Однажды на реалити-шоу (СИ)

13

— Что это? — я с отвращением разглядываю тарелку с ракушками, наполненных серой слизью.

— Победительница школьных олимпиад никогда не ела устриц? — насмешливо замечает Котов, пока с видом заправского шеф-повара поливает лимонным соком уродливых моллюсков. — Самое время попробовать.

— На это даже смотреть страшно, не то что засовывать в рот.

— Многие так говорят поначалу, — он самодовольно подмигивает. — Зато потом за волосы не оттащишь.

— Ты таскаешь женщин за волосы?

— Бывает иногда. — Котов довольно скалится. — Тебя бы оттаскал с особым удовольствием.

— Вы все это слышали? — я возмущенно кручу головой. — Наша футбольная звездочка практикует рукоприкладство.

Вместо того, чтобы выразить коллективное возмущение, операторы начинают ржать.

— Ты серьезно не догоняешь? — Котов оглядывает меня с плохо скрываемым удивлением. — Или притворяешься?

— Притворяюсь конечно, — вру я, просто потому что терпеть не могу ощущать себя глупее остальных.

— Ладно, давай перейдем к делу. — Звездный жених с торжественным видом извлекает изо льда ракушку и тянет ее ко мне.

На его лице играет довольная улыбка, будто говнюк наслаждается каждым мгновением.

— Даже не думай, — предупреждаю я, чувствуя себя айсбергом, в который вот-вот въедет Титаник.

— Расслабься, отличница, — Голос у Котова ленивый, но цепкий, словно лассо. — За нами следят минимум четыре камеры, значит ничего плохого с тобой не произойдет.

— Посмотрим, как ты заговоришь, когда меня вырвет на скатерть, — бормочу я, отчего-то начиная сильно нервничать. — Возможно и твоему смокингу достанется.

Проигнорировав мою угрозу, Котов чуть подается вперед и его колено касается моего.

— Просто открой рот, — Его голос становится ниже и приглушеннее, будто слова предназначены лишь для моих ушей. — Всё будет в порядке.

— Звучишь так, будто уговариваешь ребёнка проглотить брокколи, — огрызаюсь я.

Края ракушки дотрагиваются моих губ одновременно с теплым касанием пальцев. Очевидно, что Котов этого не планировал, потому что его улыбка меркнет, а взгляд становится тяжелым.

— Ну, — хрипло выговаривает он. — Открывай уже. Обещаю не делать тебе больно.

Стараясь не обращать внимания на направленные на нас камеры, я распахиваю рот.

— Вот умница, — доносится его удовлетворенный шепот, от которого пульс странно ускоряется.

Сделав над собой усилие, я проглатываю моллюска. Вкус оказывается неожиданным: соленое море, лимон и что-то обжигающе свежее. Не могу сказать, что это ужасно, хотя щи с фрикадельками однозначно вкуснее.

— Ну как? — спрашивает Артем, не сводя с меня взгляда.

— Сойдет, — небрежно отвечаю я, предпочитая смотреть на лацканы его смокинга.

— И все? Ты явно не прониклась. Повторим, чтобы закрепить результат.

— Нет уж, спасибо, — пытаюсь отмахнуться я, но говнюк уже вовсю сдабривает витамином С очередного моллюска.

— Второй раз всегда лучше. Можешь со мной не спорить.

Я пытаюсь возразить, но в этот момент на нас наезжает камера, и протест бесславно погибает в горле.

Котов снова подносит раковину к моему рту, но на этот раз его пальцы припечатываются к моим губам намеренно.

Я поднимаю глаза в возмущении.

— Ты же специально так делаешь!

— Думаешь? — Кадык на его шее еле заметно дергается.

Он неторопливо наклоняет раковину, следя, как я проглатываю ее содержимое. Напряжение в воздухе становится настолько ощутимым, что мне хочется трусливо сбежать.

— Подожди. — Артем протягивает ко мне руку, давая возможность понять, что собирается сделать.

Его большой палец касается уголка моих губ, стирая вытекший сок. Прикосновение медленное, но по-хозяйски настойчивое. Мои щеки вспыхивают еще сильнее, если такое возможно. Артем не торопится отнять руку, а я не могу заставить себя отвести взгляд.

— Теперь чисто, — наконец хрипло произносит он, откидывается на спинку стула и, подтянув к себе бутылку с водой, жадно пьет. Мне чудится, что его рука немного дрожит, но скорее всего просто чудится. Для той, кто с двух лет привык питаться самостоятельно, требуется время, чтобы прийти в себя и переварить этот странный опыт.

— Ну как? Стала фанаткой морских гадов?

Я мотаю головой.

— Точно нет.

— Может, третий раунд?

— Хватит, — отрезаю я. — Нам обоим нужна передышка.

— И нам тоже! — доносится невесть откуда довольный голос Игоря-Егора. — Вот это вы, ребятки, зажгли! Если так пойдет и дальше, придется делать выпуски с цензом двадцать один плюс. Все, теперь ешьте спокойно и разъезжаемся. Материала отсняли достаточно. Чувствую, это будет бомба!