Простушка на одну ночь

Глава 11

Глава 11

Марсель

Позвонить? Номер Ленки мне неизвестен.

Зато у меня есть номер Ульяны Платоновой, подруги Елены Шатохиной. Ей-то я и звоню… Прокашливаюсь, надеясь, что голос звучит трезво.

— Алле…

— Привет, Марсель.

— Привет, Ульян. Как дела, как дети?

— Отлично! Если ты звонишь мне в поисках Андрея, то он на сложной операции консультирует. А ты? Как сам… Как водочка? Хорошо идет? — интересуется елейным голоском Ульяна.

Я прикрываю ладонью динамик, словно по нему сверхъестественным образом мог передаться алкогольный душок.

— Водочка? Какая водочка, Ульяна!

— Сорокаградусная, как минимум. Или больше.

— Да я не пью! — возмущаюсь громко.

Ульяна вздыхает:

— Марс, можно подумать, ты первый раз мне звонишь, когда выпьешь. Я ваши с Андреем пьянки уже по одному протяжному “аллееее” узнаю! Так что давай ты не будешь меня отвлекать и сразу скажешь, зачем звонишь!

Раскусила, рыжая! И как обычно, рубит правду-матку. То есть то, что у нее на уме сейчас. Так что нет смысла корчить невесть что, прошу прямо:

— Ульяна, дай мне номер подруги, Ленки Шатохиной.

— Шатохиной? Хм… Нет у меня такой подруги!

— Че? Как это нет! Подруга твоя. Ленка Шатохина! Подружкой на свадьбе была.

— Елена Тетерина, ты хотел сказать, да?

— Пусть Тетерина, да. Кстати, что ты знаешь о ее супруге? Виделась с ним?

— С Тетериным? Нет, не виделась, не общалась вживую.

— Какой у них брак вообще… — спросил я небрежно. — Вы с ней секретничали, делились? Тебе не показалось странным, что она вышла замуж за такого старика? К тому же он налажал сильно. Опозорился… Как у нее сейчас в браке дела обстоят?

— Не знаю, — растерялась Ульяна. — Лена мне ничего такого не говорила. Она вообще не откровенничала со мной на тему брака. А что это ты о браке Лены разнюхиваешь? — поинтересовалась Ульяна голосом, полным подозрений.

— Дай мне ее номер, пожалуйста.

— А тебе зачем?

— Поговорить надо. Мы с ней недавно… кхм… пересеклись. Но я не взял ее номер.

— Ах, просто поговорить. Конечно, Марсель. Ручка под рукой или ты сразу в телефон запишешь?

— Сразу в телефон. Диктуй!

— Восемь. Девятьсот двадцать три…

— Ага, дальше!

— А дальше не скажу.

— Что? Как это, Ульяна. Мне очень нужно.

— Ха. Еще бы… Нужно тебе. Позарез. Вопрос жизни и смерти! Думаешь, я не знаю, зачем тебе номер моей подруги?! Звонишь пьяным из бара, задаешь вопросы, все ли гладко у нее в браке! Мне все ясно! Зачесалось, небось, причинное место, и ты вдруг вспомнил, какой стала Лена… Она всегда была красивой, а сейчас еще изящная, как куколка фарфоровая, и тебе захотелось снова ее в постель затащить. Так вот зря ты мне позвонил! Ты Лену уже один раз обидел, и я не стану той, через которую ты добудешь способ обидеть ее еще раз.

— Кто сказал, что обижу?

— Ваш разговор на ножах мне сказал. Послушай, Марсель, я знаю, какого ты высокого мнения о своей персоне. Да, у тебя прекрасные внешние данные и профессия, которая делает тебя в глазах женщин еще привлекательнее. Но неужели ты считаешь, что это дает тебе право вытирать ноги о девушек? Ты переспал с Леной на моей свадьбе.

— Мы взрослые люди, окей? Она была не прочь! — разозлился я. — Чего ты мне нотации читаешь? Можно подумать, ты с Андреем звездочки считала!

— А я тебя не за секс с Леной упрекаю! Я упрекаю тебя за то, как ты по-свински с ней обошелся позднее. Не хотел ты с ней отношения строить? Пускай! Но зачем было обзывать ее Хатико?! Скажи спасибо, что я только недавно об этом узнала. Узнала бы тогда… На порог бы тебя ни разу не пустила! — выдохнула огнем в мою сторону Ульяна.

