Развод с предателем. Хозяйка молочной фермы

Глава 12

– Почему? – мой голос предательски сорвался. – Я ведь рассказала, как здесь оказалась! Я же все рассказала!

Я услышала мягкий шаг за спиной. Генри оказался позади меня. Спинка кресла была не слишком высокой. Так что не помешала ему положить руки мне на плечи, напряженные от нервов. По моей коже пробежали мурашки. От Генри веяло скрытой силой, хотя он едва-едва сжал пальцы. Но чувствовалось, что это как хватка охотничьей собаки, которая держит добычу аккуратно, пока вполсилы. Пока что.

– А может, я хочу оставить тебя при себе? – наклонившись, прошептал Генри мне на ухо.

Повернув голову, я рвано выдохнула ему в губы:

– Сделать своей пленницей прямо в этой спальне?

Кажется, я уже не играла? У меня сладко поплыло в голове, тело ослабело. А от одной улыбки Генри по коже пробежали мурашки.

– Это хорошая идея, – сказал он.

Генри потянулся к моим губам. Я подпустила его максимально близко. Так, что между нами остались считанные миллиметры. Но в последнюю секунду я приложила кончики пальцев к губам Генри.

– Д-давай… поужинаем, – нервно предложила я. – Я просто…

Генри кивнул, будто все понимая и без меня. Хотя на деле я волновалась по одному простому поводу! Что мы окажемся в постели!

– Замужняя женщина, – продолжил Генри мою фразу, кивнув, отходя к окну и глядя в темноту. – Почему-то Джейка не заботил ваш брак, когда он решил переспать с одной из моих служанок! И кто его знает, только ли с одной или перепробовал бы всех симпатичных по очереди, если бы не перебрался в подземелья!

Генри повернулся ко мне резко, порывисто. Но пары секунд до этого мне хватило. Я успела вытащить перстень и коснуться камня кончиком пальца. И прочитать заклинание. А потом я ловко спрятала оставшийся ободок перстня в щель между подлокотником и сиденьем кресла. Можно было сунуть под одежду, но… Я уже боялась предполагать, куда нас заведет этот вечер!

– Да, наверно, ты прав, – улыбнулась я и взяла свою чашку, но помедлила. – Ты разве не будешь?

Я прикусила губу, изображая замешательство и легкие сомнения.

– Боишься? – усмехнулся Генри. – Ну ладно...

Он подошел к столу. И тут все пошло не по плану! Я ожидала, что Генри возьмет вторую чашку! Но вместо этого он накрыл мои ладони своими и, склонившись, отпил от моей. Наши взгляды встретились. Генри улыбнулся, мол, видишь, все хорошо. Я нервно сглотнула. Заклинание не сработало. План провалился! Но когда пальцы Генри скользнули по моим, словно с неохотой отпуская, руки у меня ослабели. И мою голову посетила новая идея! Я решила потянуть время и расслабила и без того дрогнувшие пальцы, и чашка полетела на пол. Она разлетелась на осколки, а край моей юбки намок. Изобразив удивление, я вскочила с кресла. А потом подняла на Генри упрямый потемневший взгляд.

– Я такая неуклюжая, прости.

Я сама не знала, как мне удалось так сыграть. Но Генри повелся. Генри подошел ко мне. Он взял меня за талию, притягивая ближе к себе. Инстинктивно я положила ладони к нему на грудь, но оттолкнуть не решилась. Да и вообще, в руках Генри почувствовала себя пойманной птицей, притихшей, не знающей, что делать. Он слегка наклонил голову набок, подаваясь ближе ко мне. Показалось даже, что все происходит в замедленной съемке. Как в моих любимых романтических фильмах, где в финале обязательно целуются под красивую музыку. Я уже расслабилась. Потянулась навстречу, и мои губы сами собой разомкнулись. В конце концов, если мы больше никогда не увидимся, почему бы не украсть напоследок поцелуй?

– Но сначала… – Генри вдруг замер. – Ты расскажешь мне, какую роль в твоем плане играл мой сын.

Я едва не взвыла от досады. Этот хитрец сделал все, чтобы мысли у меня превратились в кисель! Так, что если бы даже я хотела соврать, то не сумела бы.

– Никакой, Генри, – серьезно произнесла я. – У меня у самой есть ребенок. Я никогда не опустилась бы до такого, как украсть чьего-то сына.

