Однажды на реалити-шоу (СИ)

34

Церемония отбора, как всегда, проходит в атмосфере гнетущего напряжения. Мы стоим в гостиной, выстроенные в ряд, словно на военном параде. Камеры сосредоточенно движутся по периметру в попытке запечатлеть каждую эмоцию.

Артем появляется в дверях, одетый в безупречный костюм и белоснежную сорочку. На его лице играет вежливая улыбка, однако взгляд остается серьезным и сосредоточенным. Если бы мы находились одни, я бы непременно пошутила, что он похож на пингвина-конферансье.

Я стою ближе к концу ряда, спрятав руки за спиной. На губах по-прежнему играет идиотская улыбка: она не проходит с тех пор, как я покинула импровизированную комнату свиданий.

— Через несколько минут Артем сделает очередной шаг к выбору претендентки на свое сердце, — по-сучьи чеканит Инга, обводя каждую из нас взглядом. — Тюльпан из его рук получат каждая из вас, кто продолжит участие в проекте. Если вы не получите цветок — значит, что ваш путь здесь завершается.

— Неужели обязательно каждый раз повторять одно и то же? — шепчу я, наклонившись к Лике. — Или она думает, что память зрителей обнуляется к каждому выпуску. Примерно как у рыбки Дори.

Ее щеки раздуваются от сдерживаемого смеха.

— Я тебя убью, — бубнит она, не разжимая губ. — Хватит меня смешить.

Кристина, согласно статусу королевы, получает цветок первой. С высоко поднятой головой она подходит к Артему, и смущенно опустив глаза, принимает тюльпан. Правда, когда она поворачивается к остальным участницам, вместо выражения «о, боже, я до конца в это не верила» на ее лице появляется «ну а кто, если не я».

Второй цветок достается Лике. Её волнение заметно: щеки розовеют, ладони теребят подол платья. Она улыбается Артему с обаянием, свойственному только ей.

— Умница, — я сжимаю ее запястье в знак того, что рада ее победе.

— Спасибо, — шепчет она. — Теперь твоя очередь.

В корзине остается последний цветок, и сохранять равнодушие становится все сложнее. Воздух буквально пропитан им. Изабелла, стоящая справа от меня, часто и шумно дышит, словно ей вот-вот потребуется кислородная маска, блондинка, чье имя я до сих пор не могу запомнить, тихо скулит. Сегодняшний отбор должен отсеять двоих, оставив на шоу пятерых участниц.

Нервозность заражает и меня. Ноги налились тяжестью, во рту сухо.

Кристина, почуяв кровь, как истинная пиранья, поворачивается ко мне и шепчет:

— Ну что, готова домой?

Я меряю ее снисходительным взглядом, хотя внутри грызет сомнение: может, она права? Кажется, я пока не готова покинуть шоу.

Итак, на кону последний тюльпан. Сделав до тошноты драматичное лицо, Артем выдергивает его из корзины и выразительно оглядывает нашу стройную шеренгу. Я машинально закатываю глаза. Да говори уже. Стив Джобс айфон презентовал с меньшим пафосом.

— Этот цветок я хочу отдать Есении.

Моё имя звучит в воздухе, как гром. Ну или так мне кажется из-за волнения и устремленных на меня взглядов.

Идя к Артему, я мысленно подначиваю себя: «Выкидывай посох крысиного старейшины. Ты теперь самая настоящая белка, разводящая кипиш по пустякам».

Артем протягивает мне цветок, наши взгляды встречаются.

— Примешь? — спрашивает он почти беззвучно, так, чтобы слышала только я.

Памятуя о его просьбе изобразить радость, я с улыбкой киваю. На деле я рада настолько, что прямо сейчас готова станцевать краковяк. Наш секрет по-настоящему меня будоражит.

Атмосфера в комнате, ожидаемо, поменялась. Изабелла и та блондинка, оставшиеся без тюльпанов, ревут, Кристина выглядит так, словно выпила сырое яйцо и ее вот-вот стошнит. Только Лика ободряюще улыбается, напоминая, что этот момент — по праву мой.

После насыщенного дня особняк стихает лишь к часу ночи. Устав ворочаться в кровати из-за роя мыслей, я спускаюсь на кухню за стаканом воды и обнаруживаю там Лику, сидящую на краю стола с чашкой чая.

— Тоже не спится? — осведомляюсь я, садясь рядом.

— Интроверту вроде меня нужно изредка бывать в одиночестве, — улыбается она.

— Могу уйти.

— Нет, ты что, — она удерживает меня за колено. — От тебя я не устала.

— А от чего устала?

Лика пожимает плечами.

— Наверное, соскучилась по дому. Чем ближе к концу, тем все больше мое участие, кажется мне бессмысленным. Мне все равно не победить, а экранного времени я получила уже достаточно.

— Ну мы все с самого начала знали, что выиграет Кристина, — усмехаюсь я.

— Я думаю, у тебя тоже есть шанс. Зрители тебя обожает, да и Артем, судя по всему тоже. — Ее губы трогает улыбка. — Мне бы хотелось, чтобы победительницей стала ты. Вы отлично вместе смотритесь.

— Да с чего ты взяла? — мой смех звучит не так естественно, как мне бы хотелось.

— Потому что я умею наблюдать. — Шутливо толкнув меня локтем, Лика понижает голос до едва слышного шепота. — Ты вся светишься, а он постоянно на тебя поглядывает. Я почти уверена, что в день твоего исчезновения, ты была с ним. Можешь ничего не говорить. Просто знай, что я за вас рада.

Опустив глаза, рассматриваю свои босые ступни. Дружба в моем представлении предполагает открытость и честность, и мне очень хочется поделиться с Ликой тем, что творится внутри меня…. Своей сумасшедшей трансформацией и ощущением легкости и счастья, которого у меня не было, пожалуй, никогда. Только немного страшно.

Ткнув палец в ее пижамные штаны, я вырисовываю на них две буквы. «Д» и «А».

Лика смотрит вниз удивленно, затем резко вскидывает голову. Ее глаза сверкают.

— Господи, серьёзно? — восторженно верещит она, сдавливая меня в объятиях. — Это так круто, что не описать. Самая настоящая сказка для золушки!

— Было очень круто, — шепотом подтверждаю я, не в силах перестать улыбаться.

— Только будь осторожна, ладно? Если вас застукают — будет самый настоящий скандал.

— Спасибо.

В левой половине груди разбухает сердце. Кажется, будто только сейчас я начала жить по-настоящему. Целоваться, заниматься сексом, доверять и искренне делиться переживаниями с близкими людьми. Пожалуй, я передумаю отправлять споры сибирской язвы тете и заменю их на ее любимое шампанское.