Развод с предателем. Хозяйка молочной фермы

Глава 1

Я кое-как запомнила дорогу в подземелья. Так что сейчас схватила Фредерика за руку и потащила по коридорам. Тревожный и тягучий звук горна все никак не умолкал. А мы, запыхавшись, хватаясь за стены, бежали что есть силы. Я нашла открытую дверь в одну из каморок, мимо которых проходила по пути, и толкнула Фредерика туда.

– Я отвлеку их! – сказал он, расставляя ладони так, что между ними замерцали магические искры.

Хотя я и провела в этом мире всего ничего, но необходимые знания в моей голове были, хранились в памяти. Так что я испуганно ухватила Фредерика за плечо.

– Ты едва стоишь на ногах! Ты же отключишься!

Он покачал головой. Я видела, каких усилий ему стоила магия. Брови сдвинулись к переносице, на совсем молодом лице залегли морщннки, губы поджались в тонкую линию. Между ладонями Фредерика, мерцая, потрескивая, возник небольшой магический шарик. Повинуясь мановению руки, он вылетел в коридор. Я тут же захлопнула дверь. Окон здесь не было, и мы оказались в полной темноте. Буквально по движению воздуха, по едва слышному шороху одежды я поняла, что Фредерик опустился прямо на пол. Ему нужно было беречь силы, чтобы управлять магией на расстоянии. Чтобы задурить голову страже, когда она здесь окажется.

Вскоре поблизости и правда раздались голоса, бряцанье оружия, стук тяжелых сапог о каменный пол. Я зажала себе рот ладонью, чувствуя, что иначе просто выдам себя всхлипом. Мне еще никогда не было так страшно! Даже когда напал грабитель на Земле. Тогда толком и испугаться времени не осталось: я вцепилась в сумочку, завязалась борьба – и вот моя голова уже встретилась со старой каменной урной. А сейчас сердце колотилось так громко, что казалось, оно может нас выдать.

– Эй, смотри! Там свет! – раздалось совсем близко с дверью каморки.

– Ага! Это магия! Туда! За ними!

Судя по топоту, стражники бегом устремились прочь. Я тихо всхлипнула. Ноги ослабели от страха, захотелось попросту осесть на пол. Но тут меня приобнял за плечи Фредерик.

– Похоже, мы справились, – шепнул он.

– Тогда пойдем, – кивнула я, хотя меня до сих пор трясло.

Мы осторожно выскользнули из нашего укрытия и пошли дальше быстро и тихо. К нашему счастью, была ночь, а на свечи в коридорах никто не тратился. Так что, когда совсем недалеко от нас проскочила служанка с ведром воды, то не обратила никакого внимания.

– Черный ход здесь, рядом с кухней, – шепотом сказала я, кивая на очередной полутемный коридор.

Мы нырнули туда. И вот, впереди оказалась заветная дверь! Ощупью найдя засов, Фредерик открыл его, и пахнуло свежим ночным воздухом. Мы вышли наружу, опасливо оглядываясь по сторонам. Вдалеке мельтешили огни факелов, слышались выкрики стражи. Да уж, в таком столпотворении не стоило даже думать о том, чтобы незаметно проскочить к воротам.

– Смотри, там конюшня, – взяв меня за локоть, Фредерик указал в нужную сторону. – Можно переждать. Я был там… один раз. Приводили припугнуть. Там есть, где спрятаться!

Я кивнула. Вряд ли там будут искать беглого пленника. Ведь в его интересах не оставаться возле замка.

Мы поспешили к конюшне, как вдруг, на половине пути, я почувствовала, как рука Фредерика ослабела. Не стоило ему все-таки использовать магию! Он потратил на нее последние силы. И теперь, побледнев, стал оседать на землю.

– Эй вы! К черному ходу! – раздался приказ каким-то стражникам.

«Мы пропали», – пронеслось у меня в голове.