Генри отошел от меня. Неожиданно он опустился на кровать, ложась поперек на нее набок, опираясь на локоть. Генри расслабил шнуровку на рубашке, и она чуть разошлась, открывая его ключицы. Я облизнула вмиг пересохшие губы. Мне казалось, мы играли друг с другом, танцевали какой-то танец соблазнения. Где никто не желал уступать и отдавать другому первую скрипку.

– Хотелось бы в это верить, – Генри склонил голову набок, изучая меня взглядом. – Но что, если ты украла моего ребенка ради своего? Например, хотела шантажировать меня, чтобы я отпустил вас в Змееземье?

Я подошла ближе и села на край кровати. Изножье у нее было очень низкое, так что я легко присела на краешек и подтянула ноги, опираясь на одну руку, подаваясь ближе к Генри.

– А как я могу доказать обратное? Ты можешь продолжать подозревать меня во всех смертных грехах. И бросить меня в темницу или казнить. А можешь… просто поверить, что я ни при чем. Поверить не только мне, но и своему сыну. Он же рассказал тебе, что сам пошел за нами.

– Да, рассказал, но… он очень добрый мальчик, – с сомнением заговорил он.

Забавно, но сейчас я видела в глазах Генри, что смогла бы обойтись и без хитрости. Что сумела бы убедить его и так. Что, возможно, после этого разговора он отпустил бы меня. Но было уже поздно что-то менять. Я заметила тот самый момент, когда взгляд Генри стал мутным. Он зажмурился, чуть мотнул головой, пытаясь взять себя в руки и продолжить разговор.

Пока Генри не опомнился, не стал обдумывать свое состояние, я приложила кончики пальцев к его губам.

– Как давно ты кому-то верил на сто процентов? – прошептала я.

На удивление этот вопрос слетел с моих губ очень искренне. Я провела ладонью по плечу Генри. Каменно напряженному. Расслаблялся ли он хоть когда-то? Я поняла, что нет, когда он с тихой усмешкой сказал:

– Когда я привожу женщину в свои покои, то всегда держу при себе кинжал. Не хочется умереть на пике удовольствия от руки какой-нибудь змеи.

– И сегодня? – улыбнулась я.

В моей голове постоянно, как на повторе, крутилось, что я вот-вот сбегу отсюда. Поэтому я позволила себе провести кончиками пальцев по волосам Генри, убирая прядку со лба. Удивительно мягкую и шелковую. Мне казалось, его волосы должны были оказаться на ощупь жесткими, как его характер! Генри прикрыл глаза, наслаждаясь безыскусной лаской, а потом перехватил мою ладонь и прижался губами к запястью.

– Особенно сегодня.

– Не нужно, – я с улыбкой сама, первая потянулась к его губам своими.

Знай я, что мы увидимся еще хоть раз, никогда бы этого не сделала. Я всегда была робкой по характеру, мягкой и несмелой с мужчинами. Что на Земле, что здесь. За все годы брака Эйприл ни разу, наверно, не поцеловала мужа первой! И я не слишком от нее отличалась. Ведь единственный мужчина, с которым я заговаривала первой, – это сосед дед Ваня, к старости настолько поплохевший зрением, что первым меня просто не увидел бы!

Однако сейчас я не думала ни о чем. Уже через час Генри навсегда исчезнет из моей жизни. А я украду с собой этот поцелуй, запомню, как когда-то целовалась с самим королем! Будет, что вспоминать позже… когда я вернусь домой. Ведь я понимала, что Джейк вряд ли в ближайшее время выберется из плена. А если даже и да, то развода мне не видать, как своих ушей. В этом мире они были редкостью. И такие случаи оказывались в центре внимания всего высшего света. Джейк не захочет пересудов о своей персоне. Так что мне будет сложно добиться свободы. А значит, рассчитывать на какую-то личную жизнь не приходится. Ведь прощать изменника – это не в моих правилах.

Выходит, впереди меня ждало одиночество. Но здесь и сейчас я целовала правителя вражеского королевства, закрыв глаза и падая в свои ощущения на полную. Он ответил на поцелуй, и я чуть осмелела. Мои ладони обхватили его лицо, кожу чуть кольнула жесткая щетина. Губы Генри были горячими и сухими, и напористыми. Он поддавался, не перехватывал инициативу, но разжигал во мне все больше огня.

Мы целовались, как будто были и правда влюблены. Мы целовались, словно прощались.

В этом было что-то жуткое: в том, как Генри начал слабеть в моих руках. Выглядело так, будто я забирала его силы через поцелуй, как в какой-нибудь страшной легенде. Наши губы разомкнулись, Генри посмотрел на меня невидящим взглядом.

