Мурраны. Фея для ректора

Глава 15

На этот раз мы шли недолго. Буквально до ближайшего коридора, где никаких комнат, залов и кабинетов не было вовсе. Зато пол состоял из помеченных выпуклыми орнаментами, загадочно мерцающих плит. Они шли одна за другой и были помечены руническими символами.

Этот язык мы читать не умели, поэтому с нетерпением ожидали пояснения от верховного мага. Тем более, одна из плит не сияла и была тусклой, словно ее кто-то выключил.

— Это зал перемещений, сударыни, — произнес Муррлок. — Отсюда можно попасть в любое место замка. И сегодня нам предстоит побывать в зале, который не использовался много-много лет.

— А почему вон та плитка не горит? Лампочка перегорела? — ну собственно, где другие молчали, Гайка проявляла любопытство.

— Не перегорела, — усмехнулся Киссен. — Тот переход, о котором вы говорите, Дина, ведет в вашу башню. Запрет на ее посещение до вчерашнего дня не был наложен. Я уверен, вы бы не обрадовались, если бы в вашей гостиной стали появляться молодые коты.

— Ну это смотря какие, — хихикнула Гайка. — Если хорошенькие, то почему бы и нет. Главное, чтобы не рыжие наглые типы.

— Дайте ему шанс, — тихо попросил Муррлок. — Марсси импульсивен, но он способен удивить, я уверен.

— Давайте начнем урок, — сказала Варька, чтобы просто изменить тему разговора.

Хотя, я понимала ее нетерпение. Мне тоже на ее месте хотелось бы побыстрее закончить с учебой и отправиться в город. Жаль, никто не приглашал.

— Да-да, там нужна вот эта печать, — кивнул ей верховный маг.

— А там, что за зал? — Пилюля указала на соседнее помещение.

Я тоже позволила себе заглянуть туда, куда смотрела Альбина. Там было темно, но даже в полумраке, можно было различить на полу четыре круга.

— Это зал пространственных перемещений за территорию замка, к другим замкам Мурры.

— К замкам? — изумилась Варька. — Но мы видели только один.

— Когда-то их было пять, — вздохнул Киссен. — Встаем на печать, сударыни. А на уроке я вам расскажу о других замках.

Пространство заискрилось, стены зала растаяли, а вместо них появились другие, без колонн и тайных знаков. Самые простые замковые стены в круглом зале, из которого вела лестница вниз. А прямо перед собой мы увидели дверь с табличкой «Мастерская истинной магии».

— Магистр, — обратилась я к верховному магу. — Вы говорили, что зал не использовался много лет. Почему? У мурранов не было потребности в истинной магии?

— Вы задаете очень точные вопросы, сударыни, и я на них отвечу, но сначала посмотрим, все ли там в порядке.

Муррлок сжал в ладони свой кулон, вторую руку направил на дверной замок. Его губы беззвучно шевелились, словно он шептал молитву или заклинание. В любом случае на наших глазах творилась настоящая магия.

— Во имя Мурры Великой и по единогласному решению Совета, — вслух произнес он, двери распахнулись. Киссен заглянул внутрь и предупредил: — Еще минуту.

Поток магии снова устремился из его рук, завертелся вихрем, убирая со всех поверхностей пыль.

— Апч-ч-ч-чхи-и-и-и! — чихнула Машка.

— Занятненько, — заглянула через спину мага Гайка.

— Заходить-то можно? — за Варей, как всегда, осталось последнее слово.

— Да-да, проходите.

Муррлок посторонился.

Мастерская не была никакой мастерской. Она была круглым залом, почти все пространство которого занимал огромный и тоже круглый стол. На нем начертали те же символы, что и на свитке от местного божества. Мы в этом ничего не смыслили, но смотрелось загадочно и красиво.

Сидеть предполагалось на стульях с высокими спинками. Все для людей.

Непонятным оставался еще один предмет, а вернее — россыпь предметов, то есть прозрачных кристаллов. Они парили в воздухе между потолком с изображением звездного неба с огромной луной и столешницей. Причем, острие самого крупного кристалла было направлено в центр стола.

