Порченая для ледяного дракона

Глава 31

Людей на площади было довольно много, будто Магрит где-то повесила афишу. Так мол и так, приходите, будет весело. Хотя могу предположить, что основную толпу создали даки, прибывшие на площадь, а уж люди толпились просто из любопытства. Ждали, что будет.

Магрит стояла на крыльце ратуши. Словно на праздник, для убийства она выбрала красное атласное платье,облегающий силуэт которого только подчеркивал шикарные формы, а подол струился по ступеням. На плечи она накинула белую шубку, хотя совершенно точно та была не нужна – огненная драконица не мерзла.

Мофаро тоже был здесь – крутился возле Магрит, что-то пытался шептать ей, но драконица даже не поворачивалась в сторону лысеющего предателя.

На меня, в стареньком пальто и с покрывалом на голове, внимания никто не обратил – я так и прошла к ратуше незамеченной. Окликать Магрит не стала – много чести. Остановилась у ступеней и отвернулась к фонтану, чувствуя, как внутри сжимается сердце. Фонтан перед глазами мерцал спокойствием, которого во мне точно сейчас не хватало.

Три года назад я была совсем другой – потерянной, растерянной, отчаянной. Тогда мир казался таким чуждым и холодным, будто каждая улица и каждый дом были свидетелями моего одиночества. Теперь же я вроде бы нашла себя вновь, поняла, куда идти и зачем, но явилась Магрит и вытянула боль наружу. И вот я снова стою на площади, перед фонтаном. Он проклят, не иначе.

- Явилась? - Магрит наконец заметила меня и спустилась к подножию лестницы.

- Как видишь, - я даже оборачиваться к драконихе не стала. Так и смотрела на фонтан, на площадь, заполненную людьми и драконами. Свидетелями моей смерти должно стать не менее тридцати зрителей, вот пусть они и разглядывают Магрит.

- Странный выбор одежды в последний путь.

Я все-таки не удержалась и смерила Магрит взглядом.

- Странно, что тебя это заботит.

- Вчера ты не была такой уж дерзкой.

Я кивнула.

- Вчера я надеялась, что в тебе есть хотя бы кроха здравого смысла.

Магрит говорила насмешливо, но я слышала в ее голосе напряжение. Несмотря на дурость и ярость драконицы, сомневаюсь, что ей приходится так уж часто убивать.

- Сегодня нет?

- Магрит, давай начнем, - не выдержала я. – Ты отлично знаешь, что убивать меня не из-за чего, и все равно это сделаешь. Так к чему эта прелюдия?

Драконица фыркнула.

- Глава…как там тебя? Мофаро, подойди.

Бывший адвокат, а ныне Глава Городского совета мигом оказался рядом.В мою сторону не смотрел и делал вид, что никого, хоть мало мальски похожего на Аду Альвштар, в обозримом пространстве нет.

- Насколько я помню, эта женщина соглашалась выйти за тебя замуж. Это так?

- Какая? Не вижу рядом никаких женщин, – Мофаро глупо повертел головой.

Магрит это не понравилось: скривилась и ткнула в меня пальцем.

- Ах эта… Да, я даже с мамой ее хотел познакомить, а она вдруг отказалась, - я закатила глаза от предсказуемости адвоката. - Считаю, это недопустимым! Нет, не с юридической точки зрения, нигде нет нормы по которой помолвка не может быть разорванной, но…

- Меня не это интересует, - Магрит пришлось повысить голос. Мофаро нервно вытер лысину, но замолчал. – Как ты думаешь, почему она отказалась?

- Разумеется, из-за Верховного дака. Я видел, как она соблазняла его!

Мне стало смешно.

- Покрывалом?

- Подмигивала, - не остался в долгу Мофаро.- Почему бы и нет? Глаза-то были открыты.

Я посмотрела на Магрит.