– Эйприл… – позвал Генри шепотом. Заклинание сработало!

Я придержала его под затылок, мягко опуская на постель. Не для того, чтобы не проснулся случайно, – в подарке Бранда сомневаться поводов не было. А словно захотелось напоследок позаботиться.

– Спи, Генри… – прошептала я тихо, погладив его по лицу едва ощутимо. – Никакой кинжал тебе сегодня не понадобится. Хоть я и обманула тебя. Я просто исчезну из твоей жизни. Навсегда.

Я с сожалением провела ладонью по руке Генри. Сама не поняла, почему именно, но мне стало его жаль. Человека, который был вынужден во всем искать подвох, ото всех ждать подлости. И он получил ее от меня. Хотя я в глаза заверяла в обратном.

– Прости, – шепнула я, закрывая глаза.

И вдруг ощутила, как Генри с силой сжал мои пальцы.

Я вздрогнула всем телом. Перед глазами у меня сразу пронеслись все сцены из исторических фильмов с казнями, которые я видела по телевизору! Ведь если Генри поймает меня на горячем, мне несдобровать!

«Уже поймал!» – ехидно вякнуло подсознание.

«А вот и нет!» – мысленно показала я ему язык после того, как с опаской приоткрыла глаза.

Ведь Генри по-прежнему лежал с закрытыми глазами. Только между бровей его залегла легкая морщинка. Ему явно снилось что-то нехорошее.

– Нет… нет… – зашептал он измученным, лихорадочно срывающимся голосом. – Только не трогайте сына… Я сниму проклятие…

Мое сердце сжалось от жалости. Так вот чего боялся гордый и храбрый правитель Сумрачных земель? Он не трясся за свою жизнь, смело бросаясь в бой наряду с простыми воинами. Но не был бесчувственным и бессердечным. Ведь главным, а может, единственным, лучиком света в его жизни был маленький сын.

– Тш-ш-ш, – склонилась я над Генри, погладив его по лицу. – Лео в порядке. Он в безопасности. Все будет хорошо.

Я говорила тихо-тихо. Боялась разбудить. Кто его знает, насколько эта штука от Бранда действенная! Хотя… то, что я собиралась делать дальше, было еще более рискованной затеей.

Генри притих. Лицо его расслабилось, а с губ сорвался тихий вздох облегчения. Совпадение? Или Генри услышал мой голос? И во сне сумел сделать то, что у него не получалось в реальности, – довериться мне? Я не знала, но на душе мне стало тепло, когда с лица Генри сошла измученная гримаса.

– Все будет хорошо, – прошелестела я одними губами, успокаивая не то его, не то себя.

Ведь мои руки были как лед. Кончики пальцев подрагивали. Наверно, даже отправляясь устраивать побег Джейку и Фредерику, я так не боялась. Ведь то было мое первое приключение. И казалось, что все будет, как в книгах. Легко и просто. А скоро мы уже посмеемся над этой историей, сидя у камина вечерком всей семьей. Все оказалось совсем иначе. И теперь мне предстояло обвести весь этот замок вокруг пальца!

Нервным жестом я заправила волосы за уши, чтобы ничего не мешалось. И сидя на кровати, склонилась над Генри так, что любой, зашедший сюда, решил бы, будто мы вот-вот займемся любовью. Ведь мои ладони скользнули по его одежде. Распустив окончательно шнуровку на рубашке, я покосилась на расслабленное лицо. Генри спал тихо и глубоко, его грудь мерно вздымалась и опускалась. Грудь, которая стала обнаженной после того, как я стянула рубашку ему через голову. Сердце у меня колотилось по-бешенному. Ведь этого момента я и боялась! Того, что Генри процесс раздевания разбудит. Но к счастью, этого не случилось. У него лишь волосы растрепались, распавшись по смявшейся постели. Это выглядело двусмысленно. Маняще. Будто Генри лишь на секунду прикрыл глаза, а сейчас снова потянется ко мне, увлекая в поцелуи.

«Нужно торопиться! – строго сказала себе я. – Если меня разоблачат, то из темницы мне будет уже один путь. На казнь. Генри ни за что не поверит мне, что я ни в чем не виновата, если узнает, что у меня откуда-то взялись такие артефакты!»

И тут в дверь тихонько постучали. Почти поскреблись.

Я дернулась всем телом, оглядываясь на дверь.

«И что мне теперь делать?» – в ужасе подумала я.