Порченая для ледяного дракона

Глава 24

Я наловчилась под разными предлогами утром и вечером оставлять в харчевне Гулиру, или Захарию. Сложностей не возникло – из-за даков посетителей было немного, а служанка сама стремилась чаще встречаться с Ульрихом. Судя по рассказам Гулиры, если бы по взгляду можно было забеременеть, у нее бы уже было трое детей. Но дальше взглядов (подозреваю, что только со стороны служанки) дело не шло.

Но через неделю везение мое кончилось – Расмус явился в таверну посреди дня. Гулира отпросилась на пару часов к семье, а Захария занята была на кухне, так что возможности сбежать у меня не имелось. В тот момент, когда дак зашел в таверну, я как раз убирала со стола, так что побег смотрелся бы максимально странно.

Голова от ужаса закружилась, и я едва не уронила тарелку, которую ставила на поднос. Не понимаю, почему так отреагировала – ни одного повода подумать, что Расмус меня узнал, не имелось.

Совершенно точно ему сейчас было не до меня. Дак выглядел потухшим, каким-то осунувшимся и, кажется, немного пошатывался. Он не был пьян – пьяным я его видела три года назад и вид запомнила на всю жизнь, а потому меня облик Расмуса насторожил. Я осторожно поставила последнюю тарелку на поднос и застыла, наблюдая из-под низко надвинутого покрывала. Дак даже не поздоровался – словно не заметил. Словно все силы бросал на то, чтобы дойти до комнаты.

И я не выдержала, несмотря на то, что пыталась себя же остановить:

- Простите, вам плохо?

Расмус перевел на меня тяжелый взгляд.

- Нет.

Да уж, мой муж совсем не изменился – ни за что не признается, что обессилел. Как бы не рухнул прямо посреди харчевни – мы с Захарией даже вдвоем его поднять на второй этаж не сможем.

- Сядьте пожалуйста, - я отодвинула стул, и странно, Расмус отнекиваться не стал. Не сел, а упал. Голову опустил на скрещенные на столе руки и замер в такой позе.

- Вы будете чай?

Расмус промычал что-то, что вполне можно было принять за согласие. Я мигом побежала на кухню и обнаружила, что Захария наблюдает за тем, что происходит в зале.

- Отнеси ему чай, пожалуйста, - попросила жалобно, чтобы Захария хоть на секунду забыла об идее выдать меня замуж. Но кухарка не поддалась:

- И не подумаю!

Я фыркнула и принялась быстро заваривать чай. Добавила в ягодный сбор, который летом готовила Захария, корень родиолы розовой и лист бадана толстолистного. Не думаю, что это вернет даку силу, но быть может, он хотя бы до кровати дойдет самостоятельно.

Захария уже освободила поднос от посуды, и я выставила на него кружку и красивый чайничек с розовыми цветами. Сама не заметила, как взяла именно его – обычно посетителям мы давали что-то менее дорогое. С досадой подумала о том, что все это влияние Захарии, но не удержалась еще и от того, чтобы украсть с противня свежую булочку.

- И себе возьми кружку, - прошипела кухарка, но я в ответ лишь дернула плечом, мол не мешай.

Я не собиралась чаевничать с Расмусом. У меня после совместныхприемов пищи трехгодичной давности осталось много впечатлений – хватит до конца жизни. Но оставлять его в таком состоянии тоже было как-то не по-человечески. Даром, что он дракон…

Расмус так и сидел, опустив голову на руки, и приподнял ее только, когда я приблизилась. Шла осторожно, боясь спугнуть уставшего дракона, и набираясь смелости.

- Вам нужно выпить чай, - твердо сказала я. Расмус мельком посмотрел на меня, нисколько не задержав мутный взгляд. Да и с чего бы ему вглядываться в покрывало, которым я полностью закрывала лицо и волосы?

Дак хмыкнул, но спорить не стал. Так что я поставила поднос на стол и принялась разливать чай.

- У вас красивые перчатки, - внезапно произнес Расмус. Я едва не уронила чайник от неожиданности. – Когда-то я знал одну девушку, которая тоже носила перчатки.

- Ваш чай, - холодно произнесла я, перебивая дака. Он благосклонно принял чашку, но взгляда с моих рук не сводил.

- Мне кажется, она их не любила, - прозвучало как-то тоскливо. – Перчатки, я имею в виду. Но считала, что должна их носить. Должна…

Я прокляла ту минуту, когда решила напоить Расмуса чаем.

