Защитник для чужой невесты

Глава 25

Я ожидала, что он будет спорить. Но Авенар лишь пожал плечами:

– Как хотите. Покойникам она уже ни к чему, их на том свете и голыми примут.

Он направился к выходу.

– Снова уходишь? – я недоуменно глянула ему в спину.

Дракон замер на пороге пещеры, посмотрел в небо, приставив ладонь козырьком ко лбу, и ответил:

– Ненадолго. Соберу, что смогу, и пойдем вглубь острова, пока солнце в зените. Здесь нельзя оставаться.

– Почему?

В голосе Авенара не было причин для волнения, но я все же встревожилась. Такая уютная пещера. Я к ней почти привыкла. Зачем уходить?

– Ночи тут холодные, мы замерзнем без огня. Днем, наоборот, будет жарко. Скоро начнут гнить трупы, а закопать я их не смогу. Тут на локоть песка, а дальше – скальная порода.

От его равнодушного, обыденного тона мне захотелось передернуть плечами.

– Но разве нам не лучше быть ближе к морю? Вдруг мимо пойдет корабль? Мы бы могли подать ему знак.

– Да? – Авенар с интересом взглянул на меня. – И каким же образом?

– Ну… мы могли бы разжечь большой костер.

– Из чего? Обломки, которые выбросило на берег, слишком мокрые и не разгорятся. А то, что можно использовать как топливо, я уже принес.

Он кивнул в сторону костра, в котором потрескивали последние веточки. Я не нашлась, что сказать, и просто поджала губы, недовольная, что последнее слово осталось за ним.

Но я ошиблась. Последнее слово дракон еще не сказал. Мазнув по мне бесстрастным взглядом, он сухо заметил:

– Раз госпожа желает и дальше ходить в ночной сорочке с драным подолом, то я ничего не имею против.

Я на секунду потеряла дар речи.

– Ты!..

Хотела сказать что-то резкое, но слова застряли в горле вместе с воздухом. Потому что Авенар был прав, и осознание этого хлестнуло меня по самолюбию словно плеть.

На мне ведь и правда была лишь сорочка. Все это время дракон понимал, что я под ней голая!

Плотный ворот и длинные рукава не пострадали, но подол, заметающий пол пещеры, обтрепался и отяжелел от налипшего песка. Спереди в паре мест появились прорехи, сквозь которые белели мои колени. Авенар не преминул указать мне на них.

Но если он думает, что заставит меня надеть одежду покойников, то он ошибается.

Хотя…

Дракон ушел, а я скосила взгляд на кучу тряпья.

Вон та рубашка сверху выглядит неплохо. У нее даже есть кружевная манишка. Может, принадлежала самому капитану…

К глазам подступили слезы. Я вдруг осознала, что мы с Авенаром единственные, кто выжил после ночного кораблекрушения. А весь экипаж и Химена стали кормом для рыб.

В памяти всплыли детали катастрофы. Особенно то, как я безуспешно пыталась спасти пожилую служанку, и ее внезапное безумие. Бедная женщина. Даже умирая, она думала о своей дочери!

Я поймала себя на том, что хлюпаю носом.

Нет-нет, сейчас нельзя раскисать! Мы выжили, значит, не все потеряно. Авенар прав, на берегу нам нечего делать. Тут нет ни дров, ни воды. Значит, придется идти вглубь острова, ближе к деревьям. Где деревья, там пресная вода. А где вода, там и живность. Наверняка на острове обитают мелкие звери. Мы могли бы поставить силки…

Мысли лились сплошным потоком. Я озвучивала каждую, бормоча себе под нос. Потому что только звук собственного голоса мог отогнать надвигающуюся истерику.

Мои руки тряслись, когда я перебирала одежду, принесенную Авенаром. Судя по ткани и ее состоянию, вещи и правда могли принадлежать капитану. Исподнее из отбеленной бязи, узкие кожаные бриджи, батистовая рубашка, шитый золотом шелковый жилет, камзол из синей саржи с красными отворотами…

Помимо прочего здесь нашлись даже портянки и промокшие насквозь ботфорты.

Сидя на коленях, я разложила трофеи вокруг себя и застыла в раздумьи. Надеть чужую одежду, еще не утратившую запах прежнего владельца, казалось выше моих сил. Но и продолжать радовать Авенара видом голых ног, я тоже не собиралась.