- Не удивляйся, если завтра на пороге увидишь Мофаро вместе с мамочкой. В руках они будут держать брачный договор по которому твое имущество уже принадлежит им, а отбиться от этой семейки будет невозможно.

Магрит не стала отвечать. По-видимому, посчитала, что незачем и дальше разговаривать с той, кого через несколько минут не станет. Позади нас, на ратуше были часы, и даже не оборачиваясь, я знала, что осталось совсем немного времени до полудня. Не больше пяти минут моей жизни проходили впустую – я стояла на площади в окружении незнакомых и малознакомых людей и драконов, но хотелось все-таки продлить этот миг еще немного.

Неожиданно наметилось какое-то движение. Даки начали оглядываться, шептаться между собой, люди, заметив это, насторожились, стали вытягивать шеи, пытаясь понять, что происходит. Полдень, а такое ощущение, что ни у кого работы нет. Надо было передать Расмусу, что Дальняя гора даже даков расхолаживает.

К нам уверенным шагом направлялся Ингвар – дак, попытавшийся вчера протянуть мне руку помощи. На нем был тот же чиновничий мундир, вот только брюки уже казались отглаженными. Припоздал немного, по-видимому, брюки гладил.

Не сразу я поняла, что следом за Ингваром следует один из лекарей Дальней горы. Неудивительно, что я их знала в лицо – двоих-то на всю гору. Лекарь аж подпрыгивал, непонятно только от чего – то ли от волнения,то ли от радости. Мы с Захарией редко пользовались его услугами - он всегда казался немного придурковатым.

- Вот и наш свидетель, - Магрит выглядела довольной. – Думала вы опоздаете.

- Как можно, - Ингвар кивнул мне. – Осталось несколько минут и я хотел бы провести их с пользой – дать вам возможность не нарушать закон.

Магрит выдержала паузу, растерянно моргая, но все-таки призналась.

- Не понимаю, о чем идет речь. Это мое право – вызвать на битву человечку, позарившуюся на моего мужчину!

- Она проходила процедуру освидетельствования? – спокойно уточнил Ингвар, но в голосе его звучала насмешка – он-то отлично знал, что нет.

- Эта женщина не может быть беременна, - фыркнула Магрит. – И вы отлично это знаете – от дака может забеременеть только его супруга.

Которой, как все думают, у него нет.

- Но она вполне может быть беременна от кого-то другого, - Ингвар был непреклонен. – И не мне вам напоминать о том, что дитя важно независимо от отца.

- Но… - Магрит осеклась, но призадумалась. А я вдруг осознала одну простую истину: пока что драконица подозревает, что я как-то повлияла на Расмуса, но пока это просто подозрения и она движима желанием устранить меня на всякий случай. А если я и впрямь беременна, то Магрит получит новые сомнения: кто отец? И доказать, что это не Расмус, я никак не смогу… Что эта женщина может в таком случае совершить?.. О боги, пусть я не буду беременна.

- Давайте начнем, - Ингвар обернулся к лекарю, который с готовностью достал из кармана камень размером с яблоко. Я испуганно попятилась.

- Не бойтесь, - неверно расценил мой испуг лекарь. – Это совсем не больно, я просто прикоснусь к вам артефактом. Позвольте вашу руку.

- Может быть, не надо? Я согласна с вызовом, пусть уж лучше все произойдет сегодня…

Магрит громко вздохнула, демонстрируя раздражение и схватила меня за кисть левой руки, протягивая ее лекарю. Мне бы отбиваться, но свободной осталась правая, поврежденная рука, так что эффекта от моих телодвижений не было никакого. Лекарь прикоснулся к кисти, затянутой в перчатку и камень загорелся зеленым светом. Мы все вытаращились на него, не зная, что это может означать.

- Беременна! – радостно возвестил лекарь. Он явно не понимал серьезности момента.

- Это какая-то ошибка, - у меня дрожал голос. Все из-за перчатки! Да-да, давайте я ее сниму!

