Развод с предателем. Хозяйка молочной фермы

Глава 6

Чуда не случилось. Никто меня не спас, и я оказалась в темнице замка Генри. Странное дежавю, как говорили в моем прошлом мире, нужно сказать! Мне было совсем не смешно, когда меня бросили в холодный и темный каменный мешок, а из удобств в нем была лишь деревянная лавка, немного соломы да свеча. Спартанские условия! Но я ни о чем не жалела. Я радовалась, что Фредерик, мой сыночек, успел спастись. А если за него пострадать придется мне – такую цену я была готова заплатить. Я даже не винила ни в чем Лео. Он еще совсем малыш и не понимал, что своим побегом лишь подставляет меня и Фредерика. Хотя… если честно, Лео и не думал о нас. О том, что кто-то может пострадать. Он наверняка думал, что Генри его послушает и не навредит нам. Увы, такие они, дети.

Я вздохнула и решила не травить себе душу ненужными мыслями. Встала с лавки и пошла обследовать помещение со свечей в руках. Но когда подошла к решетке, то очень удивилась. Оказывается, напротив меня находился сосед! В камере напротив сидел мой муж. Джейк Френсис Миллер собственной персоной!

– Что? Джейк? – выдохнула я изумленно.

И к несчастью, привлекла к себе внимание. На том конце узкого коридора, в камере послышалось шевеление. И Джейк тоже встал, со свечей подошел к прутьям своей решетки. Чтобы посмотреть на меня.

– Эйприл? Что ты здесь делаешь? – его голос прозвучал не менее удивленно, чем у меня.

Я закусила губу, не собираясь признаваться в собственном неудавшемся побеге. Пускай лучше Джейк узнает о нем от стражников, чем от меня!

– А тебе какое дело? – нахально отбрила его я. – Ты мне не муж больше. После того, что совершил! Наш сын сидел в камере, пока ты с пышногрудыми девицами прохлаждался?

– А из-за тебя, змея подколодная, король Генри меня быстро спустил с небес на землю! – в голосе Джейка явственно прозвучала ненависть.

Я поняла, что бывший муж винит меня во всех грехах, и поежилась, отступила на шаг назад.

– Куда же ты? – издевательски позвал меня Джейк. – Смотри!

Он спустил с плеча поношенную рубаху, и я увидела парочку свежих шрамов, что змеились от плеча вниз, на спину.

– Тебя били? – в моем горле пересохло.

Я понимала, насмотревшись еще на Земле всяких исторических фильмов, что пара ударов хлыста еще никого не убивали. Да и Джейк не выглядел измученным. Но… в реальности все это смотрелось жутковато. И мне против воли стало немного жаль Джейка.

– А как ты думаешь? Генри собственноручно наказал меня за плохое обращение с женой и ребенком! – все так же с ненавистью выплюнул Джейк. – Тоже мне… семьянин нашелся! Противно ему, видите ли, когда здоровый мужик вроде меня первым делом спасает свою шкуру за счет слабых. За счет жены и ребенка. Погляжу я на Генри, когда его в бою в плен возьмут и пытать будут! Фредерику ничего бы не сделалось, повалялся бы в темнице, здоровый лоб, тоже мне, ребенок, да на нем пахать надо!

Меня затошнило от циничных слов Джейка. И я попятилась снова, чтобы сдержаться и не высказать все, что думаю о Джейке и его драгоценном мнении.

– Думаю, что король Генри и сам попадал в плен, –вВ ответ проговорила я сдержанно и спокойно. – И вел себя там не в пример благороднее, чем ты, мой дорогой муж.

– А ты что его защищаешь? Снюхалась с ним, небось? Поэтому в такую вот отдельную камеру, с удобствами, тебя и бросили? Может, характер свой отвртительный показала, да приструнить тебя Генри захотел? А ночью опять ему греть постель отправишься?