Фредерик никогда не выглядел горой мускулов, но все равно уже был взрослым парнем. Так что я сдавленно охнула, когда подхватила его подмышки. Но не было времени себя жалеть! Ведь стражники с минуты на минуту могли оказаться здесь. К счастью, мне на глаза попались сваленные в одном месте деревянные ящики. Я поволокла Фредерика туда. И вовремя! Как только я присела, прячась за ними, мимо прошли стражники с факелом. Пока они не скрылись из виду, я и дышать боялась.

Фредерик тихо застонал. Я приложила ладонь к его лбу. Мало ли, вдруг заболел там, в подземельях!

– Тише, сынок, – прошептала я. – Все хорошо, я с тобой.

– Это все магия, – улыбнулся он слабо, сжимая мою руку. – Выкачала слишком много сил. Не волнуйся за меня.

Я не могла не волноваться, когда мое сердце кровью обливалось при виде на измученного Фредерика. Казалось, даже на то, чтобы приподнять голову, ему требовались невероятные усилия.

– Ты не сможешь бежать в таком состоянии, – всхлипнула я.

Если честно, я пока что даже не знала, как бежать! В моем изначальном плане все было иначе. Мы должны были выбираться иначе, с Джейком! Дождались бы, когда у ворот меньше всего стражников, а потом… потом он неожиданно напал бы на них и победил! Джейк всегда хвастался, как он силен и умел в бою! Разумеется, своими глазами я этого никогда не видела. И теперь очень сильно сомневалась. А как пробиться мимо охраны безоружной женщине и больному парнишке?

– Конюшню… вряд ли будут проверять, – шепнул Фредерик.

С трудом, но он встал и потянул меня за руку. Мы нырнули в темную конюшню. Почти ощупью Фредерик нашел простую деревянную лестницу и положил мою руку на одну из перекладин.

– Там небольшой чердак со всяким хламом.

Я кивнула и полезла наверх. В длинном платье карабкаться по лестнице оказалось крайне неудобно. Так что мне пришлось повозиться, чтобы забраться на чердак. Там пахло старой кожей, сыроватым деревом и сеном. Фредерик забрался следом, и мы отползли в самый дальний угол.

– Что теперь? – спросил Фредерик тихо-тихо. – Ты же не нашла папу в подземельях? Мы не можем уйти без него!

Он сел рядом со мной, обхватив колени руками. Ровно такая же поза, как и у меня. Разбитая, растерянная и уязвимая. Я чувствовала боком тепло Фредерика, и наверно, только это не давало мне разрыдаться от отчаяния. Ведь я все-таки не одна.

– Я нашла его. Не в подземельях, – глухо выдавила я. – Нам придется бежать одним.

– Что? – севшим голосом переспросил Фредерик, а потом ухватил меня за плечи. – Что с ним случилось?! Точнее… как это произошло?

Я горестно усмехнулась. Фредерик не мог и предположить, что его отец поступил так подло. И думал, что он погиб.

– Он жив, но… В общем, Джейк согласился рассказать королю Генри все, что знает. В обмен на комфорт в плену. А еще… он изменил мне. Пока наслаждался выторгованной хорошей жизнью.

– Этого не может быть… – прошептал Фредерик.

– Может. Я видела все своими… – я осеклась, ведь снаружи послышался шум.

Раздался громогласный окрик стражника:

– Скорее, сюда!

Мое сердце ушло в пятки, а в голове пронеслось: «О нет… Неужели нас заметили?»

Внизу раздались шаги. Я неосознанно сжала запястье Фредерика так, что, наверно, ему стало больно. От страха в моей голове мелькали картинки одна страшнее другой. О том, что с нами сделают, когда поймают.

Через щелки в чердачном полу были видны рыжие отсветы от факела. Заржали лошади.

– Да что вы там копаетесь? Здесь ее нет! Нужно ехать в погоню!

От сердца у меня отлегло. Но я побоялась даже вздохнуть с облегчением. Оседлав коней, стражники помчались к воротам. Мы снова остались вдвоем в конюшне.

– Они решили, что я как-то проскочила через ворота, – прошептала я.

