Порченая для ледяного дракона

Глава 30

Я не знала, что отвечать Магрит. К тому же под недвижимым взглядом ящерицы думать было вообще затруднительно – я ее боялась. Не того, что Магрит оттаскает меня за волосы, нет. Я боялась, что обиженная женщина обратится в дракона и разнесет мне таверну. За что я тогда жить буду? А Захария, а Гулира? Хотя, быть может, сразу упадет камень на голову и тревожиться придется только о том, чтобы слюны пускать поменьше.

От срочной необходимости отвечать меня спас один из посетителей. Подошел к прилавку, с интересом поглядывая на Магрит, и попросил разбудить его утром. Понятно было, что это всего лишь повод оказаться поближе к даре, но я не могла его осуждать. Наоборот, была очень благодарна возможности перевести дух. Пока улыбалась посетителю, даже придумала, как себя вести.

- Магрит, мне кажется, твой гнев необоснован.

- Да ты что! – Магрит залпом допила вино и поставила передо мной бокал. Я охотно подлила вина. Как знать, может удастся напоить дракониху до потери сознания.

- Прости, твое появление стало полнейшей неожиданностью, так что я солгала. Да, Расмус жил в моей таверне, но не более. Сама понимаешь, в общении с бывшим мужем, который три года, как считает, что вдовец, я не заинтересована… Да что там говорить: я всячески его избегала, а в страшных снах видела картины, как Расмус догадывается о том, кто стоит перед ним.

Обернулась посмотреть, не подслушивает ли Захария. Повариха у меня очень любопытная, но она сейчас – меньшее зло. Надо убедить Магрит в том, что я не виновна, а с Захарией разберусь позже.

- Знаешь, о чем я сейчас думаю?- медленно проговорила Магрит. В ее горле то ли клубились рыдания, то ли таился рык, и я со страхом ожидала продолжения. – Я сама виновата в произошедшем. Судьба подарила мне такой шанс – избавиться от соперницы, а я его проигнорировала.

- Ты совершила добрый поступок, - голос у меня задрожал и мурашки побежали по коже.

- Добрый… - Магрит криво усмехнулась. - Я ненавижу тебя, человечка. Ты забрала моего мужчину три года назад, три года мучила его чувством вины…

- Я же вроде как мертва была…

Магрит привстала, чтобы наклониться над прилавком, приблизившись ко мне.

- Три года он был со мной, но помнил о тебе, человечка. Он и жениться на мне не мог, и отпустить. А вот сейчас отпустил. И за это я тебя еще больше ненавижу.

Стало понятно, что переубедить драконицу не удастся. Красивая женщина с безумным взглядом пришла с решением убить меня, и единственное, что я сейчас могу – дождаться приговора. Я обессиленно опустила руки.

Магрит опустилась обратно на стул и покрутила бокал в пальцах.

- Надо было дать тебе упасть со скалы, - тихо, будто бы сама себе, прошептала Магрит. – Тогда бы не пришлось сейчас марать руки.

Я глубоко вздохнула, отпуская напряжение.

- Как это произойдет?

Магрит подняла взгляд. Разглядывала меня, будто муху на хлебе – с таким же брезгливым интересом.

- Как ты собираешься меня убить? Я имею право знать.

Захария выглянула из кухни:

- Госпожа, мне еще что-нибудь принести? – повариха явно была обеспокоена. – Ваша подруга не притронулась к еде.

- Пошла вон, - отмахнулась Магрит, и Захарии это не понравилось. Она застыла в дверях, уперев руки в боки и заголосила:

- Да что ж это делается, люди добрые?! В собственной таверне такое творится.

- Захария, прекрати! – испугалась я. На нас уставились все посетители, кое-кто даже встал, намереваясь выяснить, в чем дело. Но Захарии было все равно: женщину обуяла паника – она все-таки слышала наш разговор.

Магрит залпом допила вино. Один из даков, который заселился уже давно, и явно благоволил готовке Захарии, подошел к прилавку и озабоченно спросил:

- Что здесь происходит?

- Беспредел происходит. Госпожа, выкиньте ее за дверь! – совсем осмелела Захария. Мне же впору было хвататься за голову.

Магрит хрипло расхохоталась и встала со стула.

«Сейчас начнется», с тоской подумала я. Даже зажмурилась, уверенная, что на голову вот-вот упадет потолок. Дакам-то что? Переживут, а вот люди в таверне пострадают.

- Призываю вас в свидетели, уважаемые даки, - громко возвестила драконица. Я открыла глаза. – Я, Магрит Гешт, средняя дочь огненного дака, вызываю на бой за право быть с даком, эту человечку.

