Развод с предателем. Хозяйка молочной фермы

Глава 15

Наутро мы начали собираться в путь.

– Если стража решила проверить окрестности, то в деревне они уже наверняка побывали. Генри и его люди не выглядят теми, кто не станут тревожить чужой сон из вежливости, – усмехнулась я, когда мы вышли из пещеры.

– Все равно нужно быть поосторожнее, – сказал Фредерик. – Осмотреться сначала, как следует. И если что, сразу бежать оттуда. А еще вот, что мне дала Саманта. Это краска. Местных могли предупредить, как мы выглядим. А так к нам никто особо приглядываться не будет. Простые люди редко волосы красят. А обращать внимание на светловолосых будут. Салли, правда, помнит, как мы выглядим на самом деле, но скажем ей, что ты боишься, что муж награду объявит и найдет тебя, детей заберет. Может, повезет, никому не проболтается.

– Н-да уж, как только ей объяснить, куда делся Лео? – вздохнула я, качая головой.

– А скажешь, что он заболел, дома отлеживается! А пока пройдет время, что ему пора будет уже «выздороветь», может, мы уже сможем вернуться домой.

К деревне я шла уже в виде жгучей брюнетки, поглядывая на такого же черноволосого Фредерика. Смотрелось это крайне непривычно.

– Мам, а… что ты скажешь, если Саманта… В общем, если мы возьмем ее с собой? – вдруг остановился он, было видно, что этот вопрос его всерьез мучает.

– С собой? В Змееземье? – я удивленно моргнула. – Но у нее же здесь вся семья.

– Да, – кивнул Фредерик, – но они разбойники. А Саманта мечтает начать жизнь с чистого листа. Выбраться из всего этого за счет честного труда, а потом и семью вытащить! У нее брат, она не хочет, чтобы он пошел по следам отца. Да может, и сам Блейк забросил бы все это ради нее… Но так ее даже слушать никто не хочет. А если она устроится где-нибудь, найдет жилье, работу, то может, и сможет его переубедить.

– Она тебе нравится, – произнесла я негромко. – Но послушай… она дочь разбойника. Ты уверен, что Саманта не водит тебя за нос? Ты ведь наверняка рассказал ей, что сын аристократа. Какой девушке в ее ситуации не захочется выйти замуж за наследника знатного рода?

– Не звал я ее замуж! – возмущенно фыркнул Фредерик, но было видно, что смутился. – Просто хочу ей помочь! И вообще, не думаю, что я ей тоже… ну, нравлюсь.

– Нравишься, – улыбнулась я. – Это сразу видно. Она так загрустила, когда услышала, что ты скоро уйдешь. Просто не ошибись в ней, Фредерик. Присмотрись, не принимай никаких решений и не обещай пока ничего. Я буду рада, если она окажется хорошей девушкой. Но всякое бывает. Ты сам видишь, как сильно я обманулась с твоим отцом, каким он оказался в браке.

Я вздохнула. Не хотелось настраивать Фредерика против отца. Хотя, кажется, мой сын сделал выводы и сам. Ведь его брови сдвинулись к переносице, а кулаки сжались.

– Я не понимаю, как он мог так поступить с тобой! Глянуть на какую-то первую попавшуюся служанку! Я не представляю, что у тебя на душе творится и как ты, вообще, так хорошо держишься, – вздохнул Фредерик, качая головой.

– Ничего, Фредерик, – я тронула его за плечо. – Я не плачу по ночам от разбитого сердца. Стараюсь поменьше об этом думать, чтобы не было больно, вот и все. Сейчас у нас совершенно другие проблемы. Выбраться бы из Сумрачных земель.

Волосы уже высохли, и я заплела их в аккуратную косу, перевязав тонкой ленточкой. Мы вышли к деревне и опасливо замерли в тени деревьев. К счастью, все выглядело спокойно. Ни тревожного ржания лошадей, ни окриков стражи. Хотя кто знает, может, они могли караулить нас здесь и без суеты. Нарочно не поднимая шум. Но вечно прятаться в лесу – это не самая лучшая идея. Благодаря Саманте, может быть, разбойники и разрешили бы нам остаться. Но учитывая тот факт, что их стража тоже ищет, я посчитала, что это небезопасно.