— Занимайте места, сударыни, а я пока вам немного расскажу о назначении этого зала.

— Чувствую себя сэром Ланселотом — рыцарем круглого стола, — усмехнулась Варька.

— Ага, я с первой минуты здесь себя сером ощущаю. На счет рыцаря не уверена, — хмыкнула Гайка.

По всей окружности зала вспыхнули магические фонари. Их свет отражался от кристаллов, преломлялся и отбрасывал радужные блики.

— Красиво, — заметила Варя. — Но мы хотели бы получить ответы на все озвученные вопросы.

— И на миллион других, — кивнула Пилюля.

— Понимаю, — кивнул Муррлок. Он разжал ладонь, в которой держал свой кулон, и продемонстрировал нам. — Это мой туар — семя священного древа туары, дающей силу.

Туара… Дерево… А ведь на карте в библиотеке в центре звезды тоже была туара, и рядом с ней стоял значок мощного дерева.

— Раньше свой туар получал каждый мурран, который обрел свой дар. Кот шел к древу, и оно дарило ему свою частичку. Каждому свою, подходящую исключительно его магии. Когда кот умирал, его туар приносили сюда, и кристаллы-накопители впитывали остаток магии. За много веков энергии в них накопилось немало, несмотря на то, что «Мастерскую истинной магии» использовали для восстановления выгоревших магов и для становления магии у молодых котов, которым трудно давалось принятие дара. А потом, когда проход к туаре закрылся, ее семена больше не приносили сюда, поскольку каждый туар усопшего наследовался потомком рода. И тогда Советом было решено запечатать эту комнату.

— Что значит — проход к туаре закрылся? — не выдержала я.

Перед глазами стояла карта, и лучи от замков протягивались к центру — к дереву. И кошки с символами таро…

— Никто из ныне живущих не знает, как выглядит этот проход и почему он закрылся, — пожал плечами Муррлок.

— Вы обещали рассказать про замки, — напомнила я.

Сердце сжалось, а потом отчаянно застучало, словно предчувствовало, что сейчас мы услышим нечто очень важное.

— Они давно разрушены, — вздохнул верховный маг. — Первые самые страшные разломы происходили под их стенами. Я уверен, что замок Васс сохранился лишь благодаря кристаллам истинной магии. Именно она уберегла и мурранов.

— Замок Васс… — задумчиво повторила Машка. — Он ведь так назван в честь рода Вассов, и Уоррвик Васс последний представитель этого рода?

Ее интуицией я восхищалась с того самого момента, как мы сюда попали. Это я видела карту в своих видениях, с девчонками пока об этом разговора не было.

— Так и есть, сударыня, — подтвердил кот.

— Говорите, замков было пять? — спросила она.

— Истинно так.

— И назывались они: Васс, Фхшшак, Арсс, Киссен и Пушш.

Нет, она не спрашивала, а просто угадывала чудесным образом. Это было еще не все.

— И если источник истинной магии, оставшейся в распоряжении мурранов, находится в замке Васс, значит, именно он был главным из пяти, — предположила Пирожок.

— Разумеется, сударыня. Ведь род Васс… королевский.

Хмм… А вот и символ короны. Это что же… Уоррвик Васс был бы королем, если бы власть не принадлежала Совету? В этом стоило разобраться. Потом. А сейчас я точно знала, что нужно делать.

— Нам следует посетить руины каждого замка в сопровождении наследников, — произнесла я.

Муррлок внимательно посмотрел на меня, но расспрашивать пока не стал. Он словно давал нам время для чего-то важного.

— Хорошо, с туарой и замками выяснили, — подвела итог Варька. — И мастерскую вы открыли для того, чтобы наш дар усилить. Это тоже понятно. Давайте не станем терять время и приступим.

— А никто его и не теряет. Пока мы общаемся, магия делает свое дело. И скоро вы почувствуете ее силу, — ответил верховный маг.

Мда… И кое-какие ответы получили, и магию, надеюсь, обрели. Все, как записано в храме богини Мурры — одно не исключает другого.

