Некромантами не рождаются

Глава 9

Дочь капитана обнаружилась на камбузе. Девушка сосредоточено мешала что-то в кастрюле. Харт с опаской принюхался — пахло вкусно.

Как-то по молодости и по дурости он напросился с Ларсом на такийскую вечеринку. Хотелось вживую посмотреть, как гуляют знаменитые капитаны. Тогда такийцы, как в водоворот, затянули его в хаос питья, тостов, танцев и безудержного веселья. Харт до сих пор не без стыда вспоминает, как отплясывал на столе с парой «братьев». А потом они дружно падали с этого стола в воздушную подушку, и уплотненный воздух мягко пружинил под их пьяными телами.

Сколько не бился после, он так и не понял, что именно заставило его потерять контроль над собой и над ситуацией, но с тех пор гулянки такийцев он с опаской обходил стороной.

На той вечеринке капитаны угощали национальными блюдами Такии, и запахи там стояли такие же, как пахло сейчас на камбузе. А ведь Харт отлично помнил, что вещей при задержании у девушки не было. Одежду в дорогу ей и ту предоставила корона. Однако несмотря на плотный присмотр, Касмейра смогла ухитриться раздобыть редкие приправы, которых на кухнях Асмаса быть не могло.

В голове зашевелились подозрения о сети такийских шпионов, действующих на территории Асмаса, но Харт отложил эту версию, как маловероятную.

Логичнее было предположить, что Касмейра обратилась за помощью к своим — в порту как раз стояло на погрузке такийское судно. В той суматохе, что творилась на погрузке, можно было незаметно отлучиться.

Другим такийцы сколь угодно могли рассказывать о строгости, в которой держали женщин, — будто тем нельзя ни шагу ступить без сопровождения, ни нормального образования получить, ни заняться чем-то, кроме семьи и детей. Но Харт-то знал: любой такиец наизнанку вывернется, если к нему за помощью обратится красивая женщина. Пусть даже в бегах от родни — но красивая и, главное, в беде!

А вот своих Третий потрясет. По глупости пропустили груз на борт или из солидарности?

При его появлении Касмейра напряглась, однако мешать будущее блюдо не перестала, и в стуке ложки о стенки кастрюле Харту слышался откровенный вызов.

— Готовишь «Нежность моего сердца»? — уточнил принц, наугад предположив, что именно затевается на камбузе. — Он все равно не знает истинный смысл блюда, как и не вспомнит, что вас связывает.

Касмейра не ответила, лишь сердито махнув головой, а стук ложки стал ожесточеннее.

— Если у тебя не получится заново завоевать его сердце, сделай милость — не пытайся его отравить. Вряд ли ты сможешь качественно убить некроманта, а вот он вполне может ответить. Мне до жырхвы не хочется объясняться с твоим отцом и отдавать ему тело. Такое и в военный конфликт между нашими странами может вылиться.

Касмейра глянула гневно, поджала губы так, что те побелели. В стуке ложки теперь отчетливо звучало желание отравить именно его.

Харт с тоской глянул на кока, может, подскажет, в чем причина воинственного настроя девицы, но тот упорно делал вид, что в камбузе его нет, чистя какие-то овощи в углу.

На плите само собой помешивалось густое варево — будущий суп. Запекались подвешенные над нагревательными камнями куски мяса, переворачиваясь в воздухе. А вот «Нежность», насколько помнил Харт, следовало готовить исключительно вручную, без капли магии.

Камбуз на корабле был просторный с широкой плитой, и кок с готовкой управлялся сам, но помощников Харт ему все равно планировал отправить. Палуба на судне одна, а наказанных ее мыть ожидается много. Особо провинившимся достанутся, конечно, гальюны, но и камбуз тоже неплохое место для исправления поведения. Кок опять же у них опытный… Спуску никому не даст.

Так, вроде об ответственности за убийство предупредил. Можно уходить. Однако Харт почему-то не спешил. Никогда не думал, что будет кому-то советовать, как завоевать мужчину, но тут случай особый… Полноценный некромант у них в стране один и ему до огня не хватало сердечной привязанности, чтобы не растерять последние остатки человечности.