- А почему вы закрываете руки?

- Это элемент нашей культуры.

Расмус сделал глоток и посмотрел прямо мне в глаза.

- Вы очень чтите традиции, верно?

Я кивнула. В горле пересохло, и ответить без дрожи в голосе не получилось бы.

- Таких как вы не много. За неделю пребывания на Дальней Горе я встретил лишь нескольких женщин, накрытых покрывалом, и ни одна из них не закрывала лица.

Я постаралась взять себя в руки, но между нами повисла неловкая пауза. Расмус опять сделал глоток, ожидая моего ответа. Шамильдаф, не нужно было давать ему тонизирующий чай, пусть так бы и спал прямо на столе, а не делал умозаключения.

- Вы обвиняете меня в том, что другие люди не чтут традиции предков?

- Нет, что вы, - дак криво улыбнулся, а я вдруг смутилась. – Извините за настойчивость, просто ваши перчатки навеяли ненужные воспоминания.

Представляю какие. Я кивнула и убежала на кухню прочь. Сердце билось, как сумасшедшее, руки дрожали, и не понимаю, как удалось добраться до Захарии, не снеся на своем пути половину столов харчевни.

- Поднос забыла, - заметила Захария, но я махнула рукой.

- Если хочешь, можешь сама его забрать.

За Расмусом я все-таки осторожно наблюдала из кухни. Он не спеша выпил чай, съел булочку, и теперь сидел, закинув руки за голову. Я бы принялась грызть ногти, да пришлось бы снять перчатки. О чем он думает? Почему не уходит? Вдруг у него появились подозрения? Захария категорически отказывалась выйти в зал, и я уже мечтала, чтобы вернулась Гулира, или пришел хоть какой-то посетитель, чтобы отвлечь внимание Расмуса, но как назло в харчевне было пусто и тихо.

Значит, роль отвлечения внимания следовало взять на себя.

***

Не зря отец очень редко пользовался возможностями Верховного дака – чувствовал себя Расмус преотвратно. Удивительно, что смог самостоятельно добраться до таверны – половину пути дракон попросту не запомнил. В чем толк обладать огромными возможностями внушения, чтения мыслей, но при этом не использовать их из-за серьезной потери собственных сил? Сегодня он «прочитал» троих человек. Троих, и на последнем едва не потерял сознание. Зато появились результаты – ниточка теневого рынка наконец-то нащупана.

Расмус оставил Ульриха допрашивать эту самую ниточку, а сам отправился отдыхать. Хорошо, что хозяйка таверны оказалась понятливой и вовремя принесла чай – после него Расмусу стало немного легче. Боль сдавливала виски, голова кружилась, но он хотя бы не боялся остаться лежать под столом.

Правда настроение было вконец испорчено. Хозяйка таверны случайно, своими треклятыми перчатками напомнила о той, кого Расмус уже три года безуспешно пытался забыть. Адамину. Жену, которую не желал таковой считать. После происшествия он быстро повзрослел, много работал (иногда чересчур много), но тяжкая вина не давала свободно и спокойно жить. Расмус отлично понимал, что молодая девчонка, человек, бросилась со скалы из-за него. Из-за глупого ребячества, безответственности и скотского отношения. И раскаивался. Не мог позволить, чтобы такое повторилось. Так что сколько бы Магрит не пыталась уговорить его жениться – не выйдет.

Булочка уже была съедена, чай допит, а Расмус все не мог себя заставить подняться наверх. Размышлял о работе, планировал дальнейшие действия по раскрытию виновников теневого рынка, жалел, что не взял блокнот, чтобы посмотреть задачи на завтра. Другими словами – пытался привести в норму душевное состояние.

И вдруг заметил, что к нему опять направляется хозяйка таверны. Расмус вежливо приподнял брови, ожидая узнать, что ей нужно.

- Еще чая?

Расмус покачал головой.

- Хоть я и вынужден признать, что ваш чай творит чудеса, больше не нужно. Я чувствовал себя совершенно разбитым, но стало легче. Вы разбираетесь в травах?

- Немного.

Женщина не уходила, а Расмус не понимал, что ей нужно. Просто смотрели друг на друга, и дракон почувствовал себя неуютно. Хорошо, что харчевня пуста, а то он бы решил, что его просто хотят попросить освободить столик.

- Вы что-то хотели спросить?

- Нет, то есть да, - почему-то Расмус решил, что женщина покраснела. – Скажите, где ваш друг?