К сожалению, и без перчатки результат остался такой же. Я так и замерла, боясь поднять взгляд. И дело не в том, что все узнали о моей беременности. Проблема в том, что об этом знаю я! И что теперь делать?!

- Занятно, - протянула Магрит. – И кто отец?

Я молчала, чувствуя, что все смотрят на меня.

- Кто отец? – закричала дара, и в голосе ее явственно послышался рык дракона.

- Спокойнее! – Ингвар выступил вперед, закрывая меня собой. – Конфликт исчерпан, ты отлично знаешь, что этот ребенок не может быть от Верховного дака!

Хочешь не хочешь, а взглянуть на соперницу пришлось. Выглядела она страшно: взгляд опять стал полубезумным, змеиным, черты лица заострились, а одежда вдруг стала тлеть, как если бы Магрит раскалилась.

- Как ты это сделала? – прошипела драконица. Она не собиралась сообщать остальным правду, но чувствовала ее. – Ты же не открывала лицо… Не открывала же?

И Магрит побледнела, гнев в ее страшных глазах улегся. По-видимому, драконица предположила, что Расмус все-таки знает правду, и пытается просчитать последствия.

- Ребенок не Расмуса! – Ингвар не унимался. – Битва невозможна! Что тут еще обсуждать? Расходимся.

И дракон махнул рукой остальным дакам, давая знак отправляться на работу. Те недовольно заворчали, парочка даже подошла уточнить, почему битва не состоится, но узнав причину, расходились.

Я сгорала от стыда, боялась смотреть на Магрит – ситуация сложилась в высшей степени нервная. Мне бы уйти, а я боялась остаться одна – драконица выглядела неадекватно и вполне могла меня разорвать в безлюдном месте. Что ей, взбешенной из-за измены любимого, до того, что я неприкосновенна? Хотя с какой стороны посмотреть кто кому изменил – я все-таки законная жена.

Ингвар любезно решил меня проводить и на протяжении всего пути я чувствовала себя виноватой. Виноватой перед Магрит, хотя это и странно, все-таки драконица хочет меня убить. Но три года назад я сбежала, отказавшись от Расмуса, и Магрит любезно согласилась мне помочь. Три года она жила, зная, что Расмус принадлежит ей, и вот я опять вернулась.

Я подняла глаза на серое небо, пытаясь не заплакать. Я же не хочу забрать Расмуса обратно! Просто желала получить небольшую порцию счастья… Бойтесь своих желаний, называется. Счастья получила огромную порцию, и что теперь с ним делать? Надо было и впрямь бежать с Бруно в Долину, пока имелась возможность.

Магрит следовала за нами с Ингваром и была странно молчалива. Подозрительно молчалива, я бы сказала. Как бы у нее словесный понос не открылся немного погодя.

Так и вышло. Мы простились с Ингваром практически у дверей таверны, и Магрит мигом переменилась. Догнала, и не успела я толкнуть дверь, схватила меня за покрывало и развернула лицом к себе.

Я взвизгнула – вместе с покрывалом Магрит потянула волосы

- Ты не хочешь объясниться, человечка? – опять зашипела, опять драконьи глаза стали змеиными. – Расмус знает, что ты выжила? Ну?! Ответь!

- Нет, - выдохнула я, незаметно отступая к двери. Только бы зайти в таверну, а уж там меня спасет артефакт.

- Тогда чей это ребенок? Расмуса?

- Нет, - еще один шаг…еще один.

- «Нет», - передразнила меня Магрит. – А чей тогда? Непорочное зачатие? Мофаро?

Меня осенило.

- Это человек. Бруно Иммиргайл.

Магрит недоверчиво прищурилась.

- Почему тогда ты меня с ним не познакомила? Не ве-рю!

- Твое дело, - огрызнулась я. Нащупала рукой спасительную ручку. – Оставь меня в покое!