— Что, — ухмыльнулся я. — Дети тебе мозг вынесли проделками, и ты решила на мне отыграться?

— Просто сказала, что думаю, и полегчало! Все, Марсель. Отдыхай.

— Тебе жалко дать мне номер Ленки Шатохиной? Так я его сам найду!

— Мне не жалко номер. Но я не хочу отдавать подругу в пользование такому бабнику, как ты! И еще одно…

— Что? — спросил я, раздосадованный тем, что потратил время зря.

— Лена. Елена. Леночка. Ленчик… Есть масса других вариантов! Хватит называть ее Ленкой. Ленку ты себе в другом месте ищи! — добавила Ульяна и отключилась.

Пропесочила со знанием дела! Не зря многодетная мамаша…

Теперь я понимаю, с чего Андрей таким шелковым стал. Небось, Ульянка его каждый день по стойке смирно строит.

Значит, достать номер не удалось. Ленка не онлайн. В сети ее нет…

Не могу выкинуть из головы эту девушку.

Хоть убей!

Я перевариваю и перекручиваю наш диалог. Острый, ядовитый… Почему из головы не выходит?

Гадина…

Не идет ни из головы, ни из тела…

Вспомнил, как Ленка-Сирена-Шатохина меня соблазняла, и член мгновенно в трусах ожил…

Харе, приятель. Уймись… Вагин других мало, что ли?

Но то ли я капризный, то ли эта Шатохина — реально из сирен оказалась, моему члену нужна была только она. Тек смазкой на мысли об этой гадине и отказывался стоять как положено, стоило мне на других дамочек внимание обратить…

Итак, подвыпивший изрядно, я задался новой целью: взять Елену-Сирену… Полный спектр удовольствий с ней хочу. Что она там… Не сосет? Не работает?

Тьфу!

Не верю… Ни ей не верю, ни ее мамке-сутенерше. Все они, сучки, брехливые.

Я более чем уверен, что Марго лишь напоказ Ленку уволила, а сама будет ее предлагать проверенным клиентам. Не отказываются от таких красивых и манящих девочек, будучи в своем уме.

Так почему бы мне не стать тем самым клиентом, который и купит эту стервочку?!

Для себя only.

Едва эта мысль оформилась, сразу же набираю номер Марго.

— Алло. Добрый вечер, Марсель, — обращается ко мне мягким голосом. — Безумно рада, что вы снова обратились ко мне. Хотите приятно провести вечер? Мои девочки готовы исполнить любое ваше желание…

— Хочу одну.

— Какую? — оживляется Марго. — Уже выбрали из анкет девочек?

— Той, чего я хочу, на сайте вроде быть уже не должно. Но я уверен, вы что-нибудь придумаете. Понимаете, о ком я? — делаю паузу. — Хочу…

Я едва не говорю “хочу Шатохину”, но заставляю себя притормозить. Ведь Ленка теперь не Шатохина, а Тетерина.

— Хочу Тетерину Елену. Она же Элли. Она же якобы сегодня уволенная.

— Марсель, я уволила ее и заверяю, что…

— Марго, я готов потратиться хорошенько! — перебиваю. — У меня просто зудит от желания спустить деньги на девочку. Но только на одну. Ту самую. И, пожалуйста, не заливайте, что Лена больше не работает. Уверен, это не так.

— Вы ставите меня в очень неловкое положение, Марсель… Может быть, я предложу вам другую девочку?

— Меня интересует только Лена. Сколько?

— Вы… Вы готовы заплатить? — удивляется она.

— Готов. Выкупаю. В единоличное пользование.

Наверное, это чача в голову вдарила. Иначе бы я такое не сморозил!

Чача, чача виновата…

Я изрядно выпил.

— Марсель, я была бы и рада вам помочь, но не могу. Давайте я подберу вам другую красавицу?

— Лена и точка. Никакая другая меня не интересует.

— Но Елена сейчас… занята.

— Так освободите. В чем проблема? В цене? Я заплачу, сколько скажете.

Секундное колебание.

Пауза…

Стук, как будто Марго стучит по стеклу.

— Ох, я чувствую, что Лена вам очень понравилась. Лена у меня новенькая, красивая, ценная. Она не может не очаровывать! Я сама в нее немножко влюблена. На Елену был очень большой спрос... — начинает набивать цену Марго.

