Однажды на реалити-шоу (СИ)

45

Если бы меня спросили о худшем свидании в жизни, я бы без раздумий назвала это. Каждое блюдо на вкус ощущается как вымоченная бумага, от направленного света слезятся глаза, а Артем, сидящий напротив, неимоверно бесит.

Нет, он больше не пытается задавать провокационные вопросы или смотреть так, словно задался целью определить вес моего мозжечка.

Он ведет себя подчеркнуто вежливо и пресно, услужливо подливая воды в стакан и интересуясь, нравится ли мне салат/второе/суп, и спрашивая, что я думаю о местном интерьере.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не метнуть столовый нож ему в лоб и, взмахнув подолом, не умчаться в закат. Я ехала сюда, полагая, что приняла поражение, но, как выясняется, так и не сумела этого сделать. То, что Артем потерял ко мне интерес, очевидно даже официанту.

— От десерта откажусь, — я отодвигаю тарелку с куском торта и вопросительно смотрю на старшего оператора. — Если материала снято достаточно, может мы наконец разойдемся?

Поднеся ко рту гарнитуру, Саша спрашивает разрешение у невидимого собеседника, после чего поднимает руку:

— Съемка закончена!

Меня пружиной выбивает из кресла. Наплевав на содранную на пятках кожу, я быстро семеню к выходу. Еще один день, и я вернусь домой. Там меня ждет мамина лазанья, наши с папой дебаты о творчестве Пелевина, любимый коврик в студии йоги и полная свобода. Никаких макияжа и укладок, одежда удобная, обувь по размеру и без каблуков, и ноль встреч с людьми, которых я не желаю видеть.

— Есения!

С шумом втянув воздух, я продолжаю идти к лимузину. Хочет расспросить меня о вкусе каперсов? Каперсы — редкое говно.

— Номер три!

Резко развернувшись, я жду, когда Артем подойдет достаточно близко, чтобы заглянуть в его лживые глаза.

— Ты еще наговорился?

— Да что с тобой происходит, блядь? — рявкает он. — Я, что, терпила из подворотни, обязанный постоянно тебя догонять?

— Так не догоняй, — холодно чеканю я. — Побереги энергию для мячика.

— На хера ты так себя ведешь, а? — Его ноздри гневно раздуваются. — Ну это же просто шоу, блядь.

Меня раздваивает. Одной части хочется закрыть лицо руками и по-девичьи разреветься, второй — снять эту гребанную лилипутскую туфлю и с криком «Предатель!» настучать ему по голове.

— Ты был просто рожден для него, — цежу я. — Свидания с разными женщинами тебе удаются просто блестяще. Сегодняшнее, правда, полный отстой.

Я вижу, как вздуваются желваки на его скулах, и как в глазах вспыхивает злость. Однако вместо удовлетворения от того, что мне наконец удалось пошатнуть невозмутимость Артема, становится больно и тоскливо. Наше последнее свидание закончилось даже хуже, чем я предполагала.

Не дожидаясь, пока он лопнет от натуги, я ухожу. Артем больше не пытается ни догнать меня, ни окликнуть.

Плюхнувшись на заднее сиденье лимузина, я прикрываю глаза. Если я оправилась от перелома позвоночника, то от двухнедельной неудавшейся интрижки, разумеется, тоже отойду. Но пока все равно больно.

— Ну что-о-о… — упав на диван, Кристина извлекает из кармана толстовки телефон и победно крутит им в воздухе, — время почитать сплетни.

— Сегодня же среда, — Лика смотрит на нее в растерянности. — Откуда у тебя мобильный?

— Я тоже умею договариваться, — самодовольно хмыкает она, снимая блокировку с экрана. — Так-так… Ага, есть голосовалка.

Мои плечи напрягаются. Если это прогноз на финал, я ее уверена, что хочу знать результаты.

— Лик, можно попросить тебя заплести косу? — говорю я в попытке переключить внимание.

— Потом, ладно? — отмахивается она, нависая над Кристиной.

— Хм… примерно поровну, прикиньте? У меня 35 процентов, у Есении 33, у тебя, Лика, 32.

Сейчас зачту комментарии. «Крис такая сучка, но мне она нравится»…

Кристина звонко смеется.

— Вот спасибо! Не зря стараюсь. «А мне кажется, она не подходит Теме. Ему нужна поддержка после проигрышей, а Кристина слишком сконцентрирована на себе. А еще я думаю, что она все еще любит Дамиана».

— Блин, это девочки рассуждают так, будто лично со мной знакомы, — она раздраженно гримасничает. — «Любит Дамиана». Нет уж, спасибо. Бог отвел.

«Я бы проголосовала за Есению, но она в последнее время сдулась. — Кристина мечет в меня ироничный взгляд. — Раньше между ними с Артемом летали искры, а теперь она ведет себя как кукла».

— Напиши им, что я постараюсь исправиться в следующем сезоне, — буркаю я, поднявшись. — Лика, ты пойдешь загорать?

— А про меня что пишут? — лепечет она, будто меня не слыша.