Я вдруг подумала, что можно совместить полезное с приятным. Рассказать девчонкам о библиотеке, и заодно выяснить у Муррлока о знаках на карте, а возможно, узнать кое-что о тех трагических событиях, о которых говорят все, но ничего толком не знает никто.

— Магистр, — обратилась я к верховному магу. — Коль скоро мы тут приятно и с пользой беседуем, мне бы хотелось рассказать о своем сне. Быть может, в нем что-то зашифровано, и вы сможете его пересказать.

— Ваши сны всегда знаковые, Карина, — кивнул Киссен. — А учитывая, что в этом месте дар всегда усиливается, предположу, что ваше решение рассказать нам сон — верное.

Рассказ не занял много времени. По сути, я лишь описала библиотеку и карту, упомянув кошачьи следы, которые успела заметить в вековой пыли. Хотя о следах лучше расспросить Мурчало, когда тот соизволит появиться.

Девчонки слушали очень внимательно. Я видела, что им тоже не терпится услышать пояснения от представителя мурранов.

— Ну что, справедливо, — кивнул старый кот. — О том месте, о котором рассказала ваша подруга, я не слышал, но расскажу нечто, что вам следует знать и что непосредственно касается карты.

Муррлок откинулся в кресле, положил ногу на ногу и стал говорить.

Оказывается, все миры во всех вселенных расположены не хаотично, как считают земные астрономы. Они делятся на две большие группы: светлые, где приветствуется жизнь, и темные, где приветствуются лишь настроенные против жизни формы. Но пока есть гармония, миры не мешают друг другу существовать на их условиях.

Чтобы сохранять равновесие и поддерживать баланс, между группами миров был рубеж — еще один мир, роль которого в нашей вселенной выполнял Итлан. Коренные жители приграничья всегда наделялись более сильной магией, уникальными способностями и получали прочие плюшки и ништячки от мироздания. А им всего-то и нужно было время от времени латать дыры с обеих сторон, не давая тьме проникнуть к свету, а свет не допустить к тьме.

И все было хорошо до тех пор, пока не был изобретен некий артефакт, а фактически — магическая машина, которая автоматизировала защиту. И разумеется, создание подобного устройства приписывали Вассам, хотя никто не мог этого доказать.

И что получалось на самом деле? Лучшее — враг хорошего. Этот постулат доказало само время на бесчисленных примерах, но ошибку все повторяют и повторяют, в попытках облегчить себе жизнь, а по факту — делая ее скудной, меняя приоритеты.

К примеру, взять десять сапожников. Кто-то из них шил просто хорошие сапоги, кто-то отличные, а кто-то создавал не обувь, а шедевры — поэзию, застывшую в коже. А потом изобретался конвейер с типовыми операциями на каждой стадии. Обуви, и даже неплохой обуви, становилось больше, но ни о какой поэзии уже речь не шла. Зато продукт получал массовый покупатель. Становилось больше товаров, они дешевели, и как результат — становилось больше покупателей, поскольку теперь можно было не ограничиваться одной парой. А что? Ведь годами на обувь больше не нужно копить, а значит, можно и не беречь.

Так вот с магией мурранов из-за этого конвейера-артефакта вышло все то же самое. Устройство облегчило их труд по защите вверенного рубежа, но нарушило тот самый баланс между светом и тьмой. Как результат — иссякли те плюшки и ништячки, которые отсыпало мурранам мироздание — их магия стала в разы слабее, за счет исчезновения загадочного древа туары, а разломы стали появляться чаще. Правда, сами коты весь этот апокалипсический набор бед и трагедий называют — «Мурра от нас отвернулась».

Как по мне — глупо, ибо каждый человек творит свою судьбу сам, в каком бы мире ни оказался, и даже если он кот. Впрочем, с причинами бед я бы поработала. Причем, с каждой в отдельности, и начала бы с архивов. А Мурра… Она же женщина, хоть и кошка. Конечно, ей обидно, что во всех бедах винят ее. Все равно, что я бы свои проблемы сбрасывала на Мурчало. Представляю, как это чудо на меня бы мурчало!