— Едой ты его вряд ли привлечешь.

Сказал — и сам смутился. Откашлялся.

— Сергей не юнец. Женщин у него было много: и красивых, и умных.

А вот об этом точно не стоило говорить влюбленной женщине…

Ложка перестала биться о стенки кастрюли. Касмейра не села — рухнула на табурет, сгорбилась, взглядом ища невидимое в бело-желтой массе, которую старательно терзала с утра.

— Одной красотой его не привлечешь. Он из мира, где ценят личность, а не уровень и совпадение магии. Его от магии сейчас вообще тошнит. Да, он в курсе про приворот, но мы не говорили, что ты тоже замешана.

Голова, заплетенная десятком косичек, опустилась еще ниже. Тут бы остановиться и перестать мучить девчонку, но Харту нужен был результат.

— Ты должна его заинтересовать. Собой. Не только личиком, но и мозгами. Ты ведь не доучилась. Так что ассара, гм, решила, что в дороге у тебя появится свободное время и передала учебники.

Касмейра медленно, осознавая сказанное, подняла голову, глянула недоверчиво.

— Госпожа декан… — проговорила она дрогнувшим голосом.

— Очень добрая женщина, — подтвердил Харт, — и готова помочь даже тем, кто по дурости бросил академию.

Касмейра заморгала, лицо сделалось несчастным, и принц понял, что она в шаге от слез. Типичная водница.

— Учебники, как и записи лекций, оставлю в каюте. А «Нежность» все-таки приготовь. Всегда мечтал попробовать.

И Харт поспешно — никогда не выносил женских слез — шагнул к выходу, по пути махнув коку.

Тот неспешно вытер руки о белоснежный передник — грязь на ткани мгновенно исчезла под воздействием очищающего заклинания. Неторопливо поднялся и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.

— Такиец? — в лоб спросил Харт.

Мужчина даже не дернулся.

— Наполовину. Мать огневик, отец такиец. Когда папаша пропал во время бури, мать вернулась к своим. Первым даром у меня проснулся огонь, так что родня приняла хорошо. Только без моря все равно жить не смог. Сперва служил матросом, после понял, что на камбузе у меня лучше выходит, чем на рее, — и он криво усмехнулся.

— Понятно, — скупо обронил Харт. Картинка стала полной. Вот кто и с приправами помог, и готовить позволил… Впрочем, это и неплохо — будет кому за Касмейрой присмотреть.

— Вы не думайте, ваше высочество, я все понимаю: военное судно, дисциплина и тому подобное, но девчонка же… Я ее отца неплохо знаю. Сильный капитан.

С отцом он знаком, — с недовольством подумал Харт. В курсе ведь, что из дома сбежала, а потакает: приправы достал, готовить на камбузе позволил. И эти люди еще смеют обвинять асмасцев в том, что огневики излишне уважают мнение женщин! Сами-то под ними ходят!

— Ладно. Пусть готовит все, что хочет, — принял решение Харт. — Учти — отравит кого-то, лично отвечать будешь!

— Есть! — вытянулся кок, сияя довольной улыбкой.

— Молчи, — с мученическим видом произнес Шиль, одеваясь после лечения. Луньярд пожал плечами, отвернулся к иллюминатору, принявшись насвистывать что-то веселое.

Целитель спешил на обед, так что оставил их одних, строго-настрого приказав ни к чему не прикасаться.

— Между прочим, тебе в напарницы тоже девчонка досталась, — не удержался от напоминания Шиль, однако друг расстроенным не выглядел.

— Нормальная она, на целителя училась, но у семьи деньги закончились, а мы обещали высокую оплату… Вот и записалась на стажировку, чтобы было чем за учебу заплатить.

— Так парой слов перекинулись, — смутившись, пояснил Лунь, глядя на вытянувшееся лицо командира.

