Невольная ученица ректора-дракона. Вернуть любой ценой

Глава 48

Я едва сдерживаю ярость, пульсирующую в каждой клеточке моего тела.

Эти проклЯтые драконы собираются увезти мою маму! В тот момент, когда я только ее отыскала!

Мысли моментально отходят на второй план. Я действую не раздумывая. Сделав глубокий вдох, я собираю всю свою силу и создаю портал прямо возле кареты, чтобы мгновенно переместиться туда и остановить этих мерзавцев.

Мир вокруг дрожит, распадаясь яркими кляксами, когда я вступаю в портал, но что-то вдруг идет не так.

В тот момент, когда я почти чувствую, как твердый камень дворовой дорожки касается моих ног, внезапно, прямо на полпути, меня словно перехватывает какая-то неведомая сила. Перед глазами все расплывается, портал захлопывается, и я с грохотом падаю на землю в совершенно другом месте. Ребра и локти заходятся болью, но это не идет ни в какое сравнение с непонятной тяжестью, которая обрушивается на меня сверху.

Я вскидываю взгляд и вижу как надо мной нависает силуэт незнакомого мне мужчины. Его тяжелая рука с силой прижимает меня к земле, не позволяя пошевелиться, а пылающий ненавистью взгляд пронзает словно удар молнии.

— Ты что, совсем сдурела?! Куда ты ломанулась? — раздраженно рычит он.

Его голос глухой, но властный, в нем чувствуется глубина и сила.

Я резко дергаюсь, пытаясь вырваться, но незнакомец лишь сильнее держит меня, не позволяя подняться.

— Кто ты такой? Я тебя не знаю! Отпусти! — брыкаюсь я, вскидывая голову в тщетной попытке освободиться, но хватка неизвестного поистине железная, — Ты мне мешаешь!

— Мешаю? Да ты чуть не испортила мне всё! — грубо роняет он.

Поняв, что драгоценное время уходит, я прошу его срывающимся от паники голосом:

— Пожалуйста, пусти меня! Мне нужно попасть к карете! Там моя мама! Я должна помочь ей!

Я чувствую, как мужчина внезапно вздрагивает. Его хватка ослабевает, и он ошарашенно произносит:

— Мама? Подожди… ты сказала «мама»? Твое имя… тебя случайно зовут не Виктория?

— Виктория! — выпаливаю я, ощущая странное волнение в груди, — А тебе-то что? И откуда ты обо мне знаешь? — снова выбираюсь я, чувствуя при этом, как странное смятение пробирается сквозь мою ярость.

Тот, кто схватил меня, медленно поднимается, убирая руку, и я наконец могу рассмотреть его лицо.

Передо мной стоит мужчина сорока лет, высокий и крепкий, с проницательными глазами, в которых отражается огонь решимости. Лицо суровое резкое, будто высеченное из камня и покрытое мелкими шрамами на скулах. Чуть растрепанные темные волосы, короткая щетина. Вокруг этого мужчины витает аура силы и уверенности.

Хоть я вижу его первый раз в своей жизни, внутри меня будто что-то откликается на этот облик. Я ощущаю смутное тепло, разливающееся в груди. А еще, он знает как меня зозвут.

— Родерик? — выдыхаю я, шепотом, потому что горло будто сдавили, — Папа?

Я замираю, до конца не в силах поверить, что смотрю на своего отца.

— Виктория… — голос его дрожит, в глазах вспыхивают слезы, а губы дрожат, пытаясь сложиться в радостную улыбку, — Это и правда ты… такая взрослая… такая сильная…

Он резко делает ко мне шаг и сгребает меня в свои крепкие объятия. Он держит меня бережно, но твердо, будто боясь, что уже в следующую секунду я могу исчезнуть.

Некоторое время я стою будто парализованная, а потом, не выдержав, прижимаюсь к нему.

Его объятия — такие родные и теплые — стирают все сомнения. Это действительно мой отец…

Слезы, которые я сдерживала всю жизнь, невольно текут по моим щекам. Папа, которого я никогда прежде не видела и считала погибшим, стоит здесь, рядом со мной, прижав меня к себе.

Я утыкаюсь в его мощную грудь, рыдая практически в голос. Он него приятно пахнет хвоей и костром. Как долго я этого ждала… как хотела насладиться этим моментом. Как много хотела сделать и спросить… но вместо этого только и могу, что бессильно рыдать.

— Папа… ты правда здесь… — шепчу я, давая волю словам, — …я думала, что потеряла вас с мамой… мне сказали, что вы погибли… почему вы так со мной поступили…

Он нежно гладит меня по волосам, глотая собственные слезы.

— Прости… — шепчет он, — прости за то, что оставили тебя одну. Мы с Амелией лишь хотели тебя защитить. Ты и сама видишь в какой опасности мы оказались и мы не хотели, чтобы твоей жизни тоже что-то угрожало.

Я резко вскидывая голову. Его слова мне напомнили о самом главном.

— Я помогу вернуть маму! Я сделаю все что нужно, я умею пользоваться магией телепортации и неплохо владею ментальной магией. Вместе у нас получится ее спасти.

По лицу отца пробегает тень и он нехотя отстраняется от меня. Он кладет руку мне на плечо и слегка сжимает его, словно пытаясь успокоить.

— Вика… не думаю, что прямо сейчас это возможно, — чуть мотнув головой, роняет он.

— Но почему? — в сердцах восклицаю я, — Неужели, ты позволишь им так просто увести ее? Мы должны что-то сделать!

— Твою маму, — его голос твердеет и становится жестче, — сопровождает лично Ашгарис, повелитель этих земель. Даже мы вдвоем против него ничего не сможем сделать.

Он бросает взгляд вдаль, — туда, куда уезжала карета с ненавистным мне Ашгарисом, захватившем мою маму — а потом добавляет:

— Вдобавок, он везет ее к Кхаргоссу, чтобы преподнести как трофей для заключения союза. К сожалению, я слишком поздно нашел ее, а потому единственный шанс вытащить ее без шума упущен.

Внутри меня все леденеет от таких жестоких слов.

— Но я не могу просто стоять и смотреть! — возражаю я, чувствуя, как слезы снова застилают глаза.

— А я и не говорил, что мы должны стоять и смотреть, — в глазах отца холодно блестит сталь, — Напротив, в какой-то степени то, что мы оказались в такой ситуации к лучшему.

— К лучшему? — я трясу головой, не в силах отвести от него непонимающего взгляда, — В каком месте эта ситуация лучше?

Губы отца трогает зловещая улыбка, от которой мне становится не по себе.

— Потому что мы сотрем их обоих в порошок. Обоих разом.