Мурраны. Фея для ректора

Глава 21

Ужин прошел на удивление спокойно. Надо отдать должное нашей Маше, ее блюда не располагали к беседам, поскольку оторваться от еды не представлялось возможным.

Все ели, только у меня не было аппетита. Я вяло ковыряла вилкой в своей тарелке и все думала и думала над словами богини. Мой Уоррвик… Мой кот… Мой лорд Васс… Иногда, исподтишка я позволяла себе бросить на него взгляд. Он всегда его чувствовал и тут же отрывался от ужина, чтобы посмотреть мне в глаза.

Мой… Вик? Викки? А Димка? Димка остался там, за гранью миров, с красивой дамой из ресторана. И главное, мне было на это решительно наплевать. Даже воспоминания о бывшем женихе поблекли, их словно скрыл туман, а ветер перемен почти развеял все, что еще оставалось земное.

Я смотрела на девчонок с «их» котами, представляла сложившиеся пары. Все-таки, насколько тонко произошел отбор. Рыжий Маррс вполне мог укротить неистовый Динкин темперамент своей мягкостью, юмором и добротой. Она же, хоть и фыркала в его сторону, но поглядывала в наглые зеленые глаза собеседника с интересом.

Алька старалась скрыть свою увлеченность прекрасным, но до крайности странным котом Кинном. Сам он сидел по-прежнему безучастно, выглядел отрешенным и аморфным, как испорченное желе. Однако я почти физически ощущала, что в нем есть некая тайна, которая рано или поздно обязательно объединит его с Альбиной.

Огромный Ррич, как гора, возвышался над мелкой Машкой, но смотрел на нее с нежностью. Сама Пирожок бросала на громилу строгие взгляды, иногда что-то сердито шептала ему, но я могла поклясться — если вдруг что-нибудь случится, каждый из них не задумываясь встанет на защиту другого. Лишь бы им не мешали.

Варька вполне мирно разговаривала с Кссандером. Казалось бы молодые, красивые, имеют схожие увлечения, но почему-то я не ощущала их парой, словно нечто невидимое, но очень мощное разделяло их. Странно, ведь именно блондин стал куратором Громовой, а значит… Значит, теоретически является ее котом, если верить богине. Возможно, это я ошибалась, или Мурра что-то напутала.

Старейшина тоже прибыл с кураторами, но за все время не произнес ни слова. Еда его тоже не радовала, как и меня, и дело было не во вкусе, а в проблемах, которые беспокоили старого кота. Он хмурился, поглядывал на сложившиеся по свитку пары, что-то явно прикидывал в уме и очень хотел поговорить со мной, но не решался. Интересно, это галантность или опасение? Судя по всполохам оранжевого в его ауре, все же галантность и такт, но терпение заканчивалось.

— Карина, вы не желаете поделиться со мной подробностями последнего видения? Это ведь было оно? — не выдержал он.

— Особых подробностей нет, — покачала я головой. Не говорить же Киссену про котов, которых нам рекомендовали беречь. В конце концов, один из них племянник старейшины, и неизвестно, как Муррлок воспримет роман племянника с человечкой. — Богиня давала последние указания перед путешествием в заброшенные замки.

— И что она вам рекомендовала? — живо поинтересовался старый кот. Однако, я заметила, как его напряжение несколько уменьшилось.

— Еще раз посетить зал с кристаллами, чтобы раскрыть, заложенный в нас, потенциал магии, — не покривив душой, ответила я, поскольку это была чистая правда.

— Хороший совет, — кивнул старейшина. — Я провожу.

Оранжевые всполохи погасли, но небольшие красные лучики все еще поблескивали.

— У вас что-то случилось? — тихо и очень осторожно спросила я.

— Вряд ли это можно назвать «случилось у меня», сударыня, — грустно улыбнулся Киссен. — Пока я стою во главе Совета, вам нечего опасаться, но не все коты верят богине, многие считают пророчество сказкой, а вас — досадным совпадением.

— И что же нам делать? — не удержалась от вопроса я. Совет от мудрого кота не помешает.

— Нужен результат, Карина. Нужен такой результат, чтобы большинство отвернулось от Росса Фхшшаха и вновь обратило свой лик к нашей богине, понимаете? — Муррлок посмотрел на меня.

А я… Я вздохнула, поскольку мне стало неприятно. За счет простых девушек, волей судьбы оказавшихся в другом мире, пытались сейчас решить политические проблемы. Лично я за жизнь при любом раскладе, а политики пусть уж сами варятся в своем котле.