- Ульрих? – все ясно, еще одна увлекшаяся каменным драконом. – Он остался на службе. Но в благодарность за великолепный чай, я хотел бы вас предупредить – Ульрих менее, чем через месяц женится, так что без вариантов.

Хозяйка таверны кивнула и немного помолчала. Она словно бы искала темы для разговора, но почему? Никто же ее не заставлял вступать в разговор с даком?

- Вы прибыли на Дальнюю гору по службе?

Расмус немного удивился, и вдруг решил пошутить. Поманил хозяйку таверны пальцем, чтобы она наклонилась. Разумеется, женщина не смогла удержаться от любопытства и придвинулась к дракону.

- Это Ульрих прибыл по службе, а я ищу себе невесту.

Он думал, что женщина рассмеется, а она вдруг отшатнулась, да с таким ужасом, что Расмус оторопел. Более того, дракон вдруг почувствовал знакомый запах. Он не мог вспомнить, где уже слышал его, ощущение щекотало память, но все не давалось в руки.

Расмус и хозяйка таверны так и замерли, глядя друг на друга. В глазах женщины застыл страх – дракон явственно видел его и на мгновение пожалел, что на сегодня прочитал уже излишнее количество людей и еще одно использование силы может запросто выпить его досуха.

- Извините, - прошептала хозяйка таверны и бросилась прочь на кухню. А Расмус вдруг вспомнил, что не знает ни имени, ни возраста этой женщины.

***

Дура, дура, какая дура! Зачем я вообще отправилась разговаривать с Расмусом? Хотела проверить имеются ли у него какие-то подозрения? Проверила? Теперь точно подозрения у дракона зародились. Как минимум, в моем душевном здоровье.

Зато Захария веселехонька. Подумала, по-видимому, что я все же решилась покорить сердце ледяного дака. Да его сердце даже огненная Магрит не смогла растопить, куда уж мне… Да почему я об этом вообще задумываюсь?!

Горестные размышления продолжались до вечера, но их прервала Захария, которая сообщила, что прибыл поставщик овощей. Хочет обсудить новые условия. Пришлось покинуть спальню, где я предавалась самобичеванию, и выйти в харчевню.

К счастью, Расмус уже ее покинул, зато вернулась Гулира, которая как раз разносила пиво посетителям.

Поставщик ждал меня у стойки. Его звали Бруно, овощи он привозил всего раз в неделю, зато были они отличного качества и по низкой цене. В условиях Дальней горы это было великолепно. Но насколько мне помнится, овощи должны были привезти только завтра, и то, что Бруно явился раньше, казалось нехорошим знаком.

Бруно не обращал на меня внимания, пока я не подошла к нему вплотную.

- Приветствую вас.

Мужчина испуганно вздрогнул. Бруно был молод, немногим старше меня. Высок, русоволос и улыбчив. Обычно, он был мне приятен, но сегодня не походил на самого себя. От него словно исходил кислый запах страха.

- Ада, это вы что ли? Как-то странно выглядите…

- Бруно, зачем вы приехали? – не хотелось оправдываться перед поставщиком, да и нервничала я, постоянно оборачивалась на лестницу, боясь, что Расмус спустится в харчевню.

- Вы же не были замужем, почему на вас наряд вдовы? Вся в черном… Да и лицо прикрыли…

- Давайте ближе к делу.

Бруно помолчал, оглядываясь.

- Ада, извините, но я не смогу больше привозить вам овощи.

Стоимость решил поднять? Так стоило ли приезжать для этого? Сообщил бы письмом.

- Что значит не сможете? У нас договоренности, Бруно!

- Тише, - Бруно опять оглянулся. Два постоянных посетителя не обращали на нас никакого внимания и мужчина успокоился. – Все из-за этих драконов, будь они неладны. Столько лет и носа не показывали на Дальней горе,а тут явились и принялись выискивать.

- Драконы, согласна, пусть будут неладны, но как это влияет на мои овощи?

- Прямо, прямо влияет! Я эти овощи прямиком из Долины вам возил, а теперь это невозможно.

- Как это? – я растерялась. – Только даки могут подниматься и спускаться с гор. Или нет?

- Ну я не на спине дракона ящики с помидорами возил, - огрызнулся Бруно. – Есть способы. Ада, зачем столько вопросов?

- И впрямь, к чему… Хорошо, что сообщили, Бруно, будем искать нового поставщика, - неприятная ситуация, конечно, но не смертельная.