- Я тебе сейчас шрамы на поллица оставлю!

Но Магрит даже рукой с длинющими ногтями взмахнуть не успела: прямо перед таверной опустился громадный белый дракон, взметнув пыль и остатки снега. Кожа его была покрыта ледяными наростами, длинная шея высоко держала умную голову с шипами, а с нашей последней встречи дракон точно стал больше. Мы с Магрит замерли, наблюдая за тем, как приближается конец света. И драконице и мне появление Расмуса было ни к чему.

Дракон топнул лапой, пристально глядя на нас, его окутала снежная дымка, которая схлынув, оставила после себя красивого мужчину. Расмус был взбешен. По улице в разные стороны разбежалась изморозь, а всю меня прошило страшным холодом, как если бы я обнаженной вышла на улицу в мороз.

К слову об обнаженности, рука моя мигом взметнулась вверх, проверяя наличие покрывала. Покрывало было на месте, несмотря на дерганье Магрит, так что можно было надеяться, что бешенство Расмуса направлено не на меня.

Безумно долгое мгновение мы с Магрит наблюдали, как к нам приближается Расмус, а на небе сходились темные снежные тучи. Напряжение увеличивалось, ощущалось вместе с холодом каждой клеточкой, и тут Магрит подала голос:

- Расмус, какая неожиданность.

Стоит отдать драконице должное – голос у нее не дрожал. Я, например, вообще в себе не ощущала сил разговаривать.

***

Пока летел на Дальнюю гору передумал многое.

Рассказать Магрит об Аде мог только Ульрих. И да, я виноват – секс с Адой не поддавался рациональному объяснению, но и не должен был каменный дракон подвергать такой опасности беззащитную девушку. Поговорю с ним позднее. И уверен, молодожену этот разговор не понравится.

К Аде я испытывал какую-то необъяснимую нежность, когда прикасался, будто бы вспоминал о чем-то, давно забытом, когда слышал голос, успокаивался. Нельзя было позволять судьбе и с ней меня разлучить. Нужно было сразу забрать ее на Злую гору. Там бы я уже не допустил ошибок прошлого.

Я ненавидел этот древний ритуал. Да все адекватные драконы про него уже давно забыли, а вот Магрит, видите ли, помнит! Уверился в том, что расстаться с ней было правильным решением. Вот только не пострадала бы при этом Ада.

Удивительно, что Магрит хватило наглости вызвать Аду на битву. Ритуал использовали только если дак встречался одновременно с двумя женщинами, но огненная драконица уже свободна. Решила поступить так из мести? Но должна же она была понимать, что если все вскроется, то будет подвергнута суду? Хотя как бы все вскрылось, если бы не Захария и артефакт связи, который дракон решил ей оставить, действуя по наитию?

Расмус опоздал. Всего на несколько минут позже полудня он опустился на маленькую площадь, на которой был только фонтан, да несколько людей, но окровавленного тела Ады, и торжествующей Магрит не наблюдалось.

Дракон принюхался и опять расправил крылья, для того, чтобы направиться в сторону таверны. Чутье не обмануло – у таверны он обнаружил и Магрит, и Аду.

***

- Отойди от нее, - угрожающе сказал Расмус. Он не кричал, но в страшном надвигающемся сумраке все звуки, кроме голоса дака, казались приглушенными.

- Зачем ты так, Расмус? - Магрит наоборот придвинулась ко мне поближе. Понимала зараза, что дак не станет бросать льдиной, боясь задеть меня. – Я просто решила посетить Дальнюю Гору, встретиться со знакомыми. Мы с Адочкой старинные подруги, не знал? Обо всем друг другу рассказываем.

Прозвучало довольно визгливо, нервно, и я вдруг поняла, что с меня хватит. Пусть свои драконьи разборки устраивают без меня. Так что я нажала на ручку двери, и мигом оказалась под защитой таверны. Но облегченно выдохнуть не успела, так как Магрит последовала за мной.

