Развод с предателем. Хозяйка молочной фермы

Пролог

Тихо, как мышь, я проскочила мимо охраны. Серое платье, скрывающий волосы чепец, корзина с бельем в руках – на меня никто не обратил внимания. На это и был расчет, когда я пробиралась в самое сердце замка, где держали моего мужа.

Издали донесся стон. Бросив корзину, я подобрала подол и поспешила на звук. Дверь оказалась приоткрыта. Неужели Джейк настолько измучен, что его даже не заперли, мол, все равно не сможет сбежать?!

Стон повторился. И показался… сладким? Подрагивающей рукой я потянулась к дверной ручке.

Джейк не выглядел измученным пленником в цепях. Он лежал на кровати среди подушек, а его бедра седлала целующая его девица. Она была моей полной противоположностью: жгучей смуглянкой с барашком черных волос. В то время, как я в свои сорок с хвостиком до сих пор напоминала весенний ледок: и волосами, и кожей, такой нежной. что отливала розовым даже на веках. Из-за чего Джейк дразнил меня поросенком, а я нервно выискивала у себя лишние сантиметры. Ладно, не совсем я. Но сейчас точно не хотелось вспоминать про тот страшный вечер, когда на меня напал грабитель. Неудачное падение, смертельный удар головой – и вот я открыла глаза в теле леди, живущей в другом мире.

– Ах, ты такой горячий, Джейк…

Этот томный вздох я уже не выдержала и толкнула дверь.

– Сейчас будет холодный! – зло выпалила я.

Девушка обернулась, непонимающе хлопнув глазищами.

– Ч-чего?

– Холодный будет, говорю! Когда я его убью!

Сладкая парочка сыпанула в стороны. Джейк принялся неуклюже натягивать брюки, путаясь в штанинах. А его полюбовница попыталась замотаться в простынь.

– Эйприл! Как ты здесь оказалась?!

Джейк подошел ко мне со встрепанными волосами, которые сейчас отливали топленым молоком. Высокий, пластичный, с мягкими контурами подтянутых мышц – он держал себя в форме, несмотря на возраст. Но похоже, в постели я его давным-давно не интересовала.

– Как идиотка, пришла спасать тебя из плена! – я замахнулась пощечиной, на глаза навернулись слезы. – В который ты, похоже, не попадал!

– Это не то, что ты думаешь! Конечно, я в плену! Но король Генри согласился обеспечить мне хорошие условия, если я… поделюсь некоторой информацией.

– Понятно, – процедила я сквозь зубы. – Где наш сын? Вы же вместе попали в плен.

– Я не знаю, – развел руками Джейк.

Я не выдержала. Бросилась на него, ударяя ладонями в грудь, заорав:

– Тогда ради чего ты стал предателем?! Ради мягкой перины и услужливых девок?!

Джейк мигом перехватил мои запястья. Он дернул к себе, заставив впечататься в обнаженный торс. От сильного тела веяло жаром, зрачки были расширены, и на секунду показалось, что Джейк вот-вот меня поцелует. Он наклонил голову, и мои губы машинально разомкнулись. Память тела? Но я быстро опомнилась, когда вместо поцелуя Джейк прошипел:

– Прекрати истерику! Ты сама знаешь, что уже давно не первой свежести. А мужчинам в нашем возрасте всегда хочется видеть рядом с собой красивую молодую девушку…

Эта самая девушка, пока мы ругались, бочком протиснулась к двери. И сейчас бросилась прочь, придерживая обмотанную вокруг тела простынь.

– Стой! – закричал Джейк.

Он ринулся было за ней, но я ухватила его за руку.

– Нет-нет! – приторно улыбнулась я, преграждая ему дорогу. – Пусть поднимает тревогу! Надеюсь, тебе всыпят плетей за попытку побега!

Толкнув его в грудь изо всех сил, я бросилась к двери. Конечно же, уже через секунду Джейк рванулся за мной. Но каким-то чудом мне удалось выскочить в коридор первой. Громыхнула дверь, лязгнул засов – и в следующую же секунду Джейк задергал ручку с другой стороны.

– Эйприл, прошу! Не уходи! Помоги мне!

Дверь затряслась от ударов. Я повернулась к ней спиной, прикрывая глаза. Вот и все. В памяти у меня был любящий муж и храбрый воин, в реальности же я получила изменника и предателя. И теперь стояла посреди вражеского замка, одна, понятия не имея, где искать своего ребенка.

Перед глазами вспыхивали картинки из прошлого. То, как я баюкаю на руках младенца. То, как малыш делает первые шаги. То, как мой сынок обнимает меня напоследок, уезжая с Джейком. Неужели это был последний раз, когда я видела своего ребенка? От одной мысли об этом мое сердце сжалось так, что показалось, сейчас перестанет биться.

