Я выбираю развод (СИ)

Глава 7

Саша не повторяет. Продолжает смотреть холодно, безэмоционально. Ждет реакции.

Вика медленно сползает по стене вниз. Ноги подгибаются, отказываются держать. Падает на диван тяжело, неуклюже. Руки беспомощно повисают вдоль тела. Смотрит прямо перед собой остановившимся взглядом.

— Жена, — повторяет механически. — Твоя... жена...

Голос затихает совсем. Губы продолжают шевелиться беззвучно, повторяя одно и то же слово снова и снова.

Стою неподвижно. Наблюдаю за сценой отстраненно, словно смотрю кино. Нереальное. Чужое. Происходящее не со мной.

Внутри ледяная пустота. Страх отступил, растворился где-то на периферии сознания. Осталась только холодная ясность. Четкое понимание происходящего. Абсолютное спокойствие.

Саша поворачивается обратно ко мне. Смотрит долго, изучающе. Взгляд скользит по лицу, задерживается на глазах. Ищет что-то. Эмоции? Раскаяние? Страх?

Не находит.

Смотрю в ответ спокойно, ровно. Не отвожу взгляд. Не опускаю глаза. Держу контакт.

Дверь в кабинку распахивается резко. Штора отлетает в сторону. На пороге появляется администратор. Мужчина средних лет, в строгом черном костюме. Лицо профессионально безмятежное, но глаза настороженные.

Взгляд скользит по кабинке быстро, цепко. Останавливается на Саше с размазанным кремом на костюме. Переводится на меня с пустой тарелкой в руках. На Вику, сжавшуюся на диване. На остатки десерта на полу.

Оценивает ситуацию мгновенно.

— Мужчина, — обращается к Саше учтиво, осторожно. — Приношу глубочайшие извинения за инцидент. Обед, разумеется, за счет заведения. Также готовы компенсировать стоимость химчистки костюма. Если возникнут какие-либо дополнительные требования...

Саша обрывает жестом руки. Резко, властно.

— Не нужно, — произносит коротко. — Счет оплачу полностью. Без скидок.

Достает бумажник из внутреннего кармана. Извлекает несколько купюр. Бросает на стол небрежно, не глядя. Убирает бумажник обратно.

Администратор молчит секунду. Потом кивает почтительно.

— Как пожелаете.

Разворачивается ко мне. Лицо каменеет. Глаза становятся холодными, жесткими.

— Вы, — произносит сухо, официально. — Немедленно проследуйте в кабинет руководства. Разбирательство по факту нарушения служебной этики...

Не дослушиваю. Протягиваю пустую тарелку администратору. Мужчина берет автоматически, не успевая сообразить.

Руки тянутся к завязкам фартука сами. Развязываю узел на спине быстрыми движениями. Снимаю фартук через голову. Складываю аккуратно. Протягиваю администратору поверх тарелки.

— Не нужно разбирательства, — произношу спокойно, ровно. Голос звучит удивительно твердо. — Увольняюсь. По собственному желанию. Прямо сейчас.

Администратор моргает растерянно. Смотрит на фартук в руках. Потом на меня. Открывает рот. Закрывает. Не находит слов.

Разворачиваюсь. Направляюсь к выходу из кабинки уверенным шагом. Каблуки стучат по паркету ровно, размеренно. Спина прямая. Голова поднята.

Рука дергает штору резко. Тяжелая ткань отлетает в сторону. Выхожу из кабинки. Делаю три шага в сторону основного зала.

Кто-то хватает за локоть сзади. Крепко, настойчиво. Разворачивает обратно.

Катя. Лицо подруги отражает миллион противоречивых эмоций одновременно. Глаза сияют восторгом, радостью, гордостью. Рот растянут в широкой улыбке. Но брови сведены озабоченно, во взгляде читается беспокойство. Пальцы сжимают локоть сильнее, почти до боли.

— Юль, — выдыхает потрясенно. — Юлька, ты... ты это... господи...

Начинает фразу. Обрывает на полуслове. Начинает снова. Снова обрывает. Рот открывается, закрывается беззвучно. Ищет правильные слова, не находит.

— Ты видела его лицо? — выпаливает наконец. — Видела, когда торт прилетел? Я думала, он сейчас взорвется! Или ты взорвешься! Или я взорвусь от напряжения! Господи, Юль, это было...

Замолкает резко. Вглядывается в лицо внимательно, изучающе. Ищет эмоции, реакцию. Видит спокойствие, холодную отстраненность.

Выражение лица меняется мгновенно. Восторг гаснет. Беспокойство выходит на первый план. Брови сдвигаются еще сильнее, складка между ними углубляется.

— Юль, — произносит тише, серьезнее. — Юлька, ты в порядке? Правда в порядке? Не прикидываешься?

Смотрю на подругу молча. Секунду. Две. Три. Пытаюсь собраться с мыслями, сформулировать ответ.

В порядке ли?

Не знаю.

Внутри ледяная пустота. Онемение. Холодная бесчувственность, словно все эмоции заморозились где-то глубоко, спрятались под толщей льда. Не чувствую боли. Не чувствую гнева. Не чувствую вообще ничего.

Шок, наверное. Защитная реакция организма. Психика отключила чувства, чтобы не сойти с ума от перегрузки.

Киваю медленно. Утвердительно.

— В порядке, — подтверждаю ровно. — Совершенно в порядке.

Катя смотрит недоверчиво. Не убеждена. Пальцы на локте сжимаются крепче.

— Юль, может, сядешь? — предлагает осторожно. — Воды выпьешь? Или чего покрепче? У меня в шкафчике коньяк есть, для особых случаев...

Качаю головой отрицательно.

— Не нужно, — отвечаю спокойно. — Правда. Мне нужно просто... уйти отсюда. Сейчас. Немедленно.

Подруга молчит секунду. Потом кивает понимающе.

— Ладно, — соглашается тихо. — Хорошо. Тогда иди в раздевалку, переоденься. А я пока...

Останавливается на полуслове. Лицо вытягивается. Глаза расширяются. Смотрит куда-то за плечо испуганно, настороженно.

Поворачиваюсь медленно.

Саша стоит в трех шагах. Вышел из кабинки бесшумно, незаметно. Массивная фигура заполняет узкое пространство коридора. Широкие плечи почти касаются стен. Лицо каменное, застывшее в жесткой маске. Смотрит холодно, пронзительно, прямо на меня.