Я растопчу ваш светский рай

Глава 60. Предложение, от которого можно отказаться

Неделя после слушаний прошла в напряжённой тишине.

Город затаился. Проповедники исчезли с площади — то ли испугались, то ли получили новые указания. Торговки на рынке снова здоровались с Латией, но в глазах у них оставалась настороженность. Словно они ждали, когда же эти странные люди из форта наконец покажут свою истинную сущность.

В школе жизнь текла своим чередом. Ученики занимались ещё усерднее — после выступления Яра, Милы и Ратмира каждый хотел доказать, что тоже чего-то стоит. Малый вырастил целую грядку зелени прямо во дворе, несмотря на позднюю осень. Мила училась не просто видеть ауры, но и понимать, что они означают. Ратмир тренировал новичков — те смотрели на него с обожанием.

Илания работала с утра до ночи. Она чувствовала: затишье временное. Гильдия не отступится.

Альдор уходил в город чаще обычного — встречался с купцами, которые ещё сохраняли нейтралитет, говорил с бывшими сослуживцами, прислушивался к слухам. Возвращался поздно, усталый, но с новостями.

— Верениус активен, — сказал он как-то вечером. — Встречается с членами совета поодиночке. Убеждает, что мы опасны. Что рано или поздно сорвёмся.

— И что они?

— Пока колеблются. Золото с нашей стороны перевешивает страх. Но надолго ли?

Илания смотрела на него и в который раз думала, как ей повезло. Альдор был не просто соратником — он был опорой, на которой держалась половина школы.

А на следующий день к нему пришли.

Альдор возвращался из города, когда на пустынной улочке перед фортом его окликнули.

— Господин Альдор.

Он обернулся. Из тени выступил человек — невысокий, в простой одежде, с лицом, которое не запоминалось с первого взгляда. Таких часто нанимали для щекотливых поручений.

— Кто ты?

— Посланник. — Человек чуть склонил голову. — От уважаемого Верениуса.

Альдор напрягся, но виду не подал.

— И что нужно уважаемому Верениусу от простого воина?

— Разговор. Короткий. Здесь и сейчас.

Альдор огляделся. Улица пуста, стены форта в сотне шагов. Если что — позвать на помощь успеет. Но пока угрозы он не чувствовал.

— Говори.

Посланник шагнул ближе, понизил голос:

— Уважаемый Верениус видит в вас человека разумного. Не то что эти… фанатики, которые готовы умереть за идею. Вы — воин, командир. Вам нужна достойная служба, а не прозябание в захолустной школе, которую вот-вот закроют.

— Дальше.

— Вам предлагают место начальника городской стражи. Полный оклад, дом в городе, уважение. Хорошая должность для человека с вашим опытом.

Альдор молчал, давая посланнику выговориться.

— Оставьте эту авантюру, — продолжал тот. — Не губите карьеру из-за женщины. Она, конечно, хороша, но такие, как она, долго не живут. А вы… вы можете устроить свою жизнь.

— Всё? — спросил Альдор спокойно.

Посланник моргнул, не ожидая такой реакции.

— Э… да. Я передал предложение. Что мне ответить уважаемому Верениусу?

Альдор посмотрел на него долгим, тяжёлым взглядом. Таким взглядом он когда-то останавливал пьяных дебоширов в порту — без крика, без угрозы, одной только уверенностью, что с этим человеком лучше не связываться.

Посланник сглотнул, но глаз не отвёл. Профессионал.

— Ты знаешь, — медленно сказал Альдор, — когда я служил в страже, ко мне приходили с такими предложениями. Предать своих за деньги. Продать доверие. Я всегда отвечал одно и то же.

— И что же?

— Что у меня нет цены. — Альдор шагнул ближе. Посланник отступил, но Альдор лишь наклонился и тихо, чётко сказал: — Передай своему хозяину: если я ещё раз увижу его людей рядом с фортом или моими близкими, я не стану разбирать, посланник ты или просто прохожий. Ты понял?

Посланник побледнел и закивал так быстро, что едва шею не свернул.

— Я понял, господин. Всё передам.

— А теперь проваливай.

Человек исчез в переулке быстрее, чем можно было ожидать. Альдор проводил его взглядом, поправил меч и спокойно пошёл к воротам.

Илания сидела в библиотеке с Орвином, когда Альдор вошёл. Одного взгляда на его лицо хватило, чтобы понять: случилось что-то важное.

— Что? — спросила она, поднимаясь.

— Поговорим наедине.

Орвин тактично углубился в книгу, делая вид, что ничего не слышит.

Они вышли во двор. Вечерело, ученики расходились с тренировок, Латия гремела посудой на кухне. Обычный вечер, только Альдор был слишком напряжён.

— Мне сделали предложение, — сказал он без предисловий.

— Какое?

— От Верениуса. Место начальника стражи. Дом, жалованье, почёт. — Он помолчал. — При условии, что я оставлю школу.

У Илании внутри всё оборвалось.

Она смотрела на него и вдруг с ужасом поняла: а ведь он может согласиться. Альдор — воин, командир, человек, который привык к порядку и дисциплине. Школа дала ему нестабильность, угрозы, постоянную борьбу. А там — спокойная жизнь, уважение, нормальная служба.

И она — просто женщина, с которой он связался по глупости.