Как на грех, харчевня оказалась забитой, будто бы все те, кто не получил свою порцию зрелищ на площади, решили подождать продолжения в моей таверне. Парочка посетителей вроде бы уже рассчитывались у прилавка, но при виде испуганных меня и Магрит, мигом сели обратно за столик.

А уж когда дверь снова отворилась, и в зал вошел взбешенный Расмус, я поняла, что впору продавать билеты. Раз уж репутация летит в заднее место дракона, нужно хотя бы выгоду получить.

- Ты не имела права вызывать Аду на битву, - прорычал Расмус. – Мы расстались!

- Это было минутное помутнение твоего рассудка, - Магрит спряталась за моей спиной. Хитрая дря…драконица.

Ледяная петля обхватила Магрит за талию (а хотелось бы за шею), и подтянула драконицу к Расмусу.

- Тебе повезло, что она жива. Иначе…

- А ты не хочешь спросить, почему она жива? – перебила Магрит дракона и голос ее зазвучал куда как увереннее, чем раньше. Расмус вопросительно приподнял бровь.

- Я понимаю, почему ты меня бросил: столько лет вместе, ты изучил меня вдоль и поперек, а здесь, на Дальней горе, вся такая чистенькая и загадочная Ада. Так ведь?

Слушать признания этих двоих я не желала, к тому же смущал зрительный зал, который даже дышать боялся, чтобы не спугнуть такое развлечение.

- Давайте вы на улице объяснитесь, - попыталась я вмешаться. Расмус заметил, наконец, что мы не одни, и махнул рукой, отделяя нас троих от остальных ледяной стеной. Теперь окружающие ничего не слышали, и очень этим фактом были опечалены.

- Ты ошибаешься, Магрит. Ада здесь не при чем. Дело в том, что мы абсолютно разные, и нужно было разойтись намного раньше. Еще три года назад, когда… - Расмус поморщился, - когда я женился.

- Блаблабла! – Магрит махнула рукой. Она уже вошла в раж скандала и практически себя не контролировала. – Спроси, спроси у нее, почему она жива!

Расмус насторожился и вопросительно посмотрел на меня. И что я должна была отвечать в такой ситуации? Развела руками, демонстрируя, что не понимаю, о чем идет речь.

- Пока ты думаешь, что влюблен в эту девицу, она беременна! От какого-то человека. Бруно с идиотской фамилией. И судя по тому, что его здесь нет, а твоя Ада не замужем, она не гнушается случайными связями.

- Ну ты дура, - простонала я, не выдержав. Расмус-то глупцом точно не был, и знал, что Бруно исчез до того, как я лишилась девственности, а значит, отцом моего ребенка быть не мог. Я прямо видела по взгляду дака, как разрозненные пазлы в его голове мигом встают на место и рождают хоть и невероятный, но вполне закономерный вывод. Потемневший взгляд остановился на мне, пугая и гипнотизируя одновременно.

- Ада, сними покрывало, - прохрипел Расмус.

- Расмус, я…

Дак отбросил Магрит в сторону, медленно приближался, не сводя с меня взгляда.

- Сними шамильдафово покрывало!

- Расмус, не стоит! – подала голос Магрит и этим лишь накалила обстановку. Глаза Расмуса вконец почернели, ледяная стена покрылась такими густыми узорами, что все зрители остались не только без звука, но и без изображения происходящего.

Я уперлась спиной в стену. Некуда больше было пятиться, и я замерла, испуганно глядя на дака. Расмус протянул руку и неожиданно мягко и плавно потянул вниз покрывало. Мгновение растянулось, заставляя мое сердце замереть, то ли от страха, то ли от предвкушения. Вся эта ситуация настолько измотала меня, что стоило уже и открыться.

