В час, когда замурлычет кот…

Глава 7

Честно говоря, теперь мысль о разбойниках, которые могут покуситься на золотое великолепие их экипажа, казалась Вере Дмитриевне совсем неубедительной. Ее вымели двухметровые широкоплечие фигуры в черных плащах с капюшонами, из-под которых белели массивные костяные челюсти с клыками, и торчащие из-за их спин на манер общипанных куриных крылышек острые лезвия.

Зрелище было весьма зловещее, а с учетом того, что Верочке с перепугу показалось, будто этих чудо-юд страшненьких целая толпа, то и вовсе кошмар наяву.

Впрочем, паника испарилась так же, как и началась, стоило идущему впереди индивиду откинуть капюшон. Умильным ангелочком в перышках он, конечно, не стал и сверкнул на подопечных женщин алыми глазами, но по крайней мере теперь выяснилось, что их охрана состоит из живых людей, а не монстров.

То, что Вера приняла за челюсть, оказалось нижней частью костяного шлема из черепа какой-то хищной зверюги с клыками, а под ним скрывалось бледное лицо мужчины с татуировками на щеках.

— Это бойцы клана ниу, — неожиданно соизволил поделиться информацией кот. Видимо, выражение испуга на лице Верочки пролило бальзам на его сердце и смягчило обиду капризного божества. — Сильнейшие и неподкупнейшие. Они несколько веков назад поселились на землях рода Морбейнов, охраняя рубежи, а когда в семье родился некромант, послали лучших воинов служить тому, кого отметила своей милостью прекрасная леди Смерть.

«Понятно, культисты какие-то», — про себя прокомментировала Мухина полученную информацию, не рискнув что-то вякнуть вслух в присутствии этих неведомых ниу.

Суровые дядечки поснимали капюшоны и, подойдя ближе, даже стащили шлемы. Их оказалось всего семеро. Лысые белокожие альбиносы с черными письменами на лицах, почти одинаковые, уже так не пугали. Странные лезвия за спиной оказались короткими косами, скрепленными за концы древков наподобие нунчаков. Как эти ребята не переранили всех окружающих и себя заодно, было непонятно. Впрочем, как использовать в бою такую экзотику — тоже.

— Пора ехать, — смотря словно сквозь Веру Дмитриевну, произнес главный в этой гоп-компании, ни к кому конкретно не обращаясь и не соизволив представиться. — Садитесь в карету.

Спорить с ним, конечно, никто не стал.

Один из ниу, шуганув Амура, ловко заскочил на облучок и взял в руки вожжи. Остальные, после того как Вера, Хиль и Ильда заняли свои места, выстроились по трое по бокам от экипажа.

На чем они поедут, было непонятно до тех пор, пока карета не тронулась с места.

Верочка, некультурно раскрыв рот, пялилась в окно на чудное зрелище. Видные с ее стороны три здоровенных мужика вскачь неслись вровень с набравшим скорость экипажем. Черные плащи развевались за ними, как крылья, хищно скалились вновь надетые шлемы, и блестели лезвия кос.

Случись и правда по дороге какая бандитская засада, разбойничков бы родимчик хватил от такого зрелища. Все, что они смогли бы сделать, — это подхватить в кустиках пресловутую медвежью болезнь и прикинуться грибочками.

— Теть Вера, — затеребила Мухину Хиль, отвлекая ее от окошка, — а они кто, эти дядечки? И зачем они на лицах знаки нарисовали? А как их зовут?

Девчушке было все ужасно любопытно. Карета шла плавно. Малышка уже успела заплести в косичку бахрому на шторке, обнаружить, что под сиденьем стоит пустой сундук, потискала недовольного таким панибратством Амура и даже упросила Ильду дать померить чепчик. Энергия у этой егозы била через край, и просто так ехать ребенку было скучно.

— Наверное, так надо, — только и могла ответить Вера. — Я же их тоже в первый раз вижу. Это у них надо спрашивать.

— Пф-ф… Они вам не ответят, — тут же фыркнул кот. — Вы же женщины, а они воины.

