна

Солнечный свет пробивается сквозь листву, словно стремясь разрезать каждую щелочку, лишь бы получше обжечь мою бледную, чувствительную кожу. Покрасневшие пятна покалывает от раздражения; пот пропитывает корни волос и стекает по спине, из-за чего рубашка неприятно липнет к телу.

Я веду обратный отсчет до момента, когда смогу вернуться в комплекс с кондиционерами, прочь из этого душного ада. При этом я стараюсь вести себя так, будто жара меня не трогает — это необходимо, чтобы скрыть мою принадлежность к ночным странникам, ведь они физически не выносят солнечного света.

Но не только мне досаждает солнце. Густые кудри Мэнни прилипли к её коже, выписывая влажные узоры на потных плечах.

Мой взгляд смягчается, а кончики пальцев пронзает странный зуд.

— Можно заплести тебе косу?

К лицу Мэнни приливает краска, и она шепчет:

— Конечно.

Джакс шумно выдыхает, пока я подползаю к ней и опускаюсь на колени сзади.

— Тебе всегда хочется быть поближе к друзьям, а не к своему парню.

— Ты мне не парень, — подчеркнуто растягивая слова, бросаю я.

— Пока нет.

— Ситуативные отношения, — кашлянув, вставляет Эмили.

Мэнни садится передо мной, скрестив ноги; Джакс хмурится, видя самодовольную улыбку Эмили. Затем, со вздохом закатив глаза, он переводит взгляд на Дэна, сидящего рядом с Эм:

— Не хочешь прогуляться? Мне нужно отлить.

Дэн пожимает плечами и, быстро сжав бедро Эмили, встает. Мужчины направляются к периметру. Они проходят мимо Жюльена и Бьянки, которые нежатся на солнце. Рука Жюльена вытянута, Бьянка положила голову ему на плечо, а его свободная рука ласково поглаживает её живот, пока они обожающе смотрят друг на друга.

— Разведка? — спрашивает Мэнни, когда я возвращаюсь к её волосам, собирая их в пучок. Боковым зрением я замечаю движение и поднимаю голову: Коул с кислым видом занимает место Джакса под деревом.

— Скорее всего, — бормочу я.

Эмили перекатывается на живот, упираясь локтями в траву и положив подбородок на ладони. Она болтает ногами в воздухе, наблюдая за нами.

— Почему ты никогда не просишь заплести волосы мне?

— Потому что Мэнни я люблю больше, чем тебя, — отвечаю я монотонно, стараясь не выдать улыбку, которая так и просится наружу.

— Сая шутит, — говорит Мэнни. Она знает меня слишком хорошо, ведь мы дружим дольше всех. — А где ты научилась так плести?

Я слегка прищуриваюсь от этого вопроса.

— Полагаю, это получилось само собой…

— Хм… Моя сестра раньше заплетала меня, но она делала это ужасно. Вечно захватывала слишком много волос и тянула изо всей силы, — она смеется, но в её голосе слышна грусть. — Честно говоря, я скучаю по этому.

Эмили приподнимается и садится по-турецки, подавшись вперед.

— Вы никогда не говорите о своих семьях, — её взгляд мечется между нами. — Обе.

Я поджимаю губы и прикусываю их изнутри.

— Рассказывать особо нечего, — говорит Мэнни, пока я плету, осторожно перебирая пряди пальцами. — Моя семья была из Сидала, но когда его наводнили ночные странники, мы решили попытать счастья на материке… — её голос стихает. — Но по пути мы потеряли почти всех.

— Твоя сестра? — спрашиваю я.

— Какое-то время нас было только трое: я, Нора и мама. Потом, когда мама исчезла, мы остались вдвоем, — голос Мэнни дрожит. — Она заплетала мне косы каждое утро и пела колыбельные перед тем, как уйти за едой. У нас был распорядок. Я спала днем, пока она была на вылазках, а ночью бодрствовала, пока спала она. Однажды, когда она ушла за припасами, Кровопоклонники выломали дверь и вытащили меня. Так я оказалась здесь, с вами.

Эмили тяжело вздыхает:

— Твоя сестра, должно быть, очень скучает.

Мэнни смеется, когда я хлопаю её по плечу, давая понять, что закончила. Она отстраняется и касается косы. В глазах блестят слезы, но она пытается скрыть их, часто моргая.

— Да. Я прямо вижу, как она будет меня отчитывать, когда я наконец выберусь отсюда. Она пламенная, с характером. Поэтому я и знаю, что она всё еще там, снаружи. Она выживет в любых условиях.

Я кладу руку на плечо Мэнни:

— Когда мы выберемся, мы должны найти её. Уверена, Джакс не будет против.

Лицо Эмили кривится:

— Неужели? У меня такое чувство, что его волнуешь только ты.

— И Коул, — моя рука соскальзывает с плеча Мэнни. — Но даже если и так, он пойдет за мной.

Улыбка Мэнни меркнет.

— Спасибо, Сая, но я всё еще не уверена, хочу ли уходить. После нашего последнего побега я не доверяю Джаксу.

— Насчет Винни… — я пытаюсь подобрать слова. — Мне очень жаль…

Она качает головой, делает глубокий вдох и натягивает вымученную улыбку:

— Черт, ну и жарища сегодня. Уже мечтаю о завтрашнем утреннем душе!

Мы с Эмили переглядываемся, понимая, что Мэнни нужно отвлечься от прошлого, и молча соглашаемся сменить тему на ужин. Коул вклинивается в разговор, и мы все вместе принимаемся жаловаться на нехватку еды, дожидаясь возвращения Джакса и Дэна.