— Давайте начнем с зала кристаллов, а там посмотрим, — произнесла я и отвернулась, утратив весь интерес к Киссену.

А зря. Нужно было читать между строк, и эти непрочитанные строки пришли к нам сами.

Мы не успели даже пирог разрезать, над которым, между прочим, Машка трудилась, пока проводила мастер-класс для местных поваров, а в столовую ввалилась толпа стариканов. Впрочем, некоторые из них были гораздо моложе Муррлока. А тот, что стоял впереди, очень мне напоминал кого-то — кого-то, сидящего здесь же, за нашим столом.

— Отец? — удивился Ррич.

Отец был ниже ростом, не так широк в плечах и, как бы ни пыжился, в харизме сыну тоже проигрывал, но гонора и напыщенности ему отпустили на целый полк мурран.

— Почему заседание Совета прошло не в полном составе? — вместо приветствия спросил лидер ватаги стариканов.

Его голос мне показался неприятным, а прищур желтых глаз хитрым и злым. Кстати, в его сыне ничего подобного я не замечала, несмотря на клубящуюся внутри Ррича мглу. Может, громила в маму пошел? На этих двух котах земная поговорка не работала, и от осинки иногда могут родиться и апельсинки, на наше с девчонками счастье.

Вот только «апельсинка» еще не осознавала себя апельсинкой, тянулась к осине по привычке, наверное.

К чести Киссена, он даже не повел пушистым ухом, продолжая жевать свой кусок пирога. Прожевав, Муррлок сделал неспешный глоток из кубка, утер губы салфеткой и только после этого поднял глаза на пришлых.

— Магические приглашения были присланы всем, — спокойно ответил он, глядя исключительно на «осинку». — Насколько я знаю, ты проигнорировал заседание намеренно, Росс. Какие теперь могут быть претензии?

— Мой сын по воле Совета был втянут в игру богини, по вине которой род мурран оказался на грани исчезновения! Мне необходимо было время, чтобы принять это, Лок! — рыкнул неприятный тип.

Киссен поднялся и… зашипел столь угрожающе, что у меня на коже выступили мурашки. Вот уж не думала, что столь милый магистр может оказаться таким грозным и опасным. Даже с милыми котиками следует помнить об осторожности, у них не только пушистые ушки, но еще клыки и когти.

— Вот именно, Росс! — процедил верховный маг. — Время! У мурран нет времени! Мы вымираем! Проигнорировать пророчество последнего оракула означает совершить самоубийство. Это понимают все, кроме тебя и горстки твоих приспешников. Последний раз говорю тебе прямо в лицо — угомонись! Итлан не место для политических дрязг. Итлан — арена для последнего боя с тьмой! И только сейчас у нас появился призрачный, очень хрупкий шанс на выживание, а быть может и на возрождение.

Эк он его… Однако «осинка» не собиралась так просто сдаваться. Лорду Фхшшаку было что сказать своему оппоненту.

— Шанс? — зашипел Росс. — Род Фхшшаков должен переживать такое унижение! Мой сын — надежда рода вынужден присматривать за жалкой человечкой!..

И никто не ожидал того, что последовало после. Вернее, почти никто, поскольку я отлично видела, какие страсти бушуют внутри «апельсинки». Кажется, здесь и сейчас наступил тот миг, когда плод понял, насколько ему не по пути с породившей его «осиной».

И поскольку я рассматривала Ррича, то совсем упустила из вида реакцию еще одного кота — моего.

— Не помню, чтобы я кого-то приглашал в свой замок, — очень тихо, очень медленно и от того зловеще произнес Уоррвик. — Но раз уж вы заявились без приглашения, то я никому не позволю оскорблять моих гостей!

— Приглашения?.. — почти завизжал Росс. — И от кого я это слышу? От того, чьи предки повин…

Договорить он не успел. Честно, я не знаю как так вышло, но моя чашка с горячим травяным напитком, который мы здесь именовали чаем, сама собой поднялась над столом, пролетела несколько метров и выплеснула все свое содержимое прямо в лицо визжащему лорду Фхшшаку.

— Ар-р-р-рх! — выкликнул он, и в мою сторону полетел сгусток тьмы.

Я так испугалась, что не могла даже прикрыть глаза, чтобы не видеть своего постыдного конца. Но на Итлане есть место чуду, здесь есть настоящие мужчины, настоящие защитники. Передо мной вырос светлый щит, который даже не шелохнулся под ударом мрака. Впрочем и мрак был так себе, не мрак, а клякса какая-то грязная. Вот у Ррича мрак, а папаша его подкачал…

— Васс… — зашипел униженный старейшина. — Ты готов предать род ради человечки?..