Все даки встали. Серьезные, сосредоточенные… В отличие от немногих людей, явно не понимающих, что происходит. Я испуганно взглянула на того дака, что пытался помочь и он с явным сожалением отступил. В воздухе повисло предчувствие беды – вязкое и пряное. От страха меня затошнило. Захария что-то бормотала, но ее не слушали.

- Скажи имя, - тихо попросил дак. Магрит гордо оглядела харчевню, с явным удовольствием выдерживая паузу и посмотрела мне в глаза.

- Расмус Ришерцтах.

Кто-то громко ахнул – Расмуса знали многие, а Захария заголосила еще больше:

- Да не нужен он нам! Забирай его, злыдня.

Дак с сомнением взглянул на меня:

- Имеете ли вы право биться за него?

Не дав Магрит даже возможности ответить, я выпалила:

- Имеем! Прошу, без подробностей.

Не хватало еще, чтобы дракониха сообщила мое настоящее имя. Пусть лучше думают, что Магрит меня из ревности, как случайную любовницу решила наказать. При таком раскладе, надеюсь, Расмус о происходящем и не узнает.

- Когда и где? – дак взял на себя роль судьи состязания?

- Завтра в полдень, - Магрит потянулась. Она выглядела расслабленной и спокойной – дракониху явно отпустило чудовищное напряжение. Зато я его приобрела – в висках стучало, а воздуха не хватало. – Встретимся на площади. Думаю, Дальняя гора никогда не видывала такого развлечения, как убийство человечки прекрасной дарой.

Захария привалилась к прилавку, а дак нахмурился:

- К чему такая театральность? Это наши дела, а не человеческие.

Спорно звучит, если учесть, что я человек, но да пусть. Хотелось бы, чтобы все это действо прошло как можно тише, а то слишком много удовольствия для Магрит.

- Я обо всем договорилась. С человеческими властями проблем не возникнет.

- Мофаро – мстительный гад! – пробормотала Захария. Я с ней была полностью согласна. И Магрит обо мне рассказал, и разрешил казнь на городской площади устроить. Надо не забыть сказать Захарии, чтобы не вздумала его после моей смерти на порог таверны пускать.

- Увидимся завтра, - подмигнула мне Магрит и удалилась, покачивая бедрами.

- Свеншард! Свеншард! – вслед ей крикнула Захария, но ничего не произошло. Артефакт активировался только мной.

- Сочувствую, - коснулся моего плеча дак. – Не хотелось бы вас пугать, но о завещании следует позаботиться.

Дак выглядел благоприятно: темный чиновничий мундир, наглухо застегнутый так, что под ним заметна была только белая рубашка, да темные узкие брюки, не очень хорошо выглаженные. Длинные каштановые волосы дака были заплетены в сложную косу, которая спускалась до пояса. Он казался старше Расмуса, смотрел спокойно и без осуждения, так что я схватила его за руку.

- Подождите, - мысли мешались, и я помолчала, собирая себя в кучу. – Что из себя представляет эта битва? Что мне предстоит?

Дак замешкался. Видно было, что ему не хочется отвечать, но и повода сбежать не находится. Я огляделась, желая призвать Захарию в помощницы, но она куда-то подевалась.

- Пожалуйста, расскажите. Мне больше не к кому обратиться.

- Хорошо, - сдался дак. – Присядем?

За столик я прихватила вино, к которому дак отнесся очень благосклонно, и печенье, на которое он внимания не обратил.

- Меня Ингвар зовут, - сообщил дак, наливая себе вина. – Вы будете?

- Нет, - я нервно схватила печеньку. Ситуация страшная, а мне вдруг есть захотелось. – Давайте ближе к делу.

- Давайте. Как вы умудрились перейти дорогу любовнице Ришерцтаха? За обычных даков на битву редко вызывают, а здесь слишком уж лакомый кусок, сразу было понятно, что дара не уступит.

Я едва не подавилась крошками. Прокашлялась и хрипло попросила:

- Я даже не знаю, что это за битва. Как меня будут убивать?

- Зная, что Гешт – род огненных даков, вас скорее всего спалят, - доверительно сообщил Ингвар. – Но может и голову откусить, правилами это не запрещено.

- А у меня какое оружие?

Ингвар развел руками.

- Ваши ногти, зубы и способности. Все в равных условиях.

От изумления я раскрыла рот, забыв, что он полон печенья.

- А где же здесь равные условия, Ингвар? Мои зубы уступают драконьим, как и ногти. Я уже молчу о том, что из способностей у меня только способность громко и противно кричать.

Я сняла перчатку с левой руки и продемонстрировала даку аккуратно подстриженные ноготки. Ингвар равнодушно пожал плечами.

- Изначально битва за любовь даков была прерогативой дракониц. Неважно, знатного рода они были, или нет, значение имело лишь желание уничтожить соперницу.