– Хорошо, – было слышно, что у Фредерика нет сил даже говорить.

Мы не знали, что нам делать дальше. И только ждали час за часом на чердаке конюшни, пока гомон снаружи не стих. По отрывистым фразам, доносящимся до нашего слуха, стало понятно, что все решили, мол, я сбежала. Когда начало светать, в повисшей тишине мы решились спуститься с чердака. Ведь скоро взошло бы солнце, и что тогда? Выбраться из замка при свете дня еще сложнее! Хотя я и так не представляла, как нам проскочить наружу. Ворота тщательно охранялись, а замок ограждали высокие каменные стены, через которые могли перебраться разве что птицы. Я думала, план, как выбираться уже всем вместе, составит Джейк. Что ж, придется справляться самим.

Подойдя к двери конюшни, мы осторожно выглянули наружу. И хорошо! Ведь неподалеку как раз проходила служанка. Она свалила стопку мешков на стоящую неподалеку большую телегу, запряженную сразу двумя лошадьми, и махнула старичку-слуге:

– Пошли, поможешь бочку притащить! Соленья нужны к мясу! А потом поезжай уже.

Они отошли от телеги, а я присмотрелась. На нее были взгромождены всевозможные ящики для овощей, валялись мешки для зерна. Похоже, идея озарила меня и Фредерика одновременно. Ведь стоило мне об этом подумать, как он озвучил:

– Как думаешь, у нас получится спрятаться там?

– Похоже, у нас нет другого выхода, – я нервно пожала плечами.

К счастью, и Фредерик не напоминал фигурой шкаф, и я не была пышкой. Так что мы быстро взобрались на телегу среди нагромождения ящиков и накрылись мешковиной. Я буквально свернулась клубочком на деревянном дне, Фредерик тоже. Мы едва успели замереть, как послышались шаги. Слуга вернулся к телеге. Она качнулась, одна из лошадей недовольно всхрапнула, и вот мы тронулись с места. Когда ворота с лязгом закрылись за нами, я со вздохом облегчения уткнулась лбом сыну в плечо. Он ободряюще сжал мою руку. Даже не верилось, что мы выбрались!

Когда телега отъехала подальше от замка, мы сбросили с себя мешковину. Услышав шорохи, старик обернулся. Он резко дернул поводья, заставив лошадей остановиться. После чего спрыгнул на землю, потрясая в руке палкой, которую вез с собой.

– А ну, слезайте оттуда! Вы кто такие?!

Похоже, это было его единственное оружие. И то непонятно, против кого. Ведь даже ослабленный Фредерик, с легкостью перепрыгнув через борт телеги, за пару движений выдернул палку из рук старика. Тот удивленно уставился на свои ладони, будто даже не понял, как ее выпустил, только же размахивал ею с грозным видом!

– Не убивайте! – старик вскинул руки и попятился. – Я простой слуга, я…

– Не тронем, – серьезно и хмуро пообещал Фредерик, бросая палку в дорожную пыль. – Я с матерью никому зла не желаю. Но и ты о нас не рассказывай никому, хорошо?

Он протянул руку, помогая слезть и мне. Старик часто-часто закивал и побежал обратно к лошадям, чтобы вспрыгнуть на телегу и помчаться прочь.

– Думаешь, не расскажет? – с надеждой посмотрел на меня Фредерик.

Я покачала головой.

– Лучше пойдем через лес, – я кивнула в сторону от дороги. – Лучше не быть на виду.

Фредерик кивнул. Мы шагнули под сень деревьев. В этом лесу было полно кустарника, и моментами приходилось нелегко через него пробираться. Ткань моего платья не раз трещала, надорванная тонкими веточками или какой-нибудь колючкой. Но это последнее, что меня волновало. Я держалась начеку, боясь погони. А потому вздрогнула всем телом, когда услышала шорох в кустах. Там, где мы только что прошли.

Я сжала руку сына, и он оглянулся.

– Фредерик, – прошептала я одними губами, – мы здесь не одни. За нами следят.