Сверкающий щит стряхнул мрак, как нечто ненужное и чужеродное, а после растворился. Вместо него прямо передо мной выросла массивная спина Уоррвика.

Я знала, я чувствовала, что слова «я готов» уже вот-вот должны были сорваться с языка лорда Васса. Так бы и случилось, если бы не…

Ррич так стукнул кулаком по столу, что массивная деревянная доска треснула.

— Она не жалкая, — зло произнес он, глядя на отца. — Ее имя — Маш-ша! Ты обязан принести ей свои извинения, отец!

— Ты… против меня?.. — такого поворота событий старший Фхшшак явно не ожидал.

Неизвестно чем бы все кончилось, если бы вновь не вмешался лорд Киссен.

— Лорды! Лорды! Прошу вас чтить мурранские законы! А они гласят, что жизнь священна. Что касается досадного происшествия, то это ни что иное, как свежий, не закрепленный опытом дар. Девушки еще не вполне владеют своей магией, поскольку только недавно попали в наш мир, но уже делают большие успехи. Их потенциал впечатляет и вселяет в наши сердца надежду. Безусловно сударыня Карина приносит лорду Россу свои извинения…

Я могла промолчать. Но почему-то снова не промолчала, а вышла из-за спины Уоррвика и встала рядом.

— Вы ошибаетесь, уважаемый Муррлок, — тихо сказала я. — Если бы чашка не подлетела сама, то я обязательно лично придала бы ей ускорение в нужном направлении, но она послушно исполнила все мои мысли. Мне бы хотелось кое-что сказать лорду Россу. Если разумные существа желают договориться, то они не начинают беседу с обвинений, тем более, не зная своих оппонентов. Они не оскорбляют хозяина в его собственном доме, что бы про него ни думали. И последнее, мы не напрашивались и не хотели перемещаться в иной мир, но от нас это не зависело. Однако, потеряв свою прошлую жизнь, мы нашли в себе силы смотреть в будущее — наше общее будущее. Я не знаю, сможем ли мы исполнить пророчество, но уверена, что исполнять свою миссию каждая из нас станет с достоинством, отвагой и честью. А хватит ли у вас этих качеств, чтобы принять протянутую руку судьбы?

— Карина, это же Росс Фхшшак, — прошептал Уоррвик.

— Да хоть Папа Римский! — огрызнулась я.

Вряд ли лорд Васс знал, где находится Рим, но привел еще один довод:

— Он злопамятный и имеет большое влияние, — произнес ректор.

Я же улыбнулась, потому что точно знала, что не одна. За мной стоят девчонки и Васс. Да-да, мой кот сам того не понимая уже готов прийти мне на помощь, даже если это будет в ущерб Итлану и всем котам его населяющим. А я? Я не хотела его огорчать.

— Люди — не кошки, — сказала я. — Но и у нас есть когти, а если потребуется, то и клыки.

Признаться честно, старейшина Росс меня совсем не волновал. Я, в отличие от всего Совета, уже не единожды беседовала с богиней и имела представление о том, что ожидает Итлан, если выход не будет найден. Смерть от прорыва так или иначе сейчас ждет каждого, следовательно и нас с девчонками. Значит, нужно вернуть мурранам магию, разгадать ребус Мурры, разговорить проклятого предка Васса и сделать так, чтобы установилось равновесие между темными и светлыми мирами.

Я настолько отвлеклась, погрузившись в собственные мысли, что не сразу заметила еще одного защитника. Рричу не понравилось, что отец его проигнорировал. Он счел своим долгом встать на защиту всех землянок и сейчас возвышался рядом.

— Я сказал — ты не прав! — прогремел он.

Именно эти слова отрезвили старейшину. А ведь Росс намеревался вновь атаковать, но понимал, что его мраку не справиться с мраком сына. Темный пульсар растворился в его руке.

— Нравится утирать человечкам носы? Ты — мурран! Ты — воин! — прорычал Росс.

— Если понадобится, я готов утирать, — на удивление спокойно отреагировал Ррич. — Потому что я хочу жить, я хочу, чтобы жил ты, чтобы жил мой сын и он смог родиться, как тысячи тысяч других мурранских детей. И ради этого я отправлюсь с Машей в наш родовой замок и буду защищать ее ото всех, даже от тебя, отец…

Он помолчал и добавил:

— Если потребуется.

— Так вот о чем шла речь? О замке Фхшшак… — нахмурился Росс.