— Не ожидал от тебя такой прыти, — ошарашенно покачал тот головой. Лицо его исказила гневная гримаса, он подскочил с кушетки, но тут же со стоном схватился за бок и осторожно опустился обратно.

— Это ни в один огонь не годится, — со злостью ударил он кулаком по колену. — Они же дети! Малое совершеннолетие только прошли. А наравне с нами себя ставят!

— Для Фаттары они взрослые, — возразил Лунь.

— Мне по пеплу, — честно признался Шиль. — Не нравится мне эта компания. Не понимаю, зачем они здесь. Из-за денег? Или в орден ко Второму хотят попасть? Но тот малышню никогда не жаловал. У него и без них желающих навалом. Нормальных, с опытом и понятием о дисциплине. А эти? — он скорчил презрительную гримасу.

— А эта… тебе наваляла, — с насмешкой сказал Лунь, и друг глянул исподлобья.

— Врасплох застала. С защитой просчитался, — забормотал он, но осекся, нарвавшись на ухмылку товарища.

— Ну тебя в жырхгву, — сердито отмахнулся он.

— Не обижайся, — примирительно произнес Лунь, садясь рядом на кушетку. — Нормальные они. Только действительно странно, что решили к нам податься, еще и всей компанией. Я пробовал с Олей поговорить, но…

— Не ты один, — вздохнул Шиль. — Меня эта мелочь тоже ни во что не ставит. Зря я в детстве ее на спине катал. До сих пор ездовым вальшгасом считает.

— А меня тогда живой книгой, — фыркнул со смешком Лунь. — Все время приставала, чтобы рассказал что-то интересное.

— Хорошее было время, веселое, — мечтательно согласился Шиль, облокачиваясь о стену, — каникулы, лето, жара, пляж. Целые дни пеплом маялись: прятки, догонялки. Шестой пытался нас штукам безмолвных научить. Я тогда с трудом треть уловил, но в путешествии нам это здорово помогло…

— Помнишь, как за тем ворюгой гонялись, который у Франтеха артефакт свистнул? — оживился Лунь.

— Так и знал — опять меня обсуждаете, — недовольно произнес парень, без стука входя в каюту.

— Неужели ты решил покинуть своих драгоценных вальшгасов? — деланно удивился Лунь.

— Посмейтесь, посмейтесь, — не обиделся Франт на подначку. — Посмотрим, как вы начнете петь, когда понадобится куда-то добраться, а вальшгасов лишь пара.

— Кто там вечером у вас палубу моет? — спросил он вдруг.

— Да есть там у нас… отличившиеся, — неопределенно протянул Шиль.

— У нас по расписанию прогулка, звери застоялись, вдобавок, вода вокруг. Будут нервничать… Так что не завидую дежурным, — честно признался Франт и уточнил:

— Слышал, у вас там под личиной кто-то проник? Я уж испугался, что это двойняшки ассары.

— О! До трюмных тоже слухи добрались? Про двойняшек лучше без огня. Я сам хожу и оглядываюсь… Не верится, что они так легко согласились остаться в Асмасе. Подозрительно это… — высказался Шиль, щелкнул пальцами и поинтересовался:

— Я вот так и не понял, с чего вас сюда понесло? Ладно я… Меня Альгар лично попросил возглавить отряд. Да и засиделся я во дворце, если честно. Быть тенью наследного принца почетно, конечно, но знали бы вы сколько пепла жуется на этих собраниях…

— Не знаю и знать не хочу, — отрезал Франт. — Мне с животными проще общий язык находить. А зачем в отряд записался? Так Альгар попросил. Кто в прошлый раз на Шакри-нару влип? Еле в живых остался, а сейчас даже Шестого рядом нет, чтобы удержать тебя от глупостей. Первый день в пути, а у тебя уже ребра сломаны. С кем успел сцепиться?

Шиль помрачнел, отвернулся.

— С мачтой палубу не поделили, — буркнул он.

— С девчонкой, — радостно сдал его Лунь. — Она его напарник, так что наш дорогой друг будет постоянным пациентом целительской.