Вместо ответа Джейку я горько рассмеялась. Как же! Камера с удобствами. Джейк и не подозревал, что я нахожусь в камере для смертников. За похищение сына короля. И что, скорее всего, уже на рассвете меня ждет казнь.

– Доброй ночи, Джейк, – сухо проговорила я. – Я иду отдыхать. Прошу меня не беспокоить.

Я отошла и присела без сил на деревянную лавку. Этот разговор словно вывернул мне всю душу наизнанку. Я не понимала, как могла прежняя владелица тела любить Джейка, если он такой гадкий себялюб? Но… может быть, Джейк хорошо притворялся?

Мне было не до любовных воспоминаний прежней хозяйки тела. Джейк как с цепи сорвался. Он принялся осыпать меня оскорблениями, подойдя к решетке. Оскорблениями, на которые я даже не отвечала. Но Джейк все-таки добился своего. И привлек не мое внимание, а внимание стражников.

– Что здесь происходит? Что за шум? – стражник подошел к решетке, и Джейк сразу притих.

– Он меня обзывает, – слабым усталым голосом проговорила я.

Стражник звякнул ключами и вошел уже ко мне в камеру. Я испуганно сжалась на деревянной лавке, наслышанная про страшные истории, которые могут вытворять с беззащитными пленницами охранники. Но этот стражник лишь подошел к моей лавке и поймал меня за подбородок, резко вздернул вверх, посмотрел мне в глаза очень пристально.

– Устала? – так же резко спросил он. – Не дает тебе спать, паршивец?

Я снова вздохнула и отрицательно покачала головой. Тогда стражник вдруг сдернул меня с лавки и набросил мне на запястья веревку.

– Чтобы не сбежала, – пояснил он. – Король Генри велел мне присматривать за тобой. Да я и сам… я видел, какой храбрый твой мальчик, твой сын. Он совсем не в отца пошел.

Стражник с презрением кивнул в сторону Джейка.

– Я бы и сам тебе помог, – сказал стражник с нажимом. – Но к счастью, я ничего не нарушаю. У меня есть приказ короля. Так что идем.

– Куда идем? – выдохнула все так же перепуганно я.

– На второй ярус. Там не будет соседей вообще. И потеплее, чем здесь. Если я тебя простужу и ты помрешь раньше времени, то король Генри с меня шкуру снимет.

Я грешным делом понадеялась, что меня отведут в какие-то покои. Но оказалось, что губу раскатывать не следовало. Это и правда были камеры, но более большие, чем та, в которой я сидела до этого. В этой камере имелось большое зарешеченное окно, в которое даже проникали бы днем слабые лучи солнца, что меня несказанно порадовало. Конечно, окно находилось под самым потолком. Кроме того, в камере была более большая деревянная лавка и в пару к ней деревянный стол. Я понадеялась, что меня все-таки будут кормить. Стражник принес какой-то старый меховый тулуп и швырнул на лавку.

– Пользуйся. Это мой. Так бы его моль сьела, а так тебе пригодится.

– Спасибо, – негромко сказала я и завернулась в этот тулуп.

Стражник помог мне, набросал соломы на лавку столько, что она сошла за импровизированную перину. Так что я устроилась на ночь в относительном тепле, удобстве и покое.

– Я и не думала… что кто-то может быть добр ко мне, – проговорила я напоследок стражнику, который вышел за дверь и присел на колченогий стул, явно не желая уходить и оставлять меня совсем одну, ведь на этом этаже и правда больше не было пленников.

– Мир не без добрых людей, – отозвался стражник. – Но запомни… что милосердию к тебе ты обязана не только мне. Но и королю Генри.

Вот об этом моменте я очень хотела бы забыть. Но не получалось. Так что я решила, что подумаю о своих проблемах завтра, а пока стражник еще получил сотню бонусных очков в моих глазах, когда внезапно вошел в камеру и сунул мне кусок черствого хлеба.

