Только что была брошь, а теперь живое извивающее существо, которое намерено меня атаковать.
Инстинктивно отшатываюсь, делая несколько шагов назад, и упираюсь в шкаф, но змейка настроена серьёзно. Блэквуд несколько раз опускает тяжёлый сапог, пытаясь раздавить её, но она проворно ускользает из-под его подошвы, пока не добирается до моих ног, исчезая под длинным платьем.
А у меня, между прочим, червячная фобия. Отвращение перед длинными живыми шнурками от слизней до удавов, потому что в детстве одна нехорошая девочка бросила в меня длинного дождевого червя, который намотался на моё запястье, словно браслет. И как бы я не трясла рукой, он не хотел падать. Вот с тех пор у меня лёгкая паника, когда встречаюсь с представителями этого рода. Но они никогда не залезали на меня. А сейчас ощущаю, как щиколотку обвивает обруч, и принимаюсь танцевать на месте, тряся ногой и приподняв юбки.
Финн колеблется между отвернуться и броситься на помощь. И первой отмирает Лира. Она подбегает, хватаясь за мою ногу, и пытается снять странное существо, только оно внезапно замирает плотным металлическим кольцом на моей щиколотке, укусив себя за хвост.
— Мне не снять, — признаётся служанка, смотря на меня снизу вверх, пока я всё держу юбки на уровне коленей, а Блэквуд краснеет в паре метров, созерцая стену.
— Что здесь происходит?! — звучит знакомый голос, и я снова вижу того, кто именуется супругом эрданы Эйлин.
— Она украла мою брошь! — звенит пронзительно тонкий голос кучерявой, отчего я невольно кривлюсь. Просто не ожидала настолько высокого тона.
— Это талисман эрданы, вы украли его, — чуть слышно произносит Лира, выпрямляясь и становясь рядом со мной. Она упирается взглядом в пол, боясь смотреть в глаза тем, кто стоит напротив.
Взгляд Ардоса останавливается на моих коленях, и я опускаю юбку, разглаживая её. Этот злодей с золотыми глазами меня пугает куда больше змеи, которая не двигается.
— Она должна быть мертва! — не унимается шатенка, и её лицо становится пунцовым от негодования.
— Тише, Ювиана. Не забывай, что ты носишь моего ребёнка, — напоминает ей хозяин замка. И я осознаю, кто передо мной: любовница «моего» мужа. Интересно узнать причину смерти Эйлин, уверена, что она кроется на дне бокала или в верёвке, перекрывшей кислород.
Передо мной заказчики, но кто же исполнитель?
Понимаю одно: они не дадут спокойной жизни. Однажды убив, они захотят сделать это снова. А я была уверена, что мы просто исчезаем, растворяемся в мироздании и перестаём существовать. Оказывается, всё куда сложнее. И вот теперь я неизвестно где, в чужом теле, по непонятной мне причине.
— С Эйлин теперь будет разбираться Верховный Совет, — озвучивает Ардос своё решение. — Несмотря на то, что я горевал об утрате, я не глупец, чтобы считать воскресшее тело своей женой.
— Это тайра! — выносит вердикт Ювиана. — Тёмный дух, — она тычет в мою сторону пальцем, и я вижу зарождающуюся тревогу в лице Лиры, стоящей рядом.
— Прекратите, альта Вейн, — подаёт голос Блэквуд. — Тайры неразумны. И это легенда, не имеющая под собой основания.
— Не забывайся, Финн. Ты говоришь с моей будущей женой, — напоминает о себе Ардос.
— Змейка признала хозяйку, — чуть слышно подаёт голос Лира, и все смотря в её сторону, а я наблюдаю, как зеленеет лицо моей конкурентки. Всеми силами она пытается занять место настоящей жены.
— Тогда почему Эйлин испугалась, увидев её? — задаёт каверзный вопрос Ювиана, смотря на меня в упор.
У меня есть ответ: потому что я не эрдана. Но и не тёмный дух, о котором говорит шатенка. Только вряд ли его стоит озвучивать.
— Великий Совет разберётся, что к чему, дорогая, — Ардос обнимает девушку за талию, а мне становится не по себе. Не от его прилюдных нежностей, которые можно перенести в частный сеанс. А от его слов. — И вынесет ВЕРНОЕ решение.