— Пепла мне в рот! — потрясенно выдохнул Франт. — Ты бил девчонку?

— Еще и младше него, — с видимым удовольствием подтвердил Лунь.

Шиль с досадой глянул на вытянувшееся лицо друга, укоризненно посмотрел на веселящегося Луньярда.

— Она сама меня побила, — признался он, добавив с раздражением: — Уверен, ты-то сюда подался, чтоб мне жизнь портить.

— Не только, — пожал плечами тот. — Артефакторика, конечно, прекрасна, но я понял, что производства меня не привлекают. Не хочу всю жизнь потратить на то, чтобы кому-то жилось комфортнее. А вот боевые артефакты… — и на его лице появилось мечтательное выражение.

— Ты главное их на корабле не испытывай, — напряженно попросил Шиль.

— За кого ты меня принимаешь? — возмутился Лунь. — Если на то пошло, на Карси-тане ты мне за них еще спасибо скажешь. И да, Шестой тоже просил меня присмотреть за тобой, — ехидно закончил он.

— Сейчас расплачусь, — выдавил с кислой улыбкой Шиль.

Морщась, встал. Осторожно помахал рукой, прислушиваясь к ощущению. Поправил рубашку.

— Когда там первая нестабильность? Через два дня? Пока еще связь работает, пойду скажу пару ласковых начальству, выражу благодарность за доверие, — и он вышел из каюты. Дверь мягко закрылась — сработали тормозящие ход артефакты.

— Зря мы так, наверное, — смущенно пробормотал Франтех, снимая с рукава рабочей куртки прилипший пучок соломы.

— Ему полезно, — не согласился Лунь. — Правда засиделся во дворце, а общение со двором заразно. Большим человеком себя считать стал. Заметил, как на остальных смотрит? Как важно цедит слова сквозь зубы? Еще немного — и мы бы его потеряли. Шестой тоже решил, что еще один придворный ему не нужен, а вот нормальный друг — очень даже. Так что мы его лекарство от спеси, — и Лунь шутливо хлопнул Франтеха по плечу. — Изволь соответствовать и, умоляю, перестань переживать за выбранную работу. Слышал, твой вальшгас пришел на прошлогодних гонках первым? Поздравляю! Не знаю, почему эти тупые твари тебя слушаются, но у тебя явно талант. Этим стоит гордиться не меньше, чем должностью при дворе.

— Скажешь тоже, — окончательно смутился парень.

— Клянусь огнем! — серьезно подтвердил Лунь и тут же скорчил хитрую гримасу: — Сделай милость, попроси своих подопечных сегодня немного пошалить. Хочу посмотреть на фаттарцев в деле.

— Если для дела и немного… — неуверенно кивнул Франтех, — тогда можно и пошалить.

Сергей, стоя у перил, бездумно смотрел в сине-зеленое, лениво перекатывающее волны море. Завтра они должны будут покинуть территорию Асмаса и встретить воды Южного океана. Капитан обещал, что корабль устойчив, и качку они не почувствуют. Сергей не верил. Хотя сейчас его мало что могло испугать, даже шторм. Внутри серой мутью колыхалось равнодушие, которое реагировало лишь на родителей, сестру, племянников, да… кошку.

А вот про родителей лучше не думать…

Харт скупо, не щадя чувств родственника, рассказал о проблемах становления дара. Здесь от него даже племяшки отбиться могут, а на Земле… И он стиснул ладонями поручень, не замечая холод металла.

За спиной некроманта в который раз за день о чем-то спорила молодежь, не желая сдавать свои убеждения. Раньше он бы с удовольствием вмешался, построил, попытался бы что-то доказать. Сейчас он чувствовал себя чужаком.

Забавно… Будучи бездарем, он был более своим для асмасцев, чем теперь. По сути маг, но управляющий чуждой для стихийников силой.

Харт держался лучше остальных, но даже он старался лишний раз не приближаться к родственнику. Местные, включая тапунов, ощущали мертвость его силы, и она им дико не нравилась.