– Завтрак будет поздно. А я не думаю, что ты ужинала, – все так же скупо на эмоции проговорил стражник. – Вода в жестяной кружке, на столе. Захочешь – пей. Я еще принесу.

У меня аж слезы на глаза навернулись от такой заботы. И я впилась зубами в эту черствую краюху так, словно не ела неделю. Наверное, сказался стресс? Все-таки не каждый день умираешь в своем мире, попадаешь в чужой… а там вдруг обретаешь семью и приключения на свое мягкое место? Я улыбнулась своим мыслям и даже не стала вставать пить воду. Мне было хорошо. Я закрыла глаза и начала погружаться в сон. Крепкий, без сновидений.

***

Блейк о чем-то пошушукался со своим сыном Найджелом и подошел к Фредерику. Тот как раз рассказывал Саманте о том, как на границе их отряд едва не сгинул в болотах во время страшного тумана. Она слушала с горящими глазами, сидя рядом прямо на полу пещеры и обхватив колени руками.

Блейк смерил Фредерика хмурым взглядом сверху-вниз. Хотя… возможно, этот матерый разбойник просто не умел смотреть по-другому? Широкие брови, сдвигающиеся к переносице, выглядели косматыми и жесткими, как звериная шерсть. Шрам на лице только подчеркивал угрюмый вид. Блейк кивнул выдающимся вперед, с ямочкой, подбородком на выход из пещеры.

– Раз тут расселся, со мной пойдешь. Чтоб хоть какая-то польза.

– Куда? – удивленно моргнул Фредерик.

– А ты что, просто так наш хлеб есть собрался? Ну, хотя хлеба и нет, – хохотнул Блейк.

Это Фредерик и так понял. В скудном свете магического огонька он увидел мешок в углу да стоящую рядом корзину. В ней валялось несколько картофелин и луковица. В мешке, судя по всему, была какая-то крупа. Саманта рассказала, что у них из припасов бывает и сыр, и мясо, соленое, вяленое. Но сейчас дела плохи, потому что у шайки давно не случалось крупной «добычи».

Встав, Фредерик гордо распрямил плечи. Даже на вид, без реальной драки, было видно, что ему не тягаться с крепким плечистым Блейком. Но Фредерик все равно задрал подбородок, глядя в глаза холодно и упрямо.

– Грабить я никого не буду, – процедил Фредерик. – Не в моих правилах нападать на ни в чем не повинных людей.

– Смелый, – одобрительно хмыкнул Блейк, подойдя к нему вплотную. – Но дуб дубом. Кто ж тебя к нормальному делу подпустит? Стрелять хоть можешь?

Блейк взял лук и швырнул его в сторону Фредерика. Тот поймал оружие на лету. Хоть и был слаб, но реакции никуда не делись. Краем глаза он поймал взгляд Саманты. Она смотрела с волнением, но сейчас слегка улыбнулась.

– Конечно, могу.

Фредерик стиснул зубы. В голове моментами становилось мутно от слабости, а стоять на ноге так, будто она здоровая, казалось пыткой. Но он держал себя в руках. Не хотел показаться слабаком. Особенно перед Самантой, которая так увлеченно слушала рассказы о его приключениях.

– Вот и пошел, – Блейк пихнул ладонью в плечо, подталкивая к выходу из пещеры. – Или зайцев тебе тоже жалко?

Боль прострелила ногу, и Фредерик едва сдержал измученный стон.

– Да не цепляйся ты к нему, Блейк, – вздохнул Майкл, вставая. – Любой из нас с тобой сходит. А он еле на ногах держится, не видишь, что ли?

– Я в порядке… – неуверенно начал было Фредерик, но его даже никто не услышал.

Найджел вскочил на ноги, едва услышал слова Майкла. В глазах мальчишки загорелся энтузиазм.

– Да, да! Давай я, пап?