Лицо мое открылось, и Расмус громко вдохнул сквозь сжатые зубы. Я не понимала, о чем он думает – лицо ледяного дака не выражало эмоций, и лишь черные глаза выдавали его бешенство. Один удар сердца, другой, а Расмус все молчал, не понимая, что я ощущаю себя обнаженной перед ним, жду хоть какой-то реакции.

А, плевать на него!

И не выдержав ожидания, я выдохнула:

- Свеншард!

***

Шел пятый день осады таверны. Мы с Магрит не выходили наружу, а артефакт успешно сдерживал Расмуса. Я не боялась, что ледяной дак убьет меня – он отлично понимал, чьего ребенка ношу под сердцем, но я не знала, что скажу Расмусу, и как оправдаюсь перед ним.

Опасения Магрит, заставлявшие ее прятаться в таверне, были намного сформированнее. Только дурак не догадался бы, кто помогал мне с побегом, раз уж огненная змеюка была застигнута в моей таверне. И к счастью, у нее ребенка под сердцем, который мог стать преградой для ее убийства, не было.

Так что мы сидели вдвоем в таверне и надеялись, что силы артефакта хватит на долгий срок. Регулярно слышали удары в дверь, демонстрирующие, что Расмус еще здесь, и паниковали.

Вот и сегодня мы сидели за одним из пустующих столов (желающих заселиться в таверну, которую берет приступом Верховный дак, не имелось) и рассуждали, как поступить.

- Давай передадим ему записку, что он тебя нервирует своим присутствием, - предложила Магрит, воруя из моей тарелки кусочки тушеного мяса. Овощи она принципиально не замечала. – Беременным нельзя нервничать, это все знают.

- И ты сбежишь?

- Сбегу, - радостно согласилась Магрит. – Здесь скука смертная.

Дверь хлопнула – явилась недовольная Захария с большой корзиной фруктов наперевес. По-видимому, кто-то сказал Расмусу, что беременным хочется свежих фруктов, и потому он каждое утро выдавал их Захарии. Повариха в нашей осаде не участвовала, так что вполне себе общалась с Расмусом, приносила новости из-за дверей, да и осуждала нас с Магрит за то, что произошло. Хорошо, что не в ее власти было отдавать приказы артефакту, иначе бы нас ничто не спасло.

- Нет уж, - я отодвинула тарелку подальше от Магрит. Несмотря на то, что Расмус усиленно кормил меня фруктами, ела я в основном только мясо. Которое постоянно Магрит пыталась у меня украсть с тарелки.

Все дело в том, что Захария отказывалась драконицу кормить, так что нормально поесть той удавалось только ночью, когда повариха уходила домой. Все остальное время Захария охраняла еду лучше, чем разъяренный дракон, и при малейшем поползновении Магрит, била ее сковородой.

- Нет уж, - повторила я. – Будем мучиться вместе.

Дверь опять хлопнула и в харчевню решительно ворвался Ульрих. Магрит вскочила с места и завизжала:

- Выгоняй! Выгоняй его!

Я как раз набила рот мясом, и чтобы выкрикнуть «Свеншард», мне надо было, как минимум, прожевать еду. Я принялась усиленно шевелить челюстями и, разумеется, подавилась. Магрит отступила к кухне, позабыв о вражде с Захарией, и теперь выглядывала оттуда, ожидая продолжения.

- Я парламентер, - любезно сообщил Ульрих, похлопывая меня по спине. – Брать тебя за шиворот и вытаскивать за дверь, не собираюсь.

- Это радует, - я прокашлялась, и искоса посмотрела на каменного дракона. – Ты не удивлен тому, что я жива?

- Расмус предупредил меня, чего ожидать. Но на самом деле у меня еще три года назад закрались сомнения в том, что ты умерла.

- Почему ты не сказал ему тогда?

Ульрих сел напротив меня, положил локти на стол и придвинул к себе мою тарелку.

- Конечно, угощайся, - пробормотала я, хоть меня никто и не спрашивал.