Даже странно, что Майре удалось этого избежать. Может, причина была в том, что ее дар находился на грани некромантии и менталистики? Она чуяла смерть, могла с ней общаться, но не пускала мертвую силу внутрь себя.

Сестра еще говорила о привязанностях, которые служат якорем для вкусивших смерть. Привязанность у него была. Сидела, прижимаясь к ноге, и жалобно смотрела на колышущуюся воду. Даже по ту сторону жизни она помнила о том, как не любила воду.

Жаль, Живка не годилась в якорь. Зато они понимали друг друга без слов. Он мог бы назвать кошку родственной душой, если бы не сомневался в наличие последней у Живки.

На палубу он кошку вынес на руках. Демонстративно прошелся меж парней и девчонок. Смерил неприязненным взглядом шарахнувшихся от него огневиков. Лишь двое знакомых: Шильярд и Луньярд остались на месте.

Оглядел заинтересованно гостей другого мира. Люди, как люди. Две руки, две ноги. И вот пойми, почему Землю прокляли, лишив магии, а их нет. Живут себе, совмещая технологии и магию. Где-то легче, где-то сложнее, чем земляне. Зато самомнения… На десять миров хватит. Прям как у американцев: «Мы великая нация».

Подумал лениво, что можно было пригласить их к себе, показать настоящие технологии, которые работают без всякой магии. С другой стороны, пустое это хвастовство… Например, порталов на Земле нет и вряд ли предвидятся в ближайшее столетие. А вот у медицины вполне есть шанс догнать целительство.

При виде Живки на лицах фаттарцев отразилось брезгливое понимание, из чего Сергей сделал вывод, что мертвые питомцы у некромантов не редкость и с этой стороны проблем не будет.

Шиль скорее всего уже предупредил своих парней. Безмолвным чихать на кошку, у них и без нее проблем много. Осталось решить вопрос с командой.

И чем он займется после того, как убедится, что Живке на борту ничего не грозит?

Начнет читать книги, которые предоставил Третий? Так он не знает ни асмасского, ни фаттарского. Мыслевик же работал лишь на устную речь. Харт обещал помочь с переводом, но Третьему пока не до чтения вслух недоучке некроманту. Сунуться к кому-то из гостей? Не стоит. Хотя… Сестра просила не забывать о поиске якоря. И если стихийница не подходит, так может присмотреться к фаттаркам? У него целых два варианта имеется.

— Привет!

Сергей вздрогнул, повернулся и неверяще глянул на окликнувшую его девушку. Такийка. Красивая настолько, что дух захватывает и кажется — смотришь на творение художника, а не на живого человека. Яркие, словно изумруд, глаза, оттененные черной волной блестящих волос. Ровный цвет кожи. Взгляд: воплощение нежности и смущения. Идеально для того, чтобы заинтересовать мужчину.

Только он некромант.

Сила ледяной волной ненависти поднялась изнутри, нашептывая, что мертвой девушка будет еще краше, а главное — послушнее. Зачем ей мозги? Чтобы смущать хозяйку дурными желаниями? Он может сделать ее чище, правильнее. Убрать ненужную свободу выбора. Перестать мучать бедняжку глупыми чувствами.

Наверное, так начинается безумие, — отстраненно подумал Сергей. У ноги обеспокоенно мяукнула кошка, почуяв прилив силы.

Издаваемые Живкой звуки одно время интересовали Кайлеса — мертвые, обычно молчаливы, и он высказал догадку о том, что Сергей оживил кошку буквально через несколько минут после смерти, потому голосовые связки не успели атрофироваться.

— Можешь не стараться, — холодно глянул он на девушку, с трудом беря колющуюся иглами стужи силу под контроль. Странно, раньше ему не хотелось убить никого столь сильно, как эту красотку, что призывно хлопала на него ресницами.

— Я не помню, как учил тебя приветствию своего мира, зато знаю — ты подруга той дряни, что убила меня приворотом.

Девушка отшатнулась, словно он ее ударил. Краска отхлынула от лица, взгляд стал растеряно-обиженным, как у ребенка. Впрочем, ребенком она и была. Сколько ей? По местным меркам около тридцати. Совсем молоденькая.

