Ненужная жена. Хозяйка гиблой долины

Глава 47

Генерал солгал и нет. Эзра Финч действительно не полетела вместе с отрядом зачистки. Вместо неё туда отправился Иртен Брукс — наш целитель. А, если точнее, всё же я, но в его личине.

— Подъём, Эзра, пора в дорогу, — слышу, как зовёт Кольфин, тут же подскакивая с места. За окном ещё темно.

— Но ты сказал…

— Не надо напоминать, что я сказал.

Рядом со мной падает какой-то флакон.

— Выпей это, отвар закроет твоего дракона.

— Или убьёт? — Сажусь на кровати, беря в ладони прохладную бутылочку.

— Если я скажу, что нет, ты поверишь? — генерал смотрит без тени улыбки. — Во-вторых, сегодня ты станешь отзываться на имя Иртена Брукса.

— Что?

— Это второе условие, — он оказывается рядом, добывая из кармана какую-то марлю, расправляет её, намереваясь налепить на моё лицо, но я отшатываюсь в испуге.

— Пойми, мне надо узнать, кто стоит за угрозами в наш адрес, а для этого убрать тебя из отряда. Когда я объявлю, что ты остаёшься здесь, но с нами отправиться лекарь, то есть ты, — тычет меня в грудь, — смотри в оба: кто что сказал, кто станет искать глазами прачку. Важно всё. А теперь пей зелье и натягивай артефакт, Брукс и так с ним долго провозился.

— Но Иртен останется здесь?!

— Он закроется в одной из комнат, я договорился, и не будет показывать до нашего возвращения.

— А если…

— Мы погибнем? — заканчивает за меня. — Он выберется, когда осознает, что в нём сильно нуждаются.

Я бы не стал ему доверять, — быстро переобувается Ашкай. — Кто знает, что…

Но я не слушаю его. Он хороший помощник, когда дело касается конкретных сведений, но в жизни совершенно ничего не мыслит.

— Я готова, — подвигаюсь к Кольфину, и он осторожно накладывает на моё лицо прохладную маску. Она тонкая, как паутинка, но плотная и холодная. Растягивает её, заправляя в ворот рубашки.

— А руки? — показываю, что они не изменились.

— Возьмёшь перчатки, — подходит к сундуку, добывая оттуда две кожаные краги. Конечно, они мне велики, но хотя бы руки не так бросаются в глаза.

Генерал берёт подушку, а я смотрю на него недоверчиво.

— Зачем она?

— Дай ладонь.

Неуверенно протягиваю, не спрашивая для чего, и генерал тут же делает довольно внушительный порез на руке.

— Ай, — шиплю, одёргивая руку, а он просит протереть её о подушку.

Ритуалист! — кричит во мне Ашкай. — Эзра. Беги от него, он хочет забрать твою душу!

— Это заставит всех думать, что ты здесь. Кровь несёт твоего дракона. Любой, кто чувствует, подтвердит это, если придёт сюда. Он не посмеет войти в комнату генерала, но будет думать, что ты тут.

«Это правда?»

Да, но лишь на какое-то время, — подтверждает Ашкай.

Вытираю ладонь о ткань, представляя, как станут ругаться прачки, увидев испачканную наволочку. Сама нередко злилась, когда добывала из грязного белья вещи с разными пятнами. А теперь сама их делаю.

Кольфин оставляет подушку у выхода, а я залпом пью то, что дано в пузырьке, кривясь от горечи, но с удивлением понимаю, что привкус очень ароматный. А потом подхожу к зеркалу, не веря своим глазам. Поднимаю руку, затем вторую.

— Никогда не сталкивалась с подобным артефактом? — генерал поправляет дублет. Мужская одежда для меня лежит на стуле.

— Нет, — трогаю своё лицо.

— Так лучше не делать, — качает головой Торн.

— И как долго я могу ходить так?

— Если не повредишь — несколько дней. Заденешь — эффект пропадёт. Потому в твоих интересах уворачиваться от чужих кулаков.

— Каких кулаков? — поворачиваюсь в сторону генерала, не успевая среагировать, что в мою сторону летит его кулак. Он останавливает его в миллиметре от моего носа.

— Вот таких. Ты всё же мужчина теперь, — усмехается, глядя в мои глаза и убирая руку. — И, кстати, не дракон. Я больше его не ощущаю, так что Брукс отлично справился с обеими задачами. А теперь идём.

Он даёт мне в руки саквояж лекаря и просит повернуться.

— А вот с этим может быть проблема, — цокает языком.

— С чем? — полуоборотом стою к нему.

— С твоей филейной частью, слишком она у тебя аппетитная.

— Что?!

Округляю глаза, но он уже добирается до двери.

— Будет надеяться, что никто не станет на неё глазеть, все же ты — мужчина.

Поворачиваюсь к зеркалу спиной, высматривая то, на что так пялился генерал. Он только что назвал мою пятую точку аппетитной?

Надо было всё же дожимать его этой ночью, — размышляет Ашкай.

«Тоже мне помощник. Сам не знаешь, чего хочешь».

ИНИЦИАЦИИ, — кричит он во мне, а мы с генералом выбираемся из комнаты, натыкаясь на Заолу, которая, по всей видимости, подслушивала.