- То есть величественные даки сидели в своих домах на вершинах гор и ждали, пока одна из женщин погибнет, сражаясь за него? Хороши мужчины, ничего не скажешь.

- Интересный взгляд на ситуацию, - Ингвару нахмурился и бокал отставил в сторону – ему сказанное не понравилось. Я пожалела, что открыла рот – обидится дак, уйдет, и не узнаю я подробности завтрашнего действа. – Но даки всегда сражались за женщин, нам не требуется специальной процедуры. Для дракониц же битва является дозволением, демонстрацией того, что они равны дакам. Сейчас, когда драконов осталось мало, нам приходится соперничать в любви с людьми, так что небольшое преимущество в битве, всего лишь восстановление справедливости.

А я еще надеялась, что Ингвар мне сочувствует? Все драконы даже порадуются, когда дара уничтожит очередную человечку.

- Магрит не понесет наказания за мою смерть, верно?

- Конечно. Битва за любовь – это не про бессмысленные убийства, абы кого вызывать нельзя. Я не зря спрашивал, имеете ли право на сражение за сердце Ришерцтаха – и вы сами подтвердили, что вызов правомерен.

- А если бы нет?

- Началось бы разбирательство. Магрит взяли бы под стражу, как потенциальную убийцу невиновной, вызвали дака Ришерцтаха…

Хорошо, что я сразу согласилась. Лучше уж умереть от руки Магрит, чем еще раз увидеть ненависть во взгляде Расмуса.

Я задумчиво съела печеньку и грустно сказала:

- Выходит, человеческим женщинам не стоит связываться с даками. Скажу Захарии на моей надгробной плите выбить именно эту мысль.

Три года назад, когда я соглашалась выйти замуж за Расмуса, и подумать не могла, что мне грозит.

- Ну почему же, нет. Если дак не состоит в беспорядочных связях, и не имеет одновременно двух и более партнерш, то риск минимален. К тому же, некоторые предприимчивые человечки пытаются обезопасить себя скорой беременностью. Драконы не могут похвастаться плодовитостью, так что очень ценят детей. Даже чужих… Вы ведь не беременны?

Я хотела было презрительно фыркнуть, и вдруг замерла. Замерла, осененная ужасной мыслью – я ведь могу быть беременна! Дак ждал ответа, а я пыталась подсчитать даты, сбиваясь и паникуя.

- Ада, вы не беременны? – настойчиво повторил дак. И настойчивость его была такого рода, что следовало поскорее отвечать, а не то кто-то быстро проведет параллели. Как выяснилось, забеременеть от дака можно только будучи за ним же замужем, а ни один дак в здравом уме беременную жену от себя не отпустит,так что ой-ой, что может себе надумать Ингвар.

- Нет, конечно! – я криво улыбнулась. – Простите, просто задумалась на тему завтрашней смерти.

Судя по настороженному лицу Ингвара, я его совсем не убедила, так что нужно было уходить, пока еще больше не выдала себя неосторожным словом.

Так что я вскочила с места и принялась пятиться, чуть ли не кланяясь.

- Спасибо вам, Ингвар! За поддержку, за объяснения…

- Ада, вы куда?

- Готовить завещание! Не волнуйтесь, Ингвар, смерть хозяйки таверны на вашем проживании никак не отразится.

***

В свое последнее утро я была странно спокойна. Действительно составила завещание, в котором таверна досталась Захарии, а все отложенные деньги – Гулире. Понадеялась, что служанка распорядится ими разумно и купит, наконец, себе жилье.

Сделала небольшую уборку в комнате, выбросила ненужные документы, положила хорошие книги на видное место. В свой последний путь подготовила новое платье, которое еще ни разу не надевала: темно-серое, с белым воротником и кружевными манжетами. Даже перчатки решила надеть белые – я их марать чужой кровью не собиралась.

Волосы распустила, но кончики немного завила, и встала перед зеркалом. Бессонная ночь дала о себе знать – глаза опухли, а под ними залегли темные мешки. Даже черты лица словно заострились, хотя быть может это случилось давно, а я просто не обращала внимания?

Я приложила руку к животу и представила на мгновение, что беременна. Нет, быть такого не может. А даже если и может… Никто не должен знать об этом, потому что сразу же сообщат Расмусу. Хорошо, что тайну предстоит хранить всего несколько часов.

Я уже вышла за дверь, как вдруг решительно вернулась и взяла из шкафа покрывало, забытое более, чем на две недели. Слишком уж плохо я выгляжу, а прикрою лицо, и Магрит этого не заметит. Не хотелось бы, чтобы сумасшедшая дракониха догадалась о бессонной ночи. Решит еще, что я не спала от страха.