В общем, что-то тут явно было недоработано.

— А что с символами? — спросила я.

— С ними все просто, — улыбнулся верховный маг. — Оракул, защитник, интуит, целитель и балагур — это замкнутый контур, жизнь во всех ее проявлениях.

— Поясните, пожалуйста, — попросила Варя.

— Все мурраны владеют боевой магией, на протяжении жизни оттачивая ее, совершенствуя, доводя до идеала. Девиз любого кота — в любой момент быть готовому к смерти, но отдать жизнь как можно дороже. И все же у пяти родов дар отличался. Во главе всех стояли оракулы. Кто видит будущее, тому открыты все пути. Именно поэтому над замком Васс всегда рисовали корону. Четыре иных дара тоже делятся на относительно светлые и относительно темные…

— Относительно чего, магистр? — спросила Пилюля.

Старый кот рассмеялся.

— Относительно обстоятельств, сударыня. Нет абсолютного света, как нет абсолютной тьмы, и даже целительство порой может принести вред здоровью, так ведь?

Муррлок внимательно посмотрел на Альку и та кивнула.

— Так вот, мечи и жезлы более тяготеют к тьме. Арссы — мечи, самые искусные стратеги и воители. Фхшшаки — жезлы. Боевой жезл может быть опаснее меча, если владеющий им просчитает ход противника. Интуиты — их способность предвидеть, всегда оказываться на шаг впереди противника. Однако, видеть будущее и предвидеть некоторые его моменты все же вещи разные. И при сильных оракулах интуиты всегда находились в их тени. Кроме того, в них есть кровь темных. Поэтому все Фхшшаки так хорошо чувствуют, где и когда появится следующий разлом.

— И откуда же в них взялась кровь темных? — спросила Пилюля. — Или мурраны не могут иметь потомство лишь от людей, а с другими — запросто?

— Появление потомства — слишком важная для нас и очень интимная тема. Скажу лишь одно, когда туара дарила каждому коту персональный туар, межвидовые связи имели место. Об этом говорят сказания и древние летописи.

Значит, теоретически межвидовой союз возможен? Почему-то я сразу подумала об Уоррвике и сразу себя укорила за это. Слишком уж меня тянуло к этому мужчине, с каждой нашей встречей все сильнее.

— Итак, относительно светлые виды магии и их обозначения. Целитель — это почти защитник, но он защищает жизнь более гуманными способами, чем воины. А жизнь — самое ценное для любой цивилизации, для любого живого существа, дороже золота. Поэтому и над замком Киннов рисовали золотую монету. Прародители рода даже недавно почивших могли вернуть к жизни, если душа откликалась на их зов. И последние — балагуры. Коты владеющие ораторским искусством. Их слово во все времена было способно повести за собой хоть на бой, хоть на праздник. Видимо, поэтому над замком Киссенов — кубок. На мой род всегда опиралась власть оракулов.

Верховный маг как-то вдруг и слишком резко замолчал. У меня сложилось впечатление, что он нам не сказал многое. То, что положено было знать, но каким-то образом компрометировало род Киссенов.

Лично у меня возникло стойкое ощущение, что на момент кризиса оракулам уже не на кого было опираться. Ну разве что мечи не изменяли своей чести. Возможно, Кинны, как хранители жизни, сохраняли нейтралитет. А недооцененные Фхшшаки с темной кровью и Киссены в позе «у трона» вполне могли устроить заговор против действующей власти. Я опиралась лишь на земной опыт различных династий. В истории каждой из них случались подобные перевороты. Даже потомки тех заговорщиков до сих пор заседают в Совете и обвиняют Вассов в какой-то мнимой измене, но почему-то упорно не желают докопаться до истины.

Муррлок что-то хотел сказать, но двери мастерской распахнулись и зашел огромный мурран. Даже Ррич проигрывал в размерах мощному блондину. Это был огромный незнакомый воин. Судя по возрасту, не адепт, а опытный солдат, прошедший не одну битву, о чем говорили шрамы на его коже.

— В чем дело, Ошшн? — спросил Киссен.