— А что, женщины уже не люди? Мы не заслуживаем, чтобы с нами разговаривали? — Верочка неприятно поразилась таким шовинистским замашкам.

— Люди, но не воины. Докажешь, что у тебя сердце бойца и душа воина, — будешь иметь право на вопросы. Или тебя должна как-то отметить сама леди Смерть. Уважение ниу надо заслужить, Верунчик, а пока ты для них просто ценный охраняемый груз. Кто же с вещами будет беседы вести? — Шерстистый воображала гордо задрал нос, кичась своей осведомленностью.

— А ты можешь у них спросить? — Хиль тут же умудрилась спустить его с небес на землю.

Коту с неудовольствием пришлось признаться, что и он в глазах охраны мало отличается по статусу от женщин, несмотря на бывшую божественность и мужской пол. Так что Амур опять надулся и, свернувшись клубком на сиденье кареты, сделал вид, будто умаялся и спит.

Чтобы скрасить дорогу, Мухина решила рассказать воспитаннице что-нибудь из земных сказок и, недолго думая, выбрала сказку про Золушку. Ей показалось, что история про добрую и трудолюбивую девушку, завоевавшую любовь принца, должна понравиться Хиль.

В принципе так и было, но пытливый ум девочки, повидавшей достаточно горя в своем нежном возрасте, умудрился и в сказке найти повод для переживаний.

— А почему папа не защищал Золушку? Он ее не любил? Зачем разрешил той тетеньке командовать? А если мой папа женится, то его жена будет меня обижать и заставлять перебирать крупу?

На несчастную Верочку сыпались вопросы от встревоженного своей возможной судьбой ребенка. Кот довольно хихикал в усы, злорадствуя, а Ильда молчала, поскольку ее никто не спрашивал.

На счастье Верочки, вдали уже показались стены города, и ей удалось переключить внимание Хиль на него. Сама себе Мухина клятвенно пообещала впредь больше никаких сказок про принцесс девочке не рассказывать, а то до финала со свадьбой у всех сказочных барышень судьба была весьма печальна.

В городские ворота их карета влетела не сбавляя хода. Горожане разбегались врассыпную, как мыши, но особого страха перед ниу не выказывали. Наверное, подобное поведение у темных было привычным. Остановился экипаж, лишь подъехав к рыночной площади. Как заявил Амур и подтвердила Ильда, там уже следовало ходить пешком.

Кстати, историю появления новой одежды для Веры и Хиль рыжий все же рассказал, когда, уверенно задрав хвост, вел их в какую-то одному ему известную лавку.

— Вот тут мы ночью с Азрайтом все и купили. У госпожи Бельдиворт, вон ее вывеска. Подняли бедняжку в ночи с кровати. Она напугалась вначале до полусмерти. Еще бы. Приперся некромант и требует дамские панталоны. Спятил, не иначе. Потом золото увидела и успокоилась, а когда ей еще пообещали, что вы с Хиль к ней в первую очередь прибудете за покупками, то и вовсе быстренько все выдала да только кланялась.

Вера Дмитриевна представила себе ночной налет кота с некромантом на торговку готовым дамским платьем и не знала, смеяться ей или пожалеть бедную госпожу Бельдиворт.

В любом случае одежда была отличная, а значит, в этот магазинчик им точно стоит заглянуть еще раз.

Охрана, кроме главного ниу, осталась снаружи, а наши барышни вслед за котом вошли в дверь симпатичного магазинчика.

Охарактеризовать это местечко, не отличающееся простором для маневров, можно было коротко и емко: дамский рай.

Чего тут только не было! У непривычной к такой подаче товаров Верочки глаза разбегались. Платья рядами висели на манекенах, за которыми вглубь уходили вешалки с такими же по фасону, но совсем других расцветок. Витрины с перчатками и веерами, шляпки на болванках, а где-то ведь должны здесь прятаться и более пикантные детали женских туалетов.

Гренальда Бельдиворт оказалась милейшей дамой слегка винтажного возраста. Румяная бабулька щеголяла тщательно уложенными локонами в высокой, пышно взбитой прическе, а ее платье заставило Веру Дмитриевну невежливо замереть и пропустить мимо ушей предназначенное ей приветствие.