А сила продолжала бунтовать, и он отвернулся, ища успокоения в уходящем вдаль горизонте. Интересно, если он сорвется, Харт убьет его лично или отправит своих невидимых псов проткнуть ему сердце?

А эта… все не уходила. Еще и дышала столь часто, что ему до боли в стиснутых ладонях хотелось это дыхание оборвать…

— Мне искренне жаль, — с усилием, явно ломая гордость, произнесла девушка.

— А мне нет, — бросил морю Сергей. Когда много раз просишь вселенную дать тебе силу, грех жаловаться после, что она поняла тебя не так.

— Я могу стать отличным некромантом.

Наверное, станет. Он упрямый. И книги осилит. Освоит какое-нибудь заклинание, чтобы Харта обездвижить и заставить ему их переводить. Или сам выучит асмасский. Да, это надежнее. Ну или сразу фаттарский. Попросить ту, хорошенькую, с косой ему помочь, не откажет, наверное.

— И для меня, что ты, что твоя подруга одинаковы. У нас говорят: скажи мне, кто твой друг, я скажу — кто ты. Хотела извиниться, считай, я принял твои извинения и зла не держу.

За спиной раздался прерывистый всхлип, и он поспешил сосредоточиться на барашках волн: один, второй, третий…

— Держись от меня подальше, поняла?

Четвертый, пятый, шестой…

Кошка зашипела, прогоняя гостью.

— Как скажешь.

В голосе было столько муки, словно он нож ей в грудь воткнул и медленно проворачивал. Его передернуло. Хотелось рявкнуть, чтоб убиралась, но она и сама ушла. И дышать сразу стало легче. И волнение уходило из сердца.

Как там ее? Касмейра. Сестра о ней рассказывала. Говорила что-то о водной стихии. Мол, избранная, потому и плывет с ними на Карси-тан. Ее участие сочли полезным.

Они. Ха! Вода им пальцем ткнула и девчонку взяли на борт.

Сергей замечал, что стихии обожали использовать детей. И даже догадывался почему — податливы. Проще убедить выполнить приказ. Взрослый же начнет сомневаться, вопросы задавать…

Альгара вон как виртуозно к трону подвели и «мяу» сказать не успел. Над сестрицей тоже вдоволь поиздевались. А уж к племянникам у стихий было особое отношение. Сергей бы повесился, стань он игрушкой в их руках. А местные ничего… Принимают за данность, даже гордятся…

А все потому, что убеждены в высшем разуме стихии.

Спорное утверждение… Никем не доказанное. Сами не раз признавались — тот же Ларс — что чувство юмора у огня отвратительное. Если стихия — компиляция слепков сознания магов, то кто сказал, что она копирует лишь положительное? И что они станут делать, если в один момент темная сторона возьмет верх над светлой?

Не будет он их пугать. Ему бы со своей госпожой поладить…

Сам-то ничем не лучше. Его тоже вели, как бычка на веревочке до нужного финала. Теперь он слуга смерти и плывет на Карси-тан — приструнить распоясавшихся жрецов.

Сергей прекрасно понимал, почему согласился — струсил. Банально испугался, что если будет продолжать сопротивляться то его, как Иова, найдут, чем заставить. И пока не пострадали родители, он сдался первым.

А вот дальше у него был выбор: продолжить страдать или прожить оставшееся ему время так, чтобы даже смерть сказала с восхищением: «Ты реально крутой мужик, Серега!».

Приглашаю всех в классную новинку: «Лисий переполох». Будет отыгрывать лису в китайском сеттинге. Весело, задорно и немножно страшно.

https://author.today/work/514315

Идя к успеху, чаще оглядывайся: всегда найдётся тот, кто позавидует удаче. А если у завистника в роду имеется потомственная ведьма — будь готов оказаться далеко-далеко, в тёмном-претемном лесу… в рыжей лисьей шкуре. Теперь я лиса со всеми вытекающими…