– Нет, нет… – прошептала я в пустоту. – Я найду тебя, Фредерик, я спасу тебя.

Я подхватила оставленную корзину и поспешила прочь по коридорам. Пока та вертихвостка, которая зажималась с моим мужем, не подняла тревогу! По пути я увидела служанку, натирающую тряпкой окно.

– Привет, я тут новенькая, только недавно взяли на работу, ты мне не поможешь? – протараторила я.

– Других дел у меня нет, что ли?! – огрызнулась служанка. – Не справляешься с работой, так и проваливай на все четыре стороны! Ты как думала? Будешь чужой хлеб есть, а палец о палец ничего не делать?

– Нет-нет, я справляюсь! – я замотала головой. – Мне просто приказали поменять постель в комнате пленника, а я не знаю, где он!

– Так здесь, наверху, один пленник только! Остальные в подземельях! Вот бестолочь! – служанка досадливо махнула на меня тряпкой и вернулась к работе.

Я бросилась к лестнице, ведущей вниз. Так значит, мой сын томился в подземельях, пока Джейк наслаждался жизнью в объятьях грудастой красотки?! Я четко решила, что вызволять мужа не буду, не заслужил!

Что ж, вызволение Фредерика тоже оказалось под вопросом. Ведь за моей спиной раздался грозный мужской голос:

– А ну, стоять! Ты кто такая?

Сердце ушло в пятки. Я замерла, лихорадочно соображая, что делать. Ведь я в Сумрачных землях – вражеском королевстве! В замке, принадлежащем самому королю! Я-то надеялась, что здесь так много прислуги, что никто не обратит на меня внимания.

За спиной раздались приближающиеся шаги. Я вся подобралась, уже готовая рвануть с места, как вспугнутая лань. Как вдруг ощутила стыдный шлепок пониже спины! Подпрыгнув на месте, я в шоке развернулась. Это был стражник. Только какие-то у него странные методы задерживать женщин, правда? Пока я стояла и хлопала глазами, он нагло притянул меня к себе за талию, отобрав корзину и отставив в сторону.

– Ты куда собралась, пташка? Новенькая служанка? Не видел тебя раньше, – промурлыкал стражник.

Его рука начала спускаться с талии пониже, и я возмущенно рванулась.

– Руки убери! Я замужем!

– Какая недотрога! – фыркнул он с презрением, но отпустил.

С бешено колотящимся сердцем я подхватила корзину и бросилась прочь под глумливый смех стражника. Я сбежала на первый этаж, оказавшись в двух шагах от кухни. Там суетилась прислуга, слышались разговоры и окрики, тянуло выпечкой и жареным мясом. Мимо двери то и дело сновали женщины в простых платьях с белыми передниками.

Я ринулась в полумрак коридора, ведь не хватало еще кому-то попасться на глаза! Может, двери рядом с кухней – это какие-нибудь кладовки-каморки? Я могла бы там спрятаться и собраться с мыслями. Но и первая, и вторая оказались закрыты… А когда я потянулась к третьей, неудобно придерживая большую корзину одной рукой, в меня неожиданно кто-то врезался.

– Извините! – пискнул мальчишка лет семи, глядя на полетевшее на пол белье.

Ребенок прижал ладошки к белой рубашонке, словно у него резко схватило живот. Я нахмурилась. В какой бы ни находилась ситуации, не могла спокойно смотреть, если детям плохо! На Земле у меня было две младшие сестры, которых я смалочку помогала нянчить, и я очень ждала момента, когда у меня появится свой ребенок. Но для этого требовалось для начала замуж выйти, а в личной жизни у меня годами стоял полный штиль. Зато в новом мире только попала, а уже страсти на зависть сериалам: получила мужа и сразу же рога впридачу!

– Что с тобой, малыш? – испугалась я, хватая мальчика за плечи.

– Н-ничего, – попятился он, глядя в пол.

Тогда-то я и увидела, что у него под ногами валяется пирожок. Видно, пытался протащить его под рубашкой, но выронил. Заметив мой взгляд, мальчик быстро подобрал свою пропажу и отряхнул ладошкой.

– Ты никому только не говори, ладно? Я же не для себя, я для друга!

– Никому и ничего не скажу! – я жестом изобразила, как застегиваю рот на «молнию», и мальчик непонимающе захлопал глазами. – А ты мне не поможешь? Я первый день работаю и заблудилась в замке! Меня ругать будут.

– Я скажу, и не будут! – забавно задрав подбородок, заявил он. – Куда тебя послали?

– А где вход в подземелья? Мне сказали… э-э-э, лестницу там помыть!