Зашла попрощаться к Захарии. Как ни странно, повариха не пришла попрощаться ни вчера, ни сегодня, хотя я ожидала, что мне предстоит пережить море слез. Даже Гулира, с которой мы не были так уж близки, довольно долго проплакала на моем плече, а вот Захария оказалась странно невозмутимой.

Я зашла в кухню, а она мельком обернулась и продолжила лепить пирожки.

- Опять это покрывало! – фыркнула повариха, не глядя на меня. – Снимите его пожалуйста.

- Поздно, Захария! – грубо ответила я. - Думаешь, перед смертью влюбится кто-то?

Не выдержала, да. Но мне простительно, я все-таки на казнь иду.

- Как знать, как знать, - повариха все-таки остановилась. Так и замерла, держа в обеих руках кусок теста. Я заметила, что руки у Захарии дрожат, подошла к ней и обняла за плечи. - Не идите туда, госпожа. Да кто эта ящерица такая, командовать здесь?!

- Бесполезно, Захария, - прошептала я в макушку поварихе. Впервые осознала, насколько эта женщина мала ростом. Обычно, она казалась несколько выше, наверное, из-за силы духа. – Не пойду на площадь, она придет сюда.

- Не пускайте эту ящерицу проклятую на порог, и все! Потяните время, у вас же есть артефакт!

Стоил артефакт так дорого, что Захария до сих пор считает его панацеей от всего. Она искренне уверена, что он может защитить таверну даже при землетрясении.

- Не пущу в таверну, сожжет нас заживо. Я не хочу, чтобы вы из-за меня пострадали.

Захария рвано вздохнула, но не заплакала. Помолчала немного, а затем отстранилась и деловито меня осмотрела.

- Выходит, что я была права: у вас с этим даком любовь? Раз уж ящерица так озлобилась.

Я решила уйти прямо сейчас, чтобы не испортить напоследок наши отношения.

- Какая разница теперь, Захария? Ты только об этом и можешь думать!

***

Совещание Сената затянулось до поздней ночи, и в кабинет Расмус не вернулся. Сразу отправился на квартиру, но не спалось. Расмуса будто тревожило что-то: он пытался читать скучный учебник по политологии, думал о работе, вспоминал происхождение всех Верховных даков, но так и не мог уснуть. Так что на работу ледяной дак явился уже в шестом часу утра.

Секретарей еще не было, но Расмуса это порадовало – раз уж выпало свободное утро, нужно сделать те задачи, которые давно откладывал. Даже в кабинет он зашел почти в хорошем настроении. В настроении, которое тут же улетучилось, когда дак заметил связной артефакт, мигающий красным.

Расмус замер, не в силах сделать даже шаг. Это уже было – мигающий красным артефакт, и предчувствие скорой беды. Но тогда у него была та, за которую следовало переживать, сигнала от которой следовало ждать ежесекундно, а теперь?

Да и теперь есть. Расмус предполагал от кого мог поступить сигнал – от поварихи Ады. Хоть владелица таверны и заявила, что хочет забыть о встрече, дак отчего-то не желал забывать о ней. Заинтриговала, наверное, вот Расмус и оставил забавной Захарии артефакт для связи. Чувствовал, что понадобится. И не желал, чтобы с девушкой что-то плохое случилось, а он опять не успел помочь.

Бросился к столу, едва не упал через кресло, и наконец, преступно задержавшись на мгновение, провел рукой, активируя артефакт. В кабинете раздался голос Захарии:

- Можно? Уже можно говорить? Кхм, уважаемый дак Ришерцтах, возвращайтесь поскорее к нам, а то тут явилась какая-то ящерица…

По-видимому, по ту сторону артефакта кто-то был недоволен, потому что Захария поправилась:

- …Да, дара огненная явилась, и нашу Адочку на битву вызвала.

Расмус похолодел от ужаса – откуда Магрит могла узнать об Аде? Да ладно узнала… Как ей в голову пришло напасть на человека? Никогда дары не вызывали на битву случайных любовниц, какой в этом смысл? Освободить место для замужества – конечно. Но место рядом с Расмусом свободно, он просто не желает жениться на Магрит! По-видимому, огненная дара просто сошла с ума! А Захария продолжала говорить:

- … Вы только поспешите. А то вы мне каменюку дали, а как пользоваться ей – не объяснили. Так что я пока нашла, кто поможет, время прошло. Благо Ингвар, хоть и из ваших, а неплохой…. К чему это я? В полдень на площади битва будет, вы уж выручите нас…

Больше Расмус не слушал – выбросился в окно, уже в полете обращаясь в дракона. В пустоте кабинета продолжал звучать голос Захарии:

- Мы потянем для вас время. Ингвар говорит, что приведет лекаря, а то есть у него подозрение, что наша Адочка беременна…