- Зачем? – Ульрих умудрялся и жевать и говорить. - Наверняка я знать не мог, а разбираться в чужой афере не хотелось. К тому же, три года назад вы были сущими детьми. Один все никак не мог смириться с тем,что его лишили ненужной свободы, а другая требовала сиюминутной любви от того, кто сроду никого, кроме себя не любил.

- Я не требовала…

Ульрих мотнул головой, призывая меня к молчанию.

- Я счел за лучшее не вмешиваться. К тому же, сомневаюсь, что если бы Расмус три года назад узнал правду, то отнесся к этому адекватно.

- А сейчас? – я подалась вперед. – Как он сейчас к этому относится?

Ульрих задумчиво повертел вилкой. Отвечать он не торопился, но я терпеливо ждала.

- Лучше об этом спросить у самого Расмуса, - я недовольно закатила глаза, и Ульрих добавил:

- Но я заметил, что он выглядит намного живее, чем обычно. Как будто сбросил невыносимое чувство вины.

Последние слова Ульрих выделил голосом и я прикусила губу, не желая признавать, что в этой ситуации не права.

- Он считал, что виновен в твоей смерти, - безжалостно продолжал каменный дракон. – Именно поэтому и не женился – боялся и следующую жену угробить. Слышала?

Ульрих повысил голос – его вопрос предназначался Магрит.

- Слышала, - пробурчала драконица.

- Сама виновата в том, что столько времени потеряла.

Магрит фыркнула и скрылась на кухне. Тут же донесся возмущенный крик Захарии, и драконице пришлось вернуться в харчевню.

- Что смотрите? Я сама решила прийти.

Мы с Ульрихом помолчали, рассматривая друг друга. Я и подумать не могла, что каменный дракон настолько благоразумен – он всегда производил впечатление оболтуса, который даже о завтрашнем дне не думает, не то что анализирует поведение окружающих.

- Передай Расмусу, - медленно начала я, - что я готова поговорить.

- Сдурела, - простонала Магрит. – Захария, неси сковороду, нашей беременной опять ребенок в мозг толкнулся – будем отбиваться.

- Я тебе сейчас мозг на место вправлю, - Захария выглянула из кухни. - Уважаемый дак, заберите с собой эту несостоявшуюся убийцу - она все продукты, которые дак Ришерцтах Аде передает, поедает. Да-да, я знаю, что по ночам ты все-таки являешься на мою кухню!

- Готова, но при одном условии, - продолжала я. – Магрит не получит никакого наказания за то, что помогла мне сбежать. Все, что произошло, было целиком моей идеей и виной.

Ульрих удивленно вскинул брови, а Магрит повеселела.

- Однако… А за попытку убийства не хочешь расквитаться?

- Нет, - говорить, что перед Магрит за загубленные три года я виновата так же, как и перед Расмусом, не хотелось, но Ульрих понял меня. Помолчал некоторое время, раздумывая.

- Я думаю, что Расмус согласится с твоим условием. Оно представляется мне не таким уж и невыносимым.

Ульрих ушел, полностью съев мой плотный завтрак, а мы с Магрит опять сидели за столом и ждали, что же будет. Драконица заметно нервничала – даже ногти начала грызть, чего за ней до этого не водилось. В дверь постучали и я, вздохнув, приказала артефакту все-таки впустить Расмуса.Распахнулась дверь, впуская в харчевню ледяного дака. Одет он был в белую рубашку с бледно-голубой вышивкой, и светлые брюки, а длинные волосы были собраны в хвост. По-летнему мой муж оделся, хотя на Дальней горе даже в середине весны холодно.

- Магрит, ты можешь уходить, - ровным голосом произнес Расмус. Я чувствовала, как тяжело ему сдерживаться. – Как и обещал Аде Ульрих, я не буду тебя преследовать …

- Вот уж радость-то, - фыркнула Магрит, но я знала, что ей стало легче. Все ж таки каждую секунду ожидать мести ледяного дака занятие пренеприятное.