Сотни разновидностей ткани как лоскутное одеяло соединялись в этом наряде всеми возможными техниками стежков и вышивок. Ленты и кружево, бусины и сборочки — все удивительно сочеталось и гармонировало по цветам и фактурам.

— Нравится? — Экстравагантная бабуля нисколько не обиделась на первоначальный игнор, а даже обрадовалась. — Это мое творение, специальное платье для торговли. Чтобы покупатели сразу понимали, что у Гренальды Бельдиворт найдется все! Ну и я считаю его своим счастливым, конечно, хотя до сих пор не предполагала, что удача в торговле порой настигает даже посреди ночи. Чем могу помочь вам, милая леди, юная мадемуазель и… э-э-э…

Старушка запнулась, разглядев под чепцом белые кости черепа в обрамлении неряшливо торчащих рыжих волос.

— Мадам скелет мы тоже обслужим, если пожелаете, — тут же сориентировалась она и приглашающим жестом обвела рукой свой магазинчик.

Амур, уже вскарабкавшийся на горку шляпных картонок и рассматривающий поле действия с видом скучающего полководца, немедленно зафыркал, выражая свое неодобрение подобным расточительством.

— Нам не на это деньги выделили! — мявкнул он, не преминув также заметить, что еще мебель покупать и прочие важные вещи.

Верочка растерянно окинула взглядом вешалки и осторожно попросила показать что-нибудь подходящее для своей воспитанницы.

— Надо бы несколько перемен платья, нижние рубашки, юбки с блузками, панталончики с чулками, что-то теплое и… — она решительно сдвинула брови, — несколько пар удобных брюк, если есть.

— Брюк? Но у меня магазин дамского платья.

Внимательные глаза пожилой женщины еще раз обежали взглядом их компанию и остановились на единственной фигуре, которой могли, по ее мнению, требоваться брюки, — на невозмутимо стоящем у двери ниу.

— Вы не поняли. Брюки для Хиль, хотя я бы и себе взяла, наверное, несколько пар. Может, шаровары? Юбки-брюки? Для верховой езды? — Верочка перечисляла все приходящие в голову варианты в надежде, что хоть на какой-то торговка кивнет.

Но бабуся при каждом вопросе только хлопала подкрашенными ресничками, а ее бровки, сложившись удивленным домиком, грозили затеряться в морщинках, собравшихся в гармошку на лбу.

— Но зачем девочке брюки? — дождавшись, когда Вера Дмитриевна замолчит, резонно спросила Гренальда. — Леди не ездят верхом, юбка-брюки — это мне не очень понятно, а шарова… как там вы сказали? Это звучит вообще незнакомо. Откуда вы, леди?

— Понимаете… — Верочка постаралась говорить как можно более проникновенно, чтобы госпожа Бельдиворт заинтересовалась, — я издалека. Господин Морбейн специально выписал меня к себе для воспитания своей единственной дочери, а у нас там…

— «Дочери»? — Старушенция аж рот открыла в шоке. — Так как же? Я ж думала, это ваша, а вы, значит, полюбовница некромантская, а оно-то… ох…

Поняв, что болтает что-то не то, дама закрыла рот ладошкой, испуганно тараща глаза.

К тому же молчаливо стоявший истуканом ниу внезапно шагнул вперед к шарахнувшейся от него от неожиданности Хиль и, встав на одно колено, стукнул себя кулаком в грудь и склонил голову.

— Госпожа, ваша кровь — кровь воинов ниу. Тайна Морбейнов — наша тайна. Воины ниу клянутся хранить и защищать.

И так же стремительно вернулся в тот же угол. Лезвие одной из кос в результате его выходки чуть задело вешалку, к счастью пустую, развалив ее на половинки.

Продавщица одежды побледнела как полотно. Старушку чуть удар не хватил.

— Люди. Пфф… — Поняв, что ситуация выходит из-под контроля, кот соизволил вмешаться, пока глупые двуногие еще чего-нибудь не натворили, тем более ушлая торговка могла стребовать с них компенсацию за испорченный инвентарь.

