Что вы можете предложить взамен на мои услуги?
Этот вполне логичный для торговца вопрос заставляет меня натурально зависнуть. Дураку понятно, что просто так за красивые глаза мне помогать никто не будет. Но что можно предложить торговцу, у которого, судя по всему, и так все есть?
Тем более мне, у которой все вещи остались в другом мире.
Будь у меня с собой чемодан, можно было бы откупиться какойй-нибудь (хоть и не знаю подойдет ли она гримам). Но сейчас при мне нет ничего, кроме платья и амулета Агнессулы, предлагать который я не стану ни при каких обстоятельствах.
– А что вы хотите? – с тяжёлым вздохом интересуюсь я.
– Того, что я хочу, у вас, к сожалению, быть не может ни при каких обстоятельствах, – снисходительно хмыкает торговец, – Хотя…
Он на секунду мешкается, снова окидывая меня внимательным взглядом, а его улыбка становится похожа на оскал чеширского кота.
И мне это очень сильно не нравится.
– Хотя… есть кое что, с чем вы можете мне помочь, – отвечает, наконец, он.
– И с чем же? – с подозрением смотрю на него, – Только учтите, никакого криминала.
Торговец заливается смехом, а я понимаю, что снова ляпнула глупость.
Никакого криминала… сказала та, которую считают шпионкой, которая сбежала из тюрьмы и за которой теперь гоняется вся стража.
Я бы и сама посмеялась, окажись я на его месте.
– Ничего такого. Вы поможете вернуть кое что, что принадлежит мне, но в данный момент находится у другого.
– То есть, украсть? – прищуриваюсь я.
Торговец недовольно дергает головой.
– Вернуть законному владельцу! – напирает он, – Это моя вещь и местный старейшина города насильно отобрал у меня ее!
– Эй! – вмешивается в наш разговор Тирисей, – Это все равно неправильно!
– Неправильно – это Потрошителей редькой подкармливать. А то, что прошу я – это восстановление справедливости.
Ума не приложу, о чем они говорят, но судя по тому, что Тирисей сдается и со вздохом отводит взгляд, здешний старейшина города действительно сделал что-то “неправильное”.
– Расскажите для начала о чем вообще идет речь и что я должна сделать, – обращаю на себя их внимание.
Торговец недовольно цыкает.
– Лучше тебе не знать. А что касается того, что тебе нужно сделать, то сущий пустяк. Как раз сегодня у старейшины пройдет бал, так что тебе нужно будет всего лишь прийти на него, дождаться подходящего момента и пробраться в его кабинет. Я дам специальный артефакт, который поможет открыть все замки, а с остальным справишься сама.
Все что он сейчас рассказал, звучит как хороший и простой план. Правда, есть в нем один-единственный подвох.
– Если все настолько легко, то почему вы уже не сделали этого? – вырывается у меня вопрос.
– Потому что, дорогая моя… – медленно мотает головой торговец, – …старейшина знает, что я до сих пор не оставил попыток вернуть свое. Поэтому как только я появляюсь возле его особняка, как его охрана тут же ходит за мной по пятам, ни на секунду не упуская из виду. Именно поэтому, мне и нужна помощь со стороны. И тот факт, что вы родом не из этих мест подходит как нельзя лучше.
– Я противо! – снова выступает вперед Тирисей, – Ее же схватят как только она переступит порог дома старейшины!
– А вот и нет, – победно улыбается торговец, – Только не в том случае, если она придет под видом Линдрид Килиан.
– Это слишком хитро, – ухмыляется Тирисей, – Даже если она во всеуслышание скажет, что она на самом деле не она, а беглая шпионка, ей все равно никто не поверит.
– Я же говорил, что план идеальный! – энергично кивает торговец.
После этого, они с Тирисеем заходятся искрометным смехом, а я перевожу ничего не понимающий взгляд с одного грима на другого и ощущаю себя на дне открытых дверей дурдома, где все вокруг смеются над какими-то шутками, а я одна ничегошеньки не понимаю.
– Э-э-э, я очень рада, что вам так весело, но объясните мне кто такая эта Линдрид.
– А, это наша местная знаменитость… если можно таксказать, – отмахивается Тирисей, – Очень странная дама с большими причудами. К тому же, затворница, которая почти ни с кем не общается. Редко выбирается из дома, но когда куда-нибудь приходит, то, в основном тихо стоит в дальнем углу и разговаривает сама с собой. Старейшина приглашает ее только потому что у нее большое состояние и он надеется, что рано или поздно она отдаст его на нужды города.
– О, понятно… – киваю я.
И правда, если посмотреть с этой стороны, то лучшей кандидатуры для смены облика не придумать. Вот только…
– Не хочу портить вам хорошее настроение, но я не могу принять ее облик, пока не увижу. Я же не местная.
– Это как раз не проблема, – ухмыляется торговец и делает приглашающий жест рукой.
Мы проходим вглубь его дома, который все больше и больше напоминает какую-нибудь королевскую сокровищницу. С набитыми всякими драгоценностями сундуками, гобеленами и картинами.
Вот к одной из таких картин он нас и подводит. На ней изображена знатная дама сорока лет, в полный рост, которая выглядывает из-за гигантской колонны. Она одета в строгое вечернее платье темно-зеленого цвета, у нее светлые волосы, собранные в пышную высокую прическу и невероятно удивленное выражение лица. Будто, в то время как она позировала для портрета, ей показывали фокусы…
– Ну, как? – спрашивает торговец, с необъяснимой гордостью показываая на картину, – Это подойдет для смены облика?
– Да-а-а… – тяну я и тут же озвучиваю пришедший в голову вопрос, – А что делать, если она тоже заявится на бал?
– О, не переживайте насчет этого. Я ей займусь, – в его голосе появляются зловещие нотки.
– Это в каком в смысле? – тут же выпрямляется Тирисей.
– Да что ж вы все стражи такие нервные? Незадолго до бала я как раз передам Линдрид эту картину, она ее долго ждала. Я нашел единственного художника, который смог изобразить ее настолько счастливой и раскрепощенной. Она будет в таком восторге, что тут же забудет про все балы на свете. Можете мне поверить.
– Ну, да, – задумчиво кивает Тирисей, – Тут она и правда будто светится от счастья.
Э-э-э, я не ослышалась? Счастливой? Раскрепощенной?
Еще раз перевожу взгляд на картину и гипнотизирую удивленное лицо с широко распахнутыми глазами и ртом, которые выглядывают из-за колонны и пытаюсь найти в нем хоть немного счастья.
– Ну так что? – снова обращает на себя внимание торговец, протягивая мне руку, – Ты согласна на мои условия? Если да, то скажи это вслух и назови свое имя.