Оказавшись возле лестницы в подземелья, я увидела стражника, подпирающего стену. К счастью, всего одного. На столике рядом с ним лежала связка ключей, а он периодически широко зевал от скуки. Сильнее всего замок охранялся снаружи. Поэтому внутри охраны было меньше: мало кому удавалось проникнуть сюда. Что ж, это оказалось мне на руку. Я спряталась в тени и стала ждать. Рано или поздно человеку же в туалет захочется!

Дождавшись отлучки стражника, я стрелой метнулась вниз, попутно захватив ключи. По обе стороны коридора были зарешеченные камеры. Мой взгляд метался из стороны в сторону. То пустые темницы, то незнакомые заросшие, перепачканные в грязи лица… Стало страшно, вдруг мой сын не здесь? Где его тогда искать? Но тут я увидела в последней камере знакомые светлые волосы с легким золотистым отливом.

– Фредерик! Сынок! – я бросилась вперед, хватаясь пальцами за решетку.

Мое сердце сжалось от ужаса. Ведь Фредерик лежал неподвижно на полу, спиной ко мне. Что они с ним сделали?!

Наверно, прошли доли секунд. Но мне они показались вечностью. А потом Фредерик наконец-то шевельнулся.

«Жив, жив!» – ликующе подумала я.

Руки задрожали, и попасть ключом в скважину получилось не с первого раза. Он повернулся со скрежетом, и тяжелый замок упал на пол. Я распахнула решетчатую дверь, бросаясь к Фредерику. Он сонно поднял голову, глядя на меня слегка мутным взглядом.

– Мама? Как ты здесь… – пробормотал Фредерик.

Похоже, он сам не верил своим глазам, думал, что это сон. Я упала на колени на грязный пол, не жалея платья, и прижала его к груди.

– Мальчик мой! Что они с тобой сделали?!

Из коридора падал слабый свет – вдалеке потрескивал факел. И я отстранилась, перехватывая сына за плечи, пытаясь осмотреть его. Фредерику только недавно исполнилось девятнадцать. Он всегда был немного худощавым, а сейчас и подавно. Волосы спутались, челка лезла в глаза, а лицо перепачкалось в пыли. Но к счастью, на грязной потрепанной одежде хотя бы не было пятен крови.

– Все хорошо, мама, – Фредерик сжал мои ладони, ледяные от волнения. – Но что ты здесь делаешь?!

– Я пришла за вами! Теперь все будет хорошо! – я снова обняла его, по моим щекам скатились теплые слезы от облегчения. – Пойдем скорее, пока стражник не вернулся!

Я быстро выпрямилась, затравленно оглядываясь, прислушиваясь, не донесется ли звук шагов. Фредерик встал с пола, пошатываясь, и придержался за стену.

– Что с тобой? – я испуганно провела ладонью по его лбу, убирая челку и проверяя, нет ли жара.

– Ничего, – слабо улыбнулся Фредерик. – Меня даже не били слишком. Но я сразу сказал, что не возьму из рук врагов и крошки хлеба!

Он гордо задрал подбородок. А мне хотелось улыбаться и плакать одновременно. Как же сильно Фредерик отличался от Джейка!

Я схватила сына за руку, и мы поспешили по коридору к лестнице. Но там нас ждал неприятный сюрприз. Стражник как раз вернулся, на ходу поправляя брюки.

– Стоять на месте! – заорал он, увидев нас.

В его руке сверкнул меч, и я попятилась. Фредерик же выступил вперед, решительно сжимая кулаки.

– Оглох, щенок?! Повернулся и пошел в камеру, пока цел! – от злости тучное лицо стражника покраснело.

Видя, что Фредерик и с места не двинулся, он ринулся к нему. Опустил меч и собрался схватить за шкирку, и вправду как щенка.

Фредерик только этого и ждал! Он резко вцепился в руку стражника с мечом, выкручивая запястье в каком-то хитром приеме. Тот зашипел сквозь зубы, и клинок звякнул о пол.

Стражник не стал его поднимать и попросту замахнулся кулачищем. По ощущения, он вырубил бы с одного удара! Но Фредерик ловко пригнулся, пропуская над собой замах. Сам же он атаковал в бок. Его удар был четким, хорошо поставленным, и стражник согнулся. Всего на мгновение, но этого хватило, чтобы толкнуть его на стену.

Фредерик оглянулся на меня, и я поняла все без слов. Подхватив с пола меч, я протянула его сыну. Он ловко взял оружие, и вот уже острие уперлось в грудь стражнику. Тот поднял руки, показывая, что сдается.

– А теперь сам иди в камеру! Когда придет смена караула, тебя выпустят, – сказал Фредерик.

Мы замкнули стражника в камере и поспешили обратно. Но стоило нам подняться по лестнице, как грянул горн.

– Тревога, – прошептал побледневший Фредерик одними губами. – Они подняли тревогу.