Ненужная жена. Хозяйка гиблой долины

Глава 90. Кольфин Торн

Надо спешить, а вместо этого, я как кисейная барышня страдаю от дурноты.

— Что с ним? — требует ответа Бард у лекаря.

— Я же сказал, что нет противоядия. По крайней мере, я его не знаю. Сперва слабость, недомогание, рвота, а потом галлюцинации и агония. Так что, если желаете проявить милосердие, позвольте сделать отвар Нарне, она знает, что делать. Пара стаканов — и мы уснём без боли.

— Он будет жить, это тебе ясно? — отчего-то защищает меня тот, кто всегда мечтал убить.

— Вам нужно разыскать девушку, — внезапно подаёт голос медсестра, что робко стояла до этого рядом. — Она исцелила мою дочь, когда никто не мог. Она великий лекарь, я таких никогда не встречала.

— Какую девушку? — не сразу понимает Кайриан.

— Она говорит про Эйлин, — отзываюсь.

— Это ещё кто?

— Эйлин Фаори — жена советника Ардоса Фаори, которая всё это время притворялась прачкой и любовницей нашего дорогого генерала, — произносит Титт, смотря на меня с ехидством. — Если ты надумал умирать, я передам императору твоё последнее слово. Но если ты намерен кого-то там спасти, тогда перестань притворяться и одевайся, нельзя терять ни минуты.

Как же он прав. Счёт идёт на минуты.

Нарна даёт выпить какое-то лекарство, а потом щедро смазывает мою рану мазью и даёт горький отвратительный настой, который, по её мнению, поможет сохранять ясность ума в ближайшее время, а Титт вынимает из запасов артефакт на здоровье, которого хватит на какое-то время для поддержания моих сил, Иртен рассказывает свою историю.

— Я обычный лекарь, который мечтал о тихом счастье. В Варругене дела шли плохо, а когда умер один из пациентов, потому что добрался до лекаря слишком поздно, его родственники обвинили меня в убийстве. Но я не был в силах помочь, я не бог!

Меня судили и отправили в Гоствуд отбывать наказание, но не так давно одна из горток мне передала письмо, в котором говорилось о том, что моей семье угрожает опасность. Жена и две дочери беззащитны, и я не знал, что делать, потому что вместе с письмом мне прислали локоны моей дорогой Эльвизы, — его голос дрожит. — Ниже всего было указано, что я должен делать, чтобы моя семья жила в достатке.

— Убить генерала? — хмыкает Кайриан.

— Да. Я не желал никому зла, я лишь хотел спасти свою семью.

— Тогда почему не сказал ничего? И кто этот человек?

— Я боялся, что любой шаг может привести к краху.

— И решился на убийство?

— Потому что я люблю свою семью! — в который раз говорит Иртен. — Мне удалось выехать в Варруген на несколько дней, чтобы повидаться с женой и дочерьми, и я увидел, как хорошо они стали жить. Девочки благодарили меня, говорили, что всё для них делает чудесный дядя.

— Имя, Брукс! Скажи швархное имя!

— Фасцих Вальт.

— Слышал, Кольфин. Тут какой-то Вальт пытался тебя убить чужими руками. Ты знаешь его? — интересуется Бард.

— Советник по дипломатическим вопросам, — озвучиваю, ощущая, как повязка туго стягивается на моём предплечье. Рука снова в перчатке, коих у меня с десяток с собой. Признаться, не удивлён, что именно он стоит за всем этим. Потому что я был ему костью в горле. Да и поговаривают, он мечтал видеть на моём посту своего подрастающего сына Ауриманта, которому не так давно исполнилось девятнадцать.

Мальчишка способный, но жесткий. К тому же на его глазах погиб малолетний брат, от чего он ещё больше озлобился. Но чтобы такими методами расчищать дорогу…

— Нам пора, — поднимаюсь в который раз, чувствуя в себе прилив сил. Микстура всё же помогает, как и камни на моём запястье, данные Титтом.

— Выведай у него всё, что удастся, — выдаёт распоряжение одному из стражей Кайриан. — А вы двое с нами, — приказывает кому-то ещё.

Поворачиваюсь в его сторону, протягивая руку.

— Братья, — произношу, и он криво усмехается, обхватывая мою ладонь.

— Братья.

Больше ничего о судьбе экономки выяснить не удаётся, и мы выбираемся на площадку перед замком, намереваясь отправиться на поиски Эзры: я, Кайриан, Тутт и двое стражей.

Закрываю глаза, стараясь заглушить боль и гул крови в висках. Нужно сосредоточиться.

Мир вокруг медленно стихает, исчезают шаги, голоса, шелест ветра. Есть только пульс. Мой и её. Тонкий, прерывистый, но зовущий.

Я вдыхаю глубоко, и на миг всё исчезает: крепостные стены, мелкий дождь и ночь. Перед внутренним взором рождается нить, золотая, словно луч рассвета, тонкая и живая. Она тянется куда-то далеко, на восток, туда, где не должно быть ничего живого. Чувствую, как она вибрирует, откликаясь на мои мысли, словно осознаёт, что я ищу её.

Эйлин.

С каждым ударом сердца становится тяжелее дышать. Воздух будто густеет, наполняется чёрной пылью, давит на грудь. Связь зовёт всё настойчивее.

— Восток, — хриплю, открывая глаза.

Неважно, пойдут ли они за мной следом, потому что я не отступлюсь.

Мир размывается. Взлёт резкий, стремительный. Крылья режет ветер, капли дождя впиваются в лицо, но я чувствую только жар в груди и тягу этой золотой линии, что горит где-то вдалеке.

Мы летим сквозь тьму. Горы остаются позади, долины внизу переливаются странным мерцанием. Не дождались рассвета, это огромный риск, но иного пути я не видел. С каждой лигой тяжесть усиливается, будто сама земля сопротивляется нашему приближению.

Поворачиваю голову в сторону Кайриана, и он будто спрашивает.

— Ты уверен?

— Да, — отвечаю мысленно, хоть и не слышу его.

Когда замечаю движение, не сразу осознаю, что под нами. И лишь спустя полминуты различаю светящиеся глаза и ветви, стремящиеся к солнцу. Десятки, сотни веток и стволов. Эруты.

Огромные, искривлённые создания, рождённые Готтардом, шевелящиеся как единый организм. Они не одиночки — лес, который скрывает какую-то тайну. Я уверен в этом, ибо раньше ни разу не видел ничего подобного.

Мы зависаем над ними, и я впервые вижу, насколько это чудовищно.

Они не просто монстры. Это - часть Готтарда. Его плоть, его дыхание.И среди всей этой дрожащей массы, среди дыма и магического тумана, чувствую её. Моя Эйлин где-то там.