— Разлом… У города… Туда стянуты все силы. Даже адептов в этот раз пришлось привлечь. Вас срочно просят в зал Совета, — произнес он.

Верховный маг тут же поднялся и пошел за воином. В дверях Муррлок остановился.

— Прошу вас оставаться здесь, сударыни. Мастерская истинной магии — сейчас самое безопасное место на Итлане.

— Сидеть? — вскочила Машка. — То есть, как это сидеть?

— Успокойся, Пирожок, — дотронулась до ее плеча Пилюля Сергеевна. — Они ведь победят? Что подсказывает тебе интуиция?

Полежаева задумалась, прислушиваясь к себе.

— Им будет невероятно сложно в этот раз, — наконец, произнесла она.

— Судя по всему, просто здесь не бывает, — вздохнула Варька. — И раз уж даже меня не взяли к этому их разлому, постараемся быть полезными здесь.

— Как ты себе это представляешь? — спросила Гайка.

— Очень просто. Мария позаботится о сытном ужине, который восстановит силы и поднимет всем настроение. А мы вчетвером отправимся искать старичка-целителя и предложим ему свою помощь. Видели, какие у воинов шрамы? И раз привлекли даже адептов, я уверена, раненых будет много, и любая помощь пригодится. А уж знания нашей Альбины будут для мурранов бесценными, — пояснила Варька.

— Скажешь тоже… — смутилась Пилюля, но ей была приятна похвала.

— Прекрасный план, Варенька! — улыбнулась Машка. — Я знаю, что нужно делать!

И она первая убежала из мастерской. Варя права, привычное дело могло прекрасно отвлечь от страшных мыслей.

А такая мысль была. Я не могла не думать об Уоррвике. Как один из самых сильных мурранских магов, он наверняка отправился на передовую. Беспокойство за него оказалось настолько сильным, что даже дыхание сбилось.

Мне сейчас было абсолютно все равно, чем заниматься, лишь бы заниматься. Я положила руки на стол, чтобы подняться из кресла, и случайно дотронулась до одной из рун на столе. Она засияла под пальцами, я же уплыла в короткое и, кажется, первое желанное видение.

Я летела по коридорам замка, пыталась запомнить дорогу и для этого считала повороты. По пути попадались мурраны. Встревоженные, потные, грязные. Многие были в крови и странной синей слизи.

Я миновала вход в нашу башню и подлетела к соседнему — точно такому же. Здесь пахло травами, горечью и… кровью. Скорее всего, целительское отделение академии находилось здесь.

Где-то там слышались стоны, деловитые голоса. И, кажется, одним из них, был голос Пилюли Сергеевны.

— Конечно, так я вам и позволила ему ногу оттяпать! Да у мальчишки еще вся жизнь впереди! — на кого-то злилась Алька.

— Кому нужна такая жизнь! — взвизгнул, надо полагать, юный воин. — Убейте меня и тварь тоже!

— Если желаете сохранить ногу этому трусу, зовите Васса. Только его магия настолько сильна, что сможет с этим справиться, — ответил Пилюле целитель Ашшен.

Его голос я тоже узнала. Однако в столовой он был вежлив и тих, сейчас же раздражение сделало его тон излишне резким.

— Не стоит меня звать, я уже здесь, — произнес Уоррвик.

Я обернулась. Ректор казался осунувшимся и очень уставшим. Через бровь на глаз шел порез, из которого сочилась кровь, но держался он прямо.

Живой…

Живой!

Радость переполняла меня…

И вдруг я вновь очнулась на кресле в мастерской истинной магии.

— Карина, ты как? — хмурилась Пилюля.

— Опять видение? — спросила Варя.

Я же сделала пару вдохов, чтобы прийти в себя, и направилась к двери.

— Идемте, я знаю короткий путь к целителям, — сказала подругам.

— Хоть кто-то здесь что-то знает! — воскликнула Динка.

— Аль, — позвала я Пилюлю. — Не дай Муррвису ампутировать у мальчишки ногу. Его можно спасти, и богине это зачем-то нужно.

Она кивнула в ответ.