Решив не повторять дважды, я выхожу во двор. Последние два дня Лика сама на себя не похожа: почти не ест, мало говорит и постоянно смотрится в зеркало. Видно, что сильно нервничает.

Финал шоу легко дается только Кристине. Она, напротив, стала спокойнее и расслабленнее, и почти перестала меня кусать.

Улегшись на шезлонг, я надеваю наушники и пытаюсь отключиться от происходящего. Забыть, что грядет финальный отбор, и что даже зрителям очевидно, что искра между мной и Артемом погасла. Через пару дней я вернусь домой и все наладится.

— Итак, нам осталось снять финальную сцену отбора и на этом восьмой сезон «Звездного жениха» можно считать оконченным. — Голос Инги звучит торжественно, а обычно холодный взгляд лучится радостью и оптимизмом. Старая карга несказанно рада, что попрощается с нами.

— По традиции эпизод с вручением тюльпанов не будет включен в репетиционный просмотр, и полный смонтированный выпуск вы увидите, уже сидя дома.

— Можно обойтись и без сегодняшнего просмотра, — робко замечает Лика. — Если мы увидим полный выпуск дома.

Я с ней согласна. На черта смотреть один и тот же выпуск дважды?

— Это уже не вам решать, — сухо парирует Инга, щелкая пультом. — В любом случае хочу поблагодарить вас всех за участие. Такие высокие рейтинги имел лишь второй сезон и это безусловно приятно.

На экране появляется привычная заставка, звучит закадровый голос: «Их осталось только трое», мелькают видео-спойлеры.

Первым показывают свидание Артема и Кристины. Мне требуется приложить все свои усилия, чтобы не отвести глаза.

Они сидят у кромки воды, под ними клетчатое покрывало, рядом — плетеная корзина для пикника. На Кристине — длинный хлопковый сарафан, смягчающий стервозность ее образа, на Артеме — льняная рубашка и синие шорты. Настоящая картинка с обложки журнала «Романтика».

— Расскажи о своей мечте? — проникновенно просит он.

— Я мечтаю о настоящей любви. Чтобы мужчина, не раздумываясь, мог отдать за меня жизнь.

Я закатываю глаза. Прямо-таки не раздумывая? Отсутствие инстинкта самосохранения — признак расстройства психики.

Свидание перемежается фрагментами из интервью.

— Артем — это тот мужчина, рядом с которым женщина может по-настоящему раскрыться, — глаза Кристины сияют таким восторгом и теплом, что меня впервые посещает мысль о ее влюбленности в него. Уж очень искренней она выглядит. — О звездах спорта ходят разные слухи, но в его случае они не оправданы.

— Ты рассчитываешь, что он выберет тебя в финале?

— Решать в любом случае только Артему. Но я так или иначе рада нашему общению и возможности быть здесь.

Следующий эпизод — свидание с Ликой. Свидание со сдувшейся куклой продюсеры решили оставить на десерт.

Они гуляют по набережной, смеясь, кидают хлеб чайкам. На ее плечах — его пиджак.

— В женщинах меня привлекает легкость и искренность, — откровенничает Артем. — Ты кажешься мне именно такой.

Я пялюсь в колени, как делала в детстве во время кровавых или откровенных сцен. Просто пережидала.

— В финале вас осталось трое, — знакомый закадровый голос сигнализирует о том, что пора поднимать глаза. — Как думаешь, кто твоя главная конкурентка?

— Я думаю, это Кристина, — отвечает Лика после недолгих раздумий. — Есению мне сложно воспринимать, как конкурентку.

— Почему? Потому что вы подружились?

— Дружить в рамках шоу довольно сложно, потому что тебя в любой момент могут предать.

Я чувствую, как Лика нервно ерзает рядом, но оторвать взгляд от экрана выше моих сил.

— Что ты имеешь в виду?

— Я действительно прониклась Есенией, пока не узнала, что она играет грязно.

Сердечный ритм падает до критического. Грязно? Что она имеет в виду?.

— Мне достоверно известно о том, что она организовала встречу с Артемом вне шоу, попытавшись увлечь его… иными женскими методами, — ее голос дрожит так, будто этот факт возмущает ее до глубины души. — Думаю, это непорядочно и аморально…

— Ты имеешь в виду, что она пыталась его соблазнить в обмен на место в финале?

Лика с вызовом смотрит в камеру.

— Мне это достоверно известно.

— Ну ты и сука, — презрительно цедит Кристина.

— Хватит… — Вскочив, я встряхиваю головой, чтобы избавиться от мутной пелены перед глазами. — Выключите, пожалуйста.

— Это финал, — пробивается сквозь гул у ушах взволнованный фальцет Лики. — Здесь каждый сам за себя.

Ни на кого не глядя, я со всех ног бегу к лестнице. Боль от погасшей искры Артема не идет ни в какое сравнение с тем, что я чувствую сейчас. Грудь раздирает на части, из глаз текут слезы. Я думала, мы с ней дружим. По-настоящему.

— Как продюсер этого шоу, ставлю тебе десятку за встряску в финале, — звучит где-то вдалеке сухой голос Инги. — Но как женщина я бы тебе руки не подала.