— Значит, так! Госпожа Бельдиворт. Про детей некромантов — это страшная тайна. Поняли? Все у них бывает, когда хотят. Просто они этого не афишируют и отправляют детей обучаться… м-м-м… далеко. Вот туда, откуда приехала Вера Дмитриевна, точнее мадемуазель Мухинмурр. Поняли? — Он требовательно и грозно просверлил взглядом старушонку и продолжил, дождавшись ее кивка: — А господин Морбейн решил воспитывать сам. Отцовские чувства, знаете ли, вдруг взыграли, вот и выписал няню вместе с девочкой. А там свои порядки для воспитания леди. Штаны-то тебе, Верунчик, для упражнений и подвижных игр? — повернулся он с вопросом к Вере Дмитриевне. — Ага, понятно. Значит, мы у вас, уважаемая, из готового что надо купим, а брючки вы нам сошьете. Только тайну хранить извольте, а то вон слыхали — «ваша кровь» и все такое…

Говорящий рыжий зверюга задумчиво осмотрел когти, выпущенные из пушистой лапы, и нагло поточил их о картонку, на которой устроился.

— Давайте, несите уже что есть, мы выберем. Да скидку нам сделать не забудьте. За доверие, так сказать. — Довольная кошачья морда и прищуренные глаза явственно говорили о том, что божественный помпон-переросток наслаждается происходящим и получает огромное удовольствие, запугивая бабульку.

Торговка тут же метнулась куда-то вглубь магазинчика и притащила ворох всевозможной одежды. Она услужливо начала помогать девочке ее примерять, попутно нахваливая ткань, фасон и отделку каждого демонстрируемого изделия.

— Посмотрите, какая мягкая ткань, это шерсть тонкорунок, да не каких-то диких, а особой породы, что вывели хасские горцы. В жару холодит, в морозы греет. А цвет какой! Только гляньте, а вышивка вот тут шелком, не выцветет, хоть сколько стирай.

Верочку же больше интересовало, нравятся ли вещи самой девочке и удобно ли ей в них. Впрочем, Хиль нравилось все, да и немудрено — после того жесткого залатанного ужаса, что она носила до встречи с отцом, любая вещь была удобнее и красивее.

По ходу примерки мадам Гренальда успела еще выспросить у Веры про нужный фасон предполагаемых брюк, и та пообещала прислать ей с Ильдой свои спортивки.

— Вот из такой ткани было бы прекрасно. — Мухина, или мадемуазель Мухинмурр, как вздумалось поименовать ее Амуру, выбрала, перещупав несколько вариантов, одну, больше всего напоминающую флисовый футер. — Мне парочку, Хиль штуки четыре, и Ильде бы тоже не помешало, но немного другие. Мне бы листок бумаги и карандаш, я нарисую. Ильде вообще нужен особый костюм, чтобы быть красивой личной горничной мадемуазель Морбейн.

Особый костюм для горничной-скелета заинтересовал Гренальду Бельдиворт даже больше, чем пресловутые женские штаны. В ее голове не укладывалось понятие «красивый» применительно к ожившим костям. Снедаемая любопытством, она со всей возможной для своего возраста прытью умчалась к себе в конторку, где держала сейф и бухгалтерию, за писчими принадлежностями.

Заскучавшая от суеты взрослых Хиль в это время решилась подойти к их суровому охраннику. Девочка, наряженная в последний из предложенных повседневных нарядов из полотняной коричневой юбки и белой блузочки, хорошенькая, как куколка, непосредственно подергала его за край плаща:

— Дядечка ниу, а как тебя зовут? У тебя дети есть? — Детские глаза с любопытством изучали огромного мужчину, который обещал ее защищать.

— Меня зовут Ефоо Вихрь Лезвий. У меня два сына и дочь примерно твоего возраста, маленькая мадемуазель Морбейн, — раздалось в ответ из-под клыкастого шлема.

Котище, споривший до этого с Верочкой из-за бесполезной, по его мнению, траты денег на Ильду, выпучил глаза и, фигурально выражаясь, уронил челюсть.