Оба осеклись под взглядом Блейка. Поняли, что не просто так он зовет Фредерика на охоту. Когда они вдвоем вышли из пещеры, то какое-то время шли молча. А потом Блейк остановился, опираясь плечом на ствол дерева и скрещивая руки на груди. Фредерик удивился и замер на месте.

– Подождут зайцы, не разбегутся, – фыркнул Блейк, доставая свой нож и поигрывая им в руке. – Разговор к тебе есть важный.

Фредерик нахмурился. На глаза ему упала непослушная золотистая челка, и он мотнул головой, чтобы ее отбросить.

– О чем?

– По глазам вижу, что спишь и видишь, как за матерью пойти, – Блейк задумчиво посмотрел на мелькающий между пальцами нож.

– Конечно! – кивнул Фредерик. – Я должен освободить ее!

Блейк резко остановил нож, сунул обратно в чехол.

– Да пойми же ты! – зло взмахнув руками, подошел ближе Блейк. – В замок так просто не пробраться. Тем более теперь. Там куда ни плюнь, стража! В общем, слушай, мать твоя не жилец. Сунешься за ней – ты тоже.

– Не смей так говорить! Моя мама жива! И я вытащу ее оттуда!

Фредерик бросился вперед, как молодой зверь, стремительный и ловкий. Он схватил Блейка за рубашку, выглядывающую из-под кожаного жилета, толкая лопатками на ближайшее дерево. И сам не понял, на каком этапе ребра что-то кольнуло. Фредерик скосил взгляд в низ. Тускло блеснуло лезвие ножа. И когда Блейк успел его выхватить обратно?

Недовольно выдохнув, Фредерик разжал пальцы и отступил на шаг.

– Учись не махать кулаками, когда не нужно, – проворчал Блейк. – Тем более, когда бесполезно.

Он с намеком посмотрел в глаза. Фредерик покачал головой.

– Я не могу ее оставить там. Ее попросту казнят, как ты не понимаешь?

– Да понимаю я все! – Блейк с досадой хлопнул ладонью по стволу дерева. – Жалко тебя, щенка, убьют же, когда сунешься!

Фредерик пожал плечами. Он и сам понимал, что у него мало шансов второй раз улизнуть из замка живым и здоровым. Тем более, что нога пока что подводила, как бы сильно ни старался не хромать.

– Я что-нибудь придумаю. Какой-то план. Просто пока не знаю какой, – последние слова Фредерик произнес неохотно, низко склонив голову.

– Тогда пошли все-таки зайцев постреляем. На пустой живот плохо думается, – ухмыльнулся Блейк.

Он первым пошел дальше. Фредерик поплелся за ним, поправив на плече ремень старенького колчана со стрелами.

«Это ведь какое-никакое оружие, – пришло в голову. – Конечно, это плохо, но у разбойников найдется еще! А я не могу идти выручать мать с пустыми руками! Только вот как проникнуть в замок?»

Вдруг вдалеке послышалось лошадиное ржание, топот копыт. Блейк моментально налетел на Фредерика. И прежде чем тот успел что-то сообразить, они уже оказались лежащими в траве, за кустами.

– Ни звука, – напряженным, еле слышным шепотом предупредил Блейк. – Королевская стража.

Фредерик кивнул. Они замерли, едва дыша, пока стражники проезжали мимо.

«Может, если сдаться, так я хотя бы попаду во дворец?» – мелькнуло в голове у Фредерика, но он мысленно отвесил себе подзатыльник, ведь эта идея была уж слишком безумной, непонятно, как потом выбираться!

Стража скрылась из виду, затихли их голоса и стук копыт. Блейк легко вскочил на ноги, отряхивая брюки. Фредерику это далось намного тяжелее, нога давала о себе знать.

– Тебя ищут, – сказал Блейк негромко и фыркнул в ответ на вопросительный взгляд. – А кого еще? Не меня же! Им знать неоткуда, где я. Да и затихли мы пока, стражу не злили… Так что тебя. Взъелись на тебя, видно, что удрать смог. Теперь в покое не оставят.