— Только сегодня вы сказали, что я у нее — первый клиент.

— Да, но уже выстроилась довольно приличная очередь из тех, кто зарезервировал Елену на будущее, вечер или на одну ночь… Вы же понимаете, что, согласившись на ваше предложение, я буду вынуждена другим клиентам отказать и сделать это так, чтобы они были не в обиде?

У меня разболелась голова.

Внутри появилось ощущение странное и пугающее, что если не сейчас — то все.

Никогда больше.

Шанс будет утерян.

Проклиная себя самого, выдаю ровным голосом, а внутри все кипит и торопит:

— Просто назовите сумму.

— Хорошо, — говорит с улыбкой. — Будет вам Лена. Но предупреждаю, Марсель. Девочка в единоличное пользование — это недешевое удовольствие...

Елена

— Ты не поняла, с кем связалась, девочка? Работая на меня, косячить нельзя… Я преподам тебе урок.

Марго сидит в машине и с приклеенной улыбкой через зеркало заднего вида наблюдает за тем, что происходит.

Меня начинают трепать, как куклу тряпичную и мять, щипать, трогать. Не сразу переходят к главному, а просто мнут, как пластилин, держа так, чтобы вывернуться не получилось.

Передают другу, разворачивая, как многослойный фантик, потихоньку уничтожая одежду. В этой мрачной сосредоточенности и ленивой, жестокой игре столько пугающих нот обреченности, что даже мой оптимизм, который было ничем не убить, вдруг перестал подавать признаки жизни тонкий голос надежды.

— Не сопротивляйся.

Это разумный совет, чтобы ущерб был минимальным.

Но я все равно пытаюсь увернуться от этих жадных пальцев и ухмыляющихся взглядов. Один из амбалов играючи отрывает рукав моего свитшота и нагло дергает лифчик вниз, я успеваю укусить его за кулак. Он шипит и замахивается.

— Синяков нам не нужно! — предупреждает Марго. — Не портить! Осторожнее, мальчики. Потише тут! У меня звонок. Надо ответить.

Марго выскальзывает и говорит о чем-то за пределами машины. Она такая тонкая, фигуристая, очень красивая, как кукла, но со злым и пустым взглядом.

Меня встряхивают за плечи так, что зубы выбивают чечетку и кончик языка оказывается прикушен.

— Раздевайся. Сама, — роняет один из бугаев, которого я куснула. — Живее.

Я медлю. Пальцы дрожат. Фиг вам я разденусь! Отрицательно головой качаю. Слезы срываются.

— Расслабься и получай удовольствие. Слышала такое? — гладит по волосам второй. — Ты же шлюха, ну. Трахаться как не в себя — твоя работа. Хули ломаешься-то?

Приближается. Волосы нюхает.

— Пахнешь вкусно. Волосы пиздец красивые… Люблю на волосы кончать.

Меня скручивает позывом рвотным. Мужчины, обступившие меня, мгновенно откатываются к дверям.

— Вот только блевать не надо!

— Может, у нее рефлекс?

— Какой рефлекс, дурак?

— Ну, есть такой рефлекс — рвотный. Помнишь у Марго была Каро… Каро, сиськи как бидоны с молоком. У нее тоже был рефлекс. Она сосать не могла, блевала, чуть в рот возьмет. Может, и эта не сосет?

— Научим…

В волосы впиваются пальцы.

Я зажмуриваюсь и сжимаю челюсти изо всех сил. Молюсь, чтобы в машину долбанула молния хорошенько или чтобы бетонная плита сверху шлепнулась.

Все, что угодно! Все, что угодно, лишь бы избежать насилия. Меня настойчиво удерживают, пытаются заставить разжать челюсти.

Все замирает со звуком требовательного стука по стеклу.

Амбалы больше не дергают меня, смотрят на Марго, стоящую за пределами машины. Она подает им знак: “Стоп!”

Резко машет рукой, делая при этом красноречивое выражение лица, чтобы дошло до любого: СТОП!

Все прекращается.

Меня не трогают. Не бьют и не сыпят пошлыми угрозами.

Но и не выпускают.

— Че дальше? — спрашивает один.

— Ждем, — буркает второй.

— Бля, все, что ли? Я уже настроился… Может, немного?