За спиной что-то грохнуло с металлическим звоном.

Я испуганно оглянулась. Но это был всего лишь дракон, сваливший у входа в пещеру охапку коротких абордажных сабель и топоров.

Он выпрямился и посмотрел на меня. Затем на разложенную одежду.

Видимо, муки выбора отразились у меня на лице. Потому что Авенар неожиданно сжалился.

– Эта одежда не с мертвецов.

– Тогда откуда она? – я недоверчиво поджала губы.

– К берегу прибило остатки кормы. Там был сундук с вещами.

Мой спутник не отличался красноречием. Остальное пришлось додумывать самой: Авенар обыскал то, что осталось от капитанской каюты, нашел сундук, тот треснул от удара, вода просочилась внутрь и намочила вещи. Если так, то можно считать, что одежда чистая. Вряд ли капитан стал бы хранить в каюте грязные вещи.

Сам дракон уже переоделся. На нем были свободные матросские шаровары из парусины и такая же безрукавка, трещавшая на его могучих плечах. Спереди у безрукавки был разрез до середины груди. Прежний хозяин стягивал его шнуровкой, но если бы Авенар рискнул это сделать, точно бы задохнулся.

Так что мне выпала честь лицезреть мощные грудные мышцы и впечатляющие бицепсы дракона. Я даже не сразу поняла, что откровенно разглядываю его. А когда поняла, то ощутила, как мои щеки заливаются жаром, и быстро отвела взгляд.

– Ладно, – произнесла севшим голосом. – Дай мне пять минут, я оденусь.

Он молча отошел к выходу и сел, повернувшись ко мне спиной. Я несколько мгновений с недоверием наблюдала за ним. Но Авенар не собирался подглядывать. Он принялся связывать вместе собранное оружие.

Я же, решившись, первым делом схватила исподнее – короткие нижние штаны. Морщась и с трудом сдерживая желание брезгливо отбросить их, надела на себя. Затем натянула длинные шерстяные чулки, именуемые шоссами, и прикрепила их верх завязками к низу нижних штанов. Сверху надела бриджи.

Одежда была рассчитана на мужчину, который в два раза выше и крупнее меня. Но мне повезло – у исподнего имелись завязки на поясе, а у бриджей – петли, в которые я вставила веревку и затянула потуже. Все это проделывала, копошась под подолом сорочки и ежесекундно бросая взгляды на Авенара. Но дракон не смотрел в мою сторону.

На всякий случай я все же повернулась к нему спиной. Быстро сбросила потрепанную ночную сорочку и завернулась в мужскую рубашку.

Тонкий батист приятно льнул к телу и холодил кожу. Но наслаждаться времени не было. Негнущимися пальцами я завязала шнуровку под самое горло и надела жилет. Затем, сев на песок, намотала на ноги портянки и сунула их в сапоги.

Поморщилась.

Даже сквозь толстый слой фланели ощущалась сырость. Но я утешила себя мыслью, что ноги быстро согреются.

Последний штрих – синий камзол.

Наконец с переодеванием было покончено. Я выпрямилась и повела плечами, пытаясь привыкнуть к чужой одежде. Она была настолько большой, что штанины бриджей достигали лодыжек, а рукава камзола свисали печальными флагами.

– Надо укоротить, – задумчиво произнес Авенар, привлекая мое внимание.

И, держа абордажную саблю плашмя, выразительно похлопал клинком по ладони.

– Нет, – я сходу отвергла предложение.

Вдруг отрубит что-нибудь лишнее. Мне нравятся мои пальцы. Хотелось бы сохранить их в целости.

А рукава можно подвернуть. Что я и продемонстрировала Авенару. Без слов, разумеется, но старательно передала язвительность взглядом.

Ожидала, что он хотя бы улыбнётся. Однако дракон никак не отреагировал. Вообще. Даже плечами не пожал. Просто отвернулся и принялся вытаскивать из догорающего костра затвердевшие глиняные “свёртки”. Наверняка они были обжигающе горячими, однако дракон даже не морщился. Хотя я видела, как его пальцы касаются красных углей.

***

Наблюдая за Авенаром, я сделала глоток из фляги и в очередной раз мысленно восхитилась его скупыми и уверенными движениями.

Разбив два “свёртка” крюком абордажного топора, мой защитник убрал из одного верхние куски глины и положил передо мной своеобразную посудину с запечённой рыбой. Затем занялся своей порцией.