Я собиралась было уйти, но мужчина схватил меня за руку.

- Ада, я не только за этим пришел к вам. То, чем я занимался, не совсем законно, и.. мне придется уехать

- Сочувствую, - я действительно не врала, понимала проблему Бруно, как никто другой. – Но, как правило, так и бывает, когда совершаешь преступление.

- Да какое преступление, - Бруно опять оглянулся. По-видимому, ожидал, что вот-вот ворвется стража и скрутит его. – Ну привозил овощи людям по дешевке. Преступлением это считается только из-за того, что делал это я, а не драконы.

- Бруно, вы можете мне это не объяснять, правда…

Я попыталась мягко высвободить свою руку, но мужчина только сжал ее крепче.

- Ада, пойдемте со мной.

У меня едва глаза на лоб не полезли. Никогда бы не подумала, что нравлюсь Бруно. Да мы с ним и не общались толком – обычно Захария принимала продукты. Потому я и не знала, как реагировать на такое предложение , но уж точно не собиралась соглашаться.

- Куда? – осторожно потянула руку на себя, но Бруно держал крепко.

- В Долину. Там мы будем в безопасности – даки нас не найдут.

Мне стало смешно.

- Вы предлагаете бросить налаженное дело, таверну, дом, работников, и отправиться за полузнакомым человеком в неизвестность? Простите, но наше знакомство ограничивается привозом овощей. Спору нет, овощи были хорошие, но, как выясняется, имели привкус преступления. По сути, вы и меня сделали своей соучастницей. По незнанию ли, или умышленно, но сделали.

- В Долине намного лучше, чем здесь, Ада. Если вы в месте, насквозь пропитанном снобизмом драконов, столько добились, что будет, когда вы попадете туда, где все равны? Я скопил немного денег, мы вложим их в дело и разбогатеем. У нас для этого будут все возможности.

Я не выдержала и громко расхохоталась. Бруно опешил и выпустил, наконец, мою ладонь.

- Бруно, хорошо там, где нас нет. В Долине все не так радужно, как вам рассказали, уверяю. Уж точно никто там не позволит женщине вести дела самостоятельно.

Против моей воли, в голосе прозвучала горечь. Что и кто меня ждал там, в Долине? Порченую дочь знатного опозоренного дома. По дому я, конечно же, скучала, но как-то незаметно. На Дальней горе нет зависимости от озлобленного брата, обязанности оправдывать чьи-то надежды – здесь я свободна.

Бруно мои слова явно не понравились. Он уже нарисовал себе идеальную картину жизни в Долине и не собирался вот так легко от нее отказываться.

- Вы были там, Ада, - к сожалению, это был не вопрос. Бруно догадался.

- Глупости, - я отступила на шаг назад. Мужчина шагнул следом.

- Так вы тоже вне закона, Ада? Мне следовало догадаться. Потому и закрыли лицо – боитесь встретиться с даками?

- Глупости, - опять повторила я, но отступать перестала. Бруно приблизился непозволительно близко. Не будь на моем лице покрывала, я бы чувствовала его дыхание.

Не боялась, нет, но было как-то противно.

- Пойдемте со мной, Ада.

- Мне кажется, или девушка не хочет никуда идти?

От спокойного голоса дака мы оба вздрогнули, и неизвестно, кто испугался больше. Бруно не знал, кто с ним заговорил, пока не обернулся, а вот я слишком хорошо это понимала. Расмус стоял прямо за спиной Бруно и неизвестно, сколько всего услышал. Как я могла не заметить его появления?

- Вам показалось, - быстро ответила я. Но Бруно так побледнел, что без слов было понятно – виновен. В харчевне вдруг стало прохладнее, а по прилавку вязью побежала изморозь. Я едва не застонала, припомнив очень похожую ситуацию.

- Зачем вы пришли? – Расмус спрашивал спокойно, а глаза его практически побелели, так что казалось – дракон слеп. Мне жутко стало, и одновременно радостно, что глаза эти страшные не на меня устремлены. Бруно молча затрясся, а Расмус разглядывал его, наклоняя голову то в одну, то в другую сторону.

И я поняла, что происходит. Вспомнила, что отец Расмуса читал мысли. Не знаю, как это выглядит, но почему бы и не так жутко?

Бруно застонал, и я не выдержала.

- Хватит! Прекратите!

И я, и Расмус этими помертвевшими глазами, оба уставились на мою руку. Которой я, сама того не замечая, схватила Расмуса за плечо.