— Тебе что сказали? Жди! — оборачивается водитель. — Еще Марго предъяву кинь, что у тебя хуй заторчал, а тебе добро не дали.

Первый мгновенно перестает жаловаться, поднимает руки в знак извинений, говорит:

— Не-не, я без претензий. Просто девчонка красивая. Красивая, но дурная. Ей бы не помешал урок…

— Ты самый умный, петушара? Марго лучше знать, как с такими, как она… — смотрит на меня водитель в упор. — Надо обращаться. Не первой дуре Марго гонор обламывает. Тебе показали, что будет, Елена. Теперь станешь послушной, правда? — уточняет он. — Не расстраивай Марго… — говорит с особенной интонацией, полной собачьей преданности.

Боже, вот этот точно за любимую хозяйку все, что угодно сделает!

Марго говорит и говорит, сверкает улыбками и выглядит соблазнительно, болтая по телефону. Меня трясет от ужаса неизвестности, колбасит от ощущения твердых мужских бедер по обе стороны от меня.

Я чувствую, как они пахнут, как ждут… знака… сигнала… Готовые продолжить и сделать это с удовольствием. Сделать со мной все, что только придет в их извращенные фантазии.

Наконец, водитель услужливо распахивает дверь. Но не переднюю, а заднюю.

— Вон, — кивает Марго коротко бугаям. — Поедете в другой машине.

Мужчина подчиняются беспрекословно и пересаживаются в неприметный седан, который до этого был мной не замечен. Оказывается, все время ехал сзади. Я понимаю, что даже если бы приняла попытку побега, убежать точно бы не вышло.

Марго забирается в машину, садится рядом и поднимает оторванный рукав от моего свитшота, гладит его холеными пальцами.

— Красивая, мягкая вещь. Люблю такие, — подносит к своему лицу, проводит по щеке. — Люблю все красивое. Вот ты, например…

Ее взгляд обращается на меня.

— Красивая.

Она подсаживается еще ближе. Внутри меня накатывается волна паники. Марго щелкает застежкой на сумочке, а я вздрагиваю, как будто она выпустила в меня пулю в упор.

Я жду самого ужасного, но Марго всего лишь достает платок — изящный, тканевый, мягкий, и подносит его к моему лицу, промокая слезы. Второй рукой она довольно цепко хватает меня за подбородок и всматривается пристально.

Подушечка указательного пальца скользит по моей щеке и замирает на нижней губе. Там назревает припухлость явная. Я клацнула зубами или налетела на кулак, когда пыталась укусить. Неважно.

— Послушай меня, Елена. Ты вроде не глупая. Но почему-то считаешь себя умнее всех. Думаешь, на этой работе, которую дала тебе я, можно делать все, что тебе захочется? Нет, милая. На этой работе ты должна делать все, что захотят твои мужчины. Твои клиенты. Они должны остаться довольными. В любом случае. Ты меня понимаешь? Ну же, Лена…

Я вроде бы понимаю все, что говорит Марго. Еще бы не понимать. Но внутри такой холод, а паника продолжает расшатывать нервы.

Я слышу все, но сама будто не здесь, начинаю смотреть как со стороны.

Марго хлопает меня по щеке ладонью.

— Давай, моя хорошая, посмотри на меня. Ну же… Хочешь, мальчики продолжат с тобой играть?

Я отрицательно головой качаю. Что угодно, только не это… Только не это!

— Я так и думала. Я в тебе не ошиблась, милая. Ты красивая и достаточно умная, чтобы понимать: красота, легкий характер и веселый нрав — вот три кита успеха, чтобы вскружить голову любому мужчине. Но не бери на себя слишком много. На работе ты — вещь, запомни. Она должна быть красивой, удобной и не иметь собственного мнения. Вообще. Носок не отказывает потной ноге хозяина, туалетная бумага не возмущается, когда ей грязную задницу подтирают. Надеюсь, ты это хорошо запомнила и не создашь нам проблем. Не создашь?

Я быстро-быстро киваю.

Нет. Нет. Нет. Не будет проблем.

— Один клиент тобой заинтересовался, — делает паузу. — Хороший. Из очень состоятельной семьи. С большим потенциалом стать постоянным клиентом. Не хотелось бы мне упускать такого, как он. Но вот беда, подавай ему только тебя, а я в тебе так не уверена, так не уверена... Вдруг снова подведешь? Или будешь хорошей девочкой?