— Не только, — тут же ответил ему Муррлок. — Если бы ты у меня спросил, я бы рассказал тебе о том, что каждая из девушек должна посетить родовой замок куратора, которого избрала для нее магия. Так распорядилась судьба, Росс. Так распорядилась богиня, и не нам с тобой менять ее решения. Когда Вселенная хочет мириться и протягивает руку, глупо и бессмысленно ее отталкивать.

— Отлично, — прищурился старший Фхшшак. — В таком случае, я отправляюсь вместе с сыном. В конце концов, хозяин замка я, а не он.

Я посмотрела на Машку. Она и без того опасалась рискованного путешествия, а с таким попутчиком — хоть волком вой. Думаю, все девчонки в этот момент ей сочувствовали, но ведь помочь пока ничем не могли.

— Ты в своем праве, Росс, — ответил Киссен.

— И я в своем праве! — прозвучал приятный и очень знакомый по одному из моих видений баритон.

— О, не-е-е-ет! — рядом застонала Варька. — Только не этот солдафон.

Вышло это жалобно и так тихо, что расслышала, а скорее почувствовала ее отчаяние только я. Вперед вышел отец Кссандера — Крисс Арсс. И чего Громова его солдафоном обзывает? Он, конечно, помешан на мурранских законах и правилах, но в целом… мужчина видный. Если сравнить с сыном, то я бы не решилась на кого-нибудь из них поставить. Оба выглядели опасно и привлекательно.

— Я, как владелец замка Арсс, должен сопровождать сына и девушку из другого мира, — заявил Крисс.

Варька скривилась, словно только что съела лимон. А вот зря! Потому что один воин хорошо, а с двумя не так страшно. Да и мне за нее, в отличие от Машки, будет спокойнее.

— Он вам не сын! Вы сами от него отказались! — выпалила Громова.

И тоже сделала это зря. Ауры обоих Арссов вспыхнули, им было так больно, что у меня навернулись на глазах слезы. Кссандер прикрыл глаза и не мог их открыть, потому что внутри него бушевала буря эмоций — тоска, обида, жалость, смирение и боль, боль, боль… Киссу было не легче, но он лучше владел собой, поэтому выпрямился и гордо произнес:

— Это сейчас не имеет значения. Я хозяин замка, и мое дело сопроводить вас туда, — отчеканил Крисс. Он не смотрел ни на Варьку, ни на Кссандера, ни на окружающих, словно стыдился, совершенного им когда-то поступка.

Впрочем, так оно и было.

— Не вижу причин для отказа, — согласился с ним Муррлок. — Поскольку совет отменил свое наказание в отношении Кссандера, то и вы, лорд Арсс, вправе отозвать свое.

Хотелось закатить глаза. Прав был Марк Туллий Цицерон. Прав, когда говорил: «Чем ближе крах империи, тем безумнее ее законы». Чтобы жизнь наладилась, нужно совсем немного — отменить крах. Сущие пустяки, которыми нам предстояло заняться.

— Надеюсь, у тебя нет папаши или дядюшки, который захочет пойти с нами? — услышала я шепот Гайки.

— Мой дядя — Муррлок Киссен, но он вряд ли выберется из города, — ответил ей Марси.

— Хоть что-то хорошее от твоего кураторства, — продолжала гнуть свою линию Динка.

— Я открываюсь постепенно, — очень серьезно произнес рыжий кот. — Смотри, не пропусти самое важное.

Гайка только хмыкнула, я же подумала, что за внешней непринужденностью и показной шутливостью Марс специально скрывает все самое ценное, что дорого ему и совсем неважно для Итлана. Хотя, думаю, и с этим можно поспорить.

Что касается Альки, то ни она, ни ее аморфный кот не произнесли ни слова.

Пока мужчины остались обсуждать переход и возможность прямого перемещения, мы отправились за Киссеном в зал с накопительными магическими кристаллами.

Я ждала чуда. Ведь богиня мне ее обещала. Но проведя два часа за столом, никто из нас ничего необычного не почувствовал. Зато мы смогли пообщаться, и я, наконец, рассказала девочкам о своем видении во всех подробностях.

— Не расстраивайся, Фея, — успокоила меня Пилюля. — Нет такого лекарства, которое подействовало бы сразу. Должно пройти время.

— Поэтому пойдемте спать! — заявила Гайка, обнимая нас за плечи. — Дни здесь такие насыщенные, что один можно посчитать за десять.

Никто с ней спорить не стал. Все пытались храбриться, но в душе переживали, и я это отчетливо видела.

У входа в башню меня поджидали. Двое. Уоррвик и привидение его далекого предка.

Ага. С ним-то я и хотела поговорить.