Переглянувшись, мы пошли к знакомому домику на отшибе. Как вдруг в зарослях что-то зашевелилось, а потом перескочило покосившийся забор и ринулось прямо на меня! В первую секунду я даже подумала, что это какой-то местный монстр. Хотя неизвестно, что страшнее. Магическое отродье Сумрачных земель или самая обычная коза, если она доведена до белого каления? Со злющими желтыми глазами, агрессивная до кончика белой бородки, рогатая понеслась на меня с прытью быка на красную тряпку.

– Осторожно! – крикнул Фредерик.

Он сдернул меня за локоть с места. Ведь остановить козу, казалось, не могло ничто! Она чудом затормозила, чтобы не врезаться лбом в дерево, и недовольно тряхнула ушами, пару раз моргнув. Видимо, ошалев от наглости старого клена, который решил стоять у нее на пути.

– А ну, стой! – раздался крик. – Будешь знать, как капусту общипывать!

К нам бежал со всех ног взлохмаченный старик, размахивая длинной лозиной. Коза этот предмет явно ненавидела всей душой. Так что, завидев издали, в два прыжка оказалась у меня за спиной.

– Сюда иди! Как только калитку открыть умудрилась?! – заорал старик, подбегая ближе. – Вы это… отойдите! Боднет еще! Она у меня…

Не найдя подходящего определения, он обреченно махнул рукой. Коза же посмотрела на меня умильнейшими глазками, один взгляд которых говорил, что она белая и пушистая. Еще и ткнулась мне в ладонь мордой, будто выпрашивая мягкими теплыми губами какое-нибудь лакомство.

– Вы ее напугали, вот она и спряталась за меня, ничего она не будет бодаться, – я погладила козу между рогами, и она довольно зажмурилась.

– Ах, это я ее напугал? Это я здесь плохой?! Да от нее одни убытки! – старик начал напоказ загибать пальцы. – Вот Снежинка – коза как коза, а эта… Утром ведро со всем удоем перевернула копытом – раз! Потом пса запугала так, что он из будки не вылезает, – два! На сарай запрыгнула, на крышу, и попробуй стяни ее оттуда – три! Соседкины цветы сожрала через забор ощипала – четыре! А еще калитку в огород открыла и капусточку мою… эх! Пять! Пять! И это полудня еще нет!

Старик обличительно ткнул пальцем в небо. Коза задумчиво проследила за его жестом и почесала рогом спину. Но стоило хозяину сделать хоть шаг, как животное заблеяло и боком скакануло в сторону леса.

– А ну, сюда иди! – гаркнул на нее старик. – Кому говорю, Белка?!

«М-м-мне!» – по-видимому, отозвалась та, но выводов не сделала и таким же скоком отпрыгнула подальше.

– Ну и чеши, куда хочешь! Чтоб тебя волки съели! – старик досадливо плюнул под ноги. – Сосед мне давно козленочка обещал из своих, чтобы покладистая и с пятнышком, красавица! А ты… эх!

К моему удивлению, он и правда развернулся и побрел домой, на ходу со злости сломав лозину. Я-то думала побесится да перебесится, как так, в Сумрачных землях расбрасываться таким добром, как коза?! С ней хотя бы молоко на столе будет! Но видно, Белка разозлила хозяина не на шутку. Ведь он даже не обернулся, оставив нас с козой одинаково растерянными.

– И что нам теперь делать? – Фредерик озадаченно почесал затылок. – Нельзя же ее и правда здесь бросить! Еще волки нападут или нечисть какая-нибудь. А ухаживать за козой мы не умеем.

– Я умею, – улыбнулась я, отмахнувшись. – Белка, Белочка, иди сюда.