Я посетовала про себя, что негде умыться и вымыть руки перед едой. Да и последний хворост сгорел, лишив возможности сделать столовые приборы из веток.

Выбора не осталось. Наблюдая, как дракон ловко отщипывает пальцами кусочки рыбы и отправляет их в рот, я последовала его примеру.

Еда была несолёной, лишённой приправ и масла. Однако эта рыба оказалась самой вкусной из тех, что я когда-либо пробовала. Я съела всё до последнего кусочка и не отказалась бы от добавки, но попросить не решилась.

Авенар, покончив со своей порцией, продолжил возиться со спасенными из воды вещами. Нужно было связать их для переноски, но разногабаритный скарб отказывался принимать единую форму и рассыпался. Дракон раз за разом терпеливо перекладывал свои трофеи. Менял предметы местами, переворачивал или откладывал в сторону.

Я долго наблюдала за ним, наконец не выдержала:

– Я тоже могу что-нибудь нести.

На мой взгляд, это было разумное предложение.

Но упёртый драконище по-прежнему меня игнорировал.

Ладно, не очень-то и хотелось.

Я сделала ещё пару глотков из фляги, напоминая себе, что жидкость необходимо экономить. Неизвестно, когда мы доберёмся до воды.

Покончив со сборами, Авенар подхватил тюки. Два больших были связаны между собой, их он закинул на плечо, а третий, поменьше, взял в руки и выпрямился. Окинул пещеру прощальным взглядом и нахмурился. Я тоже огляделась. У потухшего костра лежал забытый абордажный топор.

– Я возьму! – радуясь, что могу быть хоть чем-то полезна, я схватила топор и лихо закинула его на плечо.

Думала, выйдет так же ловко, как у дракона. Однако не рассчитала с весом и сильно ударила себя рукоятью, а абордажный крюк процарапал спину даже через слои плотной ткани.

Я втянула воздух сквозь зубы и тут же столкнулась с внимательным взглядом Авенара.

Пришлось выдавить легкомысленную улыбку.

– Ну что, идём? – спросила таким же легкомысленным тоном.

Дракон молча направился к выходу из пещеры. Я двинулась за ним, давая наконец себе волю и кривясь от боли.

Пусть лучше считает меня странноватой, чем неуклюжей и ни на что не способной.

Плечо ныло. Пришлось переложить топор на другую сторону. В этот раз я действовала осторожно и аккуратно. Всё-таки схватывала с первого раза. Ну иногда со второго.

Чтобы унять боль и стыд, сделала ещё глоток из фляги.

Драконище шёл вперёд уверенными шагами. Будто всю жизнь ходил по этому острову. Мне же приходилось внимательно смотреть под ноги, а ещё повыше задирать носки сапог. Если я забывала об этом, тут же спотыкалась о камни или торчащие между ними корни. Шипела, ругалась про себя и шла дальше.

И снова меня поразило, как Авенар выбирает путь. Он словно знал этот остров. Вел нас в самые широкие расселины между скал, если они шли вдоль нашего маршрута, ловко избегал тупиков и опасных провалов.

Медленно, но неуклонно мы отдалялись от берега и поднимались всё выше.

Топор с каждым шагом становился тяжелее, будто наливаясь свинцом. Я перекладывала его из руки в руку, с плеча на плечо. Смотрела в спину дракону, с кажущейся лёгкостью несущему все остальные вещи. А ведь там только сабель и алебард с десяток.

Неужели я не дотащу какой-то топорик?

Когда становилось совсем тяжело, я останавливалась, чтобы пару минут перевести дух. Делала глоток-другой из фляги. Оборачивалась и смотрела на море.

Вскоре обозначились края бухты, в которую нас занесло, и острые пики подводных скал. Именно на них налетели остатки нашего корабля. Я увидела то, что от него осталось, как и темные вытянутые кучи из камней на песке – это были тела погибших. Авенар похоронил их, как смог. Но камни хотя бы защитят тела от хищных чаек, которые уже с криками носились над взморьем.

Я ощутила благодарность к дракону. Как бы он ни ненавидел людей, как бы ни отрицал нашу схожесть, но в этот раз поступил человечно.

Хотела сказать ему об этом, однако посмотрела на суровую молчаливую спину и передумала. Обойдется. И сделала еще пару глотков.