— Ты… — голос дрогнул, она прокашлялась. — Ты уйдёшь?

Альдор посмотрел на неё долгим взглядом.

Потом шагнул ближе. Взял её за плечи — осторожно, будто боялся спугнуть.

— Посмотри на меня, — сказал он тихо.

Она подняла глаза.

— Они не поняли главного, — сказал он. — Совсем не поняли.

— Чего?

— Что я уже нашёл своё место. — Он говорил медленно, будто вбивал гвозди. — Оно здесь. Рядом с тобой. В этой школе, где пахнет магией и хлебом, где сумасшедшая девчонка Геля учит детей, а старый ворчун Алесий таскает брёвна, как двадцатилетний. Где Мила перестала бояться, а Яр не жжёт всё вокруг, потому что научился контролировать.

Он чуть сжал её плечи.

— И никакая стража, никакой дом, никакие деньги не заменят мне этого. Не заменят тебя.

У Илании защипало в глазах. Она моргнула, отворачиваясь, но Альдор не дал — взял за подбородок, повернул к себе.

— Ты поняла? Я никуда не уйду. Даже если они предложат полмира.

— Почему? — выдохнула она.

— Потому что я люблю тебя, — сказал он просто. — И это важнее любых должностей.

У Илании перехватило дыхание. Она хотела сказать что-то важное — что он для неё тоже, что без него она бы не справилась, что… Но слова застряли в горле. Вместо этого она просто шагнула вперёд и уткнулась лицом ему в грудь. Альдор обнял её, и так они стояли посреди двора, пока где-то в казарме не запели.

— Альдор…

— Молчи. — Он улыбнулся. — Не надо ничего говорить. Я просто хотел, чтобы ты знала.

Он отпустил её, отступил на шаг.

— А теперь пойдём ужинать. Латия заругает, если опоздаем.

Илания смотрела на него и не верила. Этот человек, который только что сказал ей самое главное, уже думал о том, что Латия будет ругаться.

Она вдруг рассмеялась — негромко, счастливо.

— Ты невыносим, — сказала она.

— Знаю. — Он протянул руку. — Идём?

Она взяла его за руку, и они пошли к кухне, где уже собирались ученики.

Вечером, когда все разошлись, Илания стояла на стене одна.

Альдор поднялся через полчаса. Молча встал рядом.

— Не спится?

— Думаю.

— О чём?

— О том, как много я поставила на карту. И как мало шансов, что мы выиграем.

— Шансов мало, — согласился он. — Но они есть.

— Ты правда не жалеешь? Что связался с нами? С этой безнадёжной затеей?

Альдор посмотрел на звёзды.

— Знаешь, когда я служил в страже, я думал, что делаю важное дело. Порядок, безопасность, всё чинно. А потом понял: я просто винтик в машине, которая работает сама по себе. Меня можно заменить, и ничего не изменится.

— А здесь?

— Здесь всё зависит от нас. Каждый день. Каждое решение. — Он повернулся к ней. — И я нужен здесь. Не как винтик, а как человек.

Илания молчала, глядя на него.

— Ты нужен, — сказала она тихо. — Ты даже не представляешь, как ты нужен.

Илания сама не ожидала, что скажет это вслух. Слова вырвались раньше, чем она успела их поймать. Но сказав, поняла — это правда. Не просто нужен как командир, как опора, как соратник. Нужен как воздух, как тот самый свет, без которого всё теряет смысл.

Она отвернулась, чтобы он не увидел её лица. Но Альдор уже видел.

Альдор усмехнулся.

— Тогда давай сделаем так, чтобы эта школа не просто выжила, а стала тем, чем должна стать.

— Чем?

— Местом, куда будут приезжать со всего мира. Где учат настоящей магии. Где любой, у кого есть дар, найдёт путь.

Илания посмотрела на форт — тёплый, живой, светящийся в темноте.

— Это будет непросто.

— Ничего простого в жизни не бывает. — Альдор взял её за руку. — Но вместе мы справимся.

Она сжала его пальцы.

Внизу, во дворе, догорал костёр. Кто-то из учеников всё ещё сидел у огня — кажется, Малый и Мила. Голоса звучали тихо, мирно.

— Знаешь, — вдруг сказала Илания, — я чувствую, что это мой дом.

Альдор ничего не сказал. Только притянул её ближе, и они стояли так, глядя на звёзды.

Где-то далеко, в городе, в окне совета горел свет. Верениус сидел над бумагами и злился. Посланник уже доложил ему ответ Альдора, и этот ответ бесил мага до скрежета зубов.

— Дурак, — прошипел он. — Из-за бабы, из-за кучки оборванцев похоронить карьеру.

Он сжал кристалл-соглядатай, но тот только тускло мигнул.

— Ничего. Полгода — достаточный срок. Что-нибудь придумаем.

А в форте было тепло.

Илания чувствовала, как бьётся источник под ногами, как дышат ученики в казарме, как рядом стоит человек, который сказал ей самые главные слова.

— Спокойной ночи, — шепнула она.

— Спокойной, — ответил Альдор.

И ночь укрыла их своим тёплым крылом.

Где-то внизу догорал костёр, и кто-то из учеников всё ещё тихо напевал. Илания закрыла глаза, чувствуя тепло источника, тепло его руки и тепло этого места, которое наконец стало домом.