Я протянула руку, присаживаясь на корточки, чтобы не выглядеть большим и страшным человечищем в глазах животного. Белка посмотрела на меня недоверчиво. Глазами той, которая видела от человека достаточно нехорошего, чтобы слепо доверять. Я не сомневалась, что бедняжке прилетало от хозяина, когда она затевала очередную шалость, чтобы привлечь внимание.

На Земле бабушка всегда твердила мне, что с козой всегда по-доброму нужно, иначе станет нервная да вредная. Не то посадят в сарай-клетушку, где развернуться негде, а потом ругают, что она, видите ли, хозяина не слышит и вскачь несется, куда глаза глядят, только увидев солнышко.

Фредерик сейчас смотрел на меня во все глаза, не понимая, откуда у меня, аристократки, хоть какие-то познания в уходе за козами. А я на Земле в детстве и траву рвала, чтобы потом разложить сушиться на сено на зиму, и доить умела, и козленка не раз с бутылочки кормила. Да и козлята с ребенком играть обычно обожают не меньше, чем озорные щенки. Хоть день напролет можно носиться с ними по траве в догонялках.

Белка неуверенно переступила копытами, но подошла ближе, с подозрением обнюхав мою ладонь. Выждав момент, я ухватила козу за ошейник. Она недовольно мотнула головой, крупные острые рога угрожающе качнулись.

– Не бойся, – я осторожно погладила Белку по шее. – Пойдем, пока у нас побудешь, а там решим, что делать.

Мы завели козу во двор. Фредерик нашел старое ведро и принес воды. Белка с удовольствием ткнулась в нее мордой и принялась жадно пить. Да и обширные заросли бурьянов пришлись козе по вкусу.

Пока Фредерик за ней приглядывал, я подошла к входной двери. В пальцах блеснула крохотная иголка, подаренная Брандом.

– Только бы сработало, – тихо-тихо сорвалось с моих губ.

Приподнявшись на носочки, я воткнула иголку в дверной косяк, в неприметном месте, чтобы не бросалась в глаза. Теперь вечерами никто не увидел бы света в наших окнах, а случайный прохожий не заметил бы, что бурьяны исчезли. Двор и дом для всех останутся такими же, какими были вчера. Абсолютно не жилыми на вид.

– Только вот коза в эту картину не вписывается, – хмыкнул Фредерик, подходя ко мне.

– Значит, кто-то из нас будет сходит Белку попастись подальше от дома, а потом мы спрячем ее в сарае, – решила я. – Это ведь ненадолго! Уверена, уже завтра ее хозяин пожалеет, что прогнал ее, и пойдет на поиски. Тогда мы ее и вернем.

Белка подняла голову, будто поняла, что о ней говорят, и пронзительно заблеяла. Хорошо, что в этой деревне в каждом дворе свои животные! Никто не обратит внимания на еще одно «ме» на общем фоне. А вот нам не стоило подолгу крутиться во дворе, чтобы лишний раз не попадаться на глаза соседям и не объяснять, кто мы и откуда.

– Тогда пошли ненадолго в сарай, Белка! – сказал козе Фредерик, потянув ее за ошейник. – А потом я отведу тебя пастись.

Я наклонилась, чтобы нащипать охапку травы, и протянула ее.

– Вот, возьми! Привяжи там к стене покрепче, она будет пощипывать потихоньку и не станет тогда шуметь.

– Я и не думал, что ты умеешь… ну, обращаться с козами, – растерянно пробормотал Фредерик.

– В детстве научилась. Как видишь, пригодилось!

Мы ждали, что уже вот-вот неподалеку раздастся призывное: «Белка-а-а!» Но козу, похоже, никто искать не шел. А может, ее хозяин искал ее в глубине леса? И в итоге мы его не слышали?

Я вздохнула. Не хотелось возвращать Белку злому хозяину. Во время прогулки по лесу, на которую мы вышли через часик, она вела себя идеально. Пощипывала травку, держалась рядышком, правда, часто требовала внимания. Но я была только рада погладить ее по белой шерстке или почесать по шее. Белка от этого довольно жмурилась и вскоре возвращалась к неторопливой трапезе.