- … Но не дай тебе боги, оказаться еще раз в поле моего зрения, Магрит, - продолжал Расмус. Голос его зазвенел от едва сдерживаемой ненависти. – Тогда я позабуду о годах нашего тесного знакомства и ты пожалеешь о них.

Хлопнула дверь – ушла и огненная драконица, Захария спряталась на кухне, и я осталась один на один с Расмусом. Сердце стучало, как сумасшедшее, волнение заставляло голову кружиться, в горле пересохло – в общем, я уже жалела, что все-таки пустила Расмуса в таверну. Слишком ярко ощущалось его присутствие, слишком уж отзывалось в моем теле, чтобы можно было это игнорировать.

Расмус опустился на лавку напротив меня, и я облизнула пересохшие от волнения губы. Мне бы посмотреть в лицо собственному мужу, а я боялась глаз от его воротника поднять. Так и рассматривала, отмечала ровную вышивку и затейливый рисунок. Закончив с воротником, перешла на руки, которые дракон положил на стол.

Расмус, по-видимому, тоже меня разглядывал, потому как долгое время молчал и заговорил только после того, как я кашлянула из-за того, что в горле пересохло.

- Принести тебе воды?

- Нет, - я зажмурилась и выпалила, глотая слова и боясь передумать. – Прости меня, Расмус, за то, что я ушла. Прости, что заставила тебя считать себя виноватым в моей смерти. Прости…

- Ада…

- И я не специально забеременела, ты не подумай. Я просто хотела…

Я замолчала, побоявшись сказать, что влюбилась в собственного мужа и открыла глаза. Расмус наклонился, чтобы поймать мой взгляд.

- Что ты хотела, Ада?

И что же мне ответить?

- Первую брачную ночь, - пробурчала недовольно. – Ты мне задолжал.

- Ты права, задолжал, - Расмус тяжело вздохнул. – И это мне нужно просить у тебя прощения. То, как я себя вел три года назад, не поддается никакому объяснению. Спасибо, что ты сбежала, а не прирезала меня напоследок.

- Была такая мысль.

- Правда?

- Не помню, - призналась я. – Но вел ты себя действительно отвратительно.

- Я исправился, - Расмус осторожно коснулся моей руки, и убирать ее я не стала. Тут же дракон спрятал мою ладонь в своих ручищах и принялся наглаживать. Мне захотелось возмутиться такой наглости, но было это очень приятно и я сделала вид, что не заметила.

- Что мы теперь будем делать, Расмус? – тихо спросила я. Дракон удивился.

- Как это что? У тебя есть сомнения?

Я исподлобья взглянула на него. Настроение у меня менялось стремительно (мне по статусу положено), а такой ответ Расмуса заставлял думать о худшем.

- Не хочешь ли ты сказать, что я должна бросить таверну?

Судя по лицу Расмуса, именно это он и хотел сказать, но передумал.

- Или ты хочешь сказать, что я должна опять сидеть на Злой горе и ждать, пока ты соизволишь явиться?

- Ада, я…

- Я не согласна на такие условия, Расмус! Я выжила без тебя, добилась того, чего хотела! Имею обязательства перед людьми и не могу вот так легко превратиться в просто жену Верховного дака.

- Свои условия я еще не озвучивал, - мягко перебил меня Расмус. – И подумать не мог, что ты вдруг решишься бросить таверну и Дальнюю гору, и отправишься за мной в столицу, или на Злую гору. Я лишь хотел сказать, что нам придется заново знакомиться друг с другом, налаживать отношения…

Я почувствовала себя истеричной дурой.

- И неизвестно, сколько времени это займет…

Плакать захотелось.

- Но я хочу сказать, что сделаю все, чтобы ты познакомилась со мной заново и полюбила.

Хорошо, что я не призналась, что ему и делать для этого ничего не надо.