Было заметно, что коза немного пугливая. От резкого движения она дергалась, вся сжималась, будто готовясь броситься наутек. Наверняка не слишком-то ее любил хозяин.

И все-таки я понимала, что жизнь в Сумрачных землях непростая. Так что старику будет тяжело лишиться какого-никакого, а источника пропитания. Конечно, часть меня ворчала, что в таком случае не нужно было оставлять Белку на опушке! Но я старалась это ворчание заглушить.

– Ну, что, Белка? Пойдем к твоему хозяину? – я со вздохом взяла козу за ошейник.

Она, будто все поняла, понурилась и попыталась упереться. А сдвинуть с места упрямую козу – это та еще задачка. В итоге пришлось и мягко уговаривать, и гладить, и тогда Белка сменила гнев на милость, все-таки соизволив перебирать копытами рядом со мной.

Я приметила, куда ушел тот старик, так что нашла его двор. Фредерик остался дома. Все-таки по отдельности мы еще менее приметны. На случай, если стража говорила, что ищет женщину с сыном.

Хозяин Белки обнаружился во дворе, выходящим из сарая.

– Здравствуйте! – я помахала рукой из-за низенькой калитки. – Я тут Вашу козочку привела.

Старик подошел и неохотно открыл. Белка сразу попятилась, и у меня защемило сердце. Вот как возвращать, если ее здесь ругают постоянно и обижают?

– А я думал, эту негодницу нечисть съела, – буркнул он.

– Вот видите, повезло! Я недалеко от вашей деревни живу, – соврала я. – Вот и решила, пусть Белка у меня переночует. А потом Вы искать ее будете и обрадуетесь, что она цела и невредима!

– Некогда мне радоваться! – огрызнулся старик. – У меня тут свинья поросят привела, мне другими делами заниматься нужно! А не с этой вредной животиной возиться. Каждый день с ней возишься, чтобы молоко отдала! Вот Снежка у меня тихая, спокойная с детства, не нарадоваться! А эта… одни беды с ней!

Эту особенность коз я тоже знала с детства. Если животное боится или не доверяет, то сколько ни пытайся подоить – это пустая трата времени. Пока коза не расслабится и не отдаст молоко.

– Вы, наверно, Белку взрослой купили? – предположила я.

– Зять подарил! Видно, и ему она надоела, а теперь и мне устраивает не пойми что!

– А может, просто не привыкла к Вам поначалу, как к хозяину. А Вы начали ругать, пугать ее, вот она и дичится.

– Да не дикая она! – не понял старик и даже немного обиделся. – Коза как коза. Слушай, а забирай ее себе, раз тебе ее жалко!

Прозвучало это наполовину зло, наполовину заискивающе. Я насторожилась.

– И за сколько продадите?

Денег у меня не было, поэтому так, спросила для приличия. Старик же огорошил меня окончательно, когда махнул рукой.

– Да так забирай!

– Как это за так? – я прищурилась, пытаясь понять, где подвох.

– Молочко мне каждое утреннее приносить будешь, вот и все! А так ничего мне за нее не нужно! Видишь, какая она с тобой смирная стала, не узнать!

Я покачала головой. Хитрил старик. Коза ведь не просто так молоко дает. За ней уход необходим. В сарае убрать, пастись отвести, сено и другой корм заготовить. А когда козлята рождаются, так и часть молока нужно для них оставлять. Хозяин же Белки решил получать, возможно, и половину дневного удоя, сам для этого никак не трудясь.

Впрочем, я не собиралась отказываться от такого предложения. Пока из Сумрачных земель не выбраться, нужно здесь как-то выживать! А потом найдем для Белки хорошего доброго хозяина. К тому же, она сама, будто все понимая, прижалась к моей ноге, заглядывая в глаза. И я решилась, улыбнувшись.

– По рукам!