Защитник для чужой невесты

Глава 36

Это были самые прекрасные дни и самые безумные ночи за всю мою недолгую жизнь. Мы любили друг друга то нежно и трепетно, то жарко и яростно. То пестовали друг друга, как мать – долгожданного ребенка, то сплетались в страсти, похожей на битву. И каждый раз Авенар открывал мне новые чувства, новые ощущения. Он возводил меня на вершину безумия, а затем низвергал в пучину отчаяния. С ним я познала саму себя – свое тело и его тайны.

Засыпали мы теперь лишь под утро, тесно переплетя наши руки и ноги – усталые и счастливые. Просыпались, когда солнце стояло в зените, но ни голод, ни жажда не могли заставить нас разжать объятия. Потому что нас снедали голод и жажда другого рода. Ненасытные, мы упивались друг другом, будто спешили урвать кусочек запретного счастья. А мысль о неизбежной разлуке подхлестывала и подгоняла. Она незримой тенью постоянно присутствовала между нами, и от этого у нашей страсти был особый вкус – вкус отчаянного безумия.

Была одна странность, не дававшая мне покоя. Раны Авенара зарастали, а потом появлялись вновь. Он объяснил, что их лечит моя страсть. Ведь я не просто истинная пара дракона – я еще и целительница. Но рабская печать не дает ему обернуться. Поэтому раны от вырванных крыльев не могут зажить окончательно.

Но самое страшное – они ужасно болели. Авенар пытался скрыть это от меня, но я видела, как он мучается. И я мучилась вместе с ним. А еще мое сердце сжималось от мысли, что будет, когда нас найдут.

Однажды, лежа на груди у любимого, я не выдержала и прошептала:

– Не хочу тебя оставлять. Даже ради спасения мира. Пусть все катится в Бездну.

Я была уверена, что он спит. Поэтому с затаенной надеждой озвучила свои мысли. Но мышцы дракона под моей щекой стали тверже, сердце глухо стукнуло мне в ладонь.

– Хлоя…

Тон у Авенара был странным – глухим и будто бы виноватым.

Я напряглась.

– Хлоя, – повторил он, кладя руку на мои плечи, – скажи, ты сможешь любить того, кто предаст своих близких?

Это был коварный вопрос. Но за эти дни я уже дошла до той стадии, когда личные чувства и желания стали важнее чужих ожиданий.

Поэтому приподнялась на локте, заглянула Авенару в глаза и четко сказала:

– Да, если речь идет о тебе.

Несколько секунд наши взгляды выбивали искры, как скрестившиеся мечи. Каждый из нас искал в глазах другого ответы на свои самые потаенные мысли. Но пока было неясно, что победит: наша любовь или долг. Долг Авенара перед его семьей и мой долг перед герцогом.

Он первым отвел взгляд. Опустил ресницы и вздохнул. Я решила, что это конец: долг победил. Тихонько опустилась обратно, закрыла глаза и затаила подкатившие слезы.

Несколько долгих мгновений в пещере стояла пронзительная тишина. Она давила на меня своей тяжестью. Не было слышно ни нашего дыхания, ни потрескивания веток в костре, ни крика ночных птиц.

А затем прозвучало:

– В любом случае сначала надо выбраться с острова.

Это было так неожиданно, что я не сразу нашлась, что сказать.

– О чем ты?

– О нас. Нам надо выбраться с острова, а без помощи извне мы этого сделать не сможем.

– А потом? – спросила я с надеждой и страхом одновременно.

– Потом я верну себе свободу и крылья.

– Отдашь меня герцогу?

Как ни пыталась говорить ровно, голос все-таки дрогнул.

– Так надо, Хлоя. Только так он снимет печать.

Нет! Это невыносимо! Невыносима сама мысль об этом!

– Я не смогу, – прошептала ему в грудь. – Не смогу быть с другим…

– И не надо.

– Не надо?..

В ожидании его ответа мое сердце забилось быстрее.

– Не надо, – твердо повторил Авенар. – Я приду за тобой. Получу свободу и приду, слышишь, Хлоя?

Он перевернулся и навис надо мной. Добавил, вглядываясь в мое залитое слезами лицо:

– Я жить не смогу, зная, что ты с другим и несчастна.

– А если ты ошибаешься? – прошептала мокрыми губами. – А вдруг я буду с ним счастлива?

Авенар покачал головой:

– Герцог Минрах не тот человек, который может сделать кого-то счастливым. Особенно женщину.

В этой короткой фразе было все, о чем я уже сама догадалась.

– Ты обещаешь, что придешь за мной?

– Клянусь. Приду и заберу тебя. Если ты согласна оставить людей и пойти со мной.

Я судорожно выдохнула:

– Куда?

– В мой клан.

– А если… а если другие драконы меня не примут?

– Тогда мы уйдем от них.

– Но ты же лаэрд?

– Я могу отказаться от этой чести. Но мне нужно знать, что ты не передумаешь.

В его голосе не было особых эмоций, но я вдруг поняла, что он боится. Сейчас, в это мгновение, Авенар испытывал страх.

Большой и сильный дракон боялся не смерти, не встречи с врагами, не того, что меня не примет его семья. Он боялся, что я передумаю!

Ведь люди непостоянны. У них нет истинных пар, они легко влюбляются, женятся, рожают детей, а потом так же легко ненавидят своих супругов.

Мне захотелось стереть этот страх с его лица. Но я не могла подобрать нужных слов. Таких, чтобы у него не осталось сомнений. Поэтому просто сказала:

– Я не дракон, ты сам это знаешь. Но я не смогу жить без тебя.

А потом обняла его за шею и притянула к себе. В тот миг во мне вспыхнула острая потребность прижаться к нему всем телом и ощутить его жар.

А утром мы проснулись от звука камешков, осыпающихся под чужими шагами, и мужских голосов.

***

Все еще сонная, я приподнялась на локте и прижала к груди одеяло, будто оно могло меня защитить. Авенар вскочил на ноги, вставая между мной и входом. Большего ни он, ни я сделать не успели.

В пещеру ворвались вооружённые люди. Много, больше десятка. В одно мгновение они окружили нас, выставив перед собой мечи и алебарды.

Острие одной упёрлось в грудь Авенару, но он не двинулся с места, продолжая закрывать меня своим телом.

Меня сковал ужас. Сердце заполошно билось. В голове проносились тысячи мыслей и сотни вопросов. Что делать? Что нам делать?

Я сразу поняла, кто это.

И не потому, что на воинах была форма в цветах Гидеона Минраха, а на рукоятях мечей – герб его герцогства. Не потому, что, окружив нас, солдаты не издали ни единого звука. На меня они старались вообще не смотреть, словно перед ними находился только обнажённый дракон, закрывающий собой пустую постель из лапника.

Нет, не поэтому.

Я сразу поняла, что это жених явился за мной. Наше с Авенаром время закончилось. Ведь все это время я подспудно ждала, когда нас разлучат.

Сегодня это случилось.

В рядах воинов произошло шевеление. Я напряглась, изо всех сил сжимая пальцами край одеяла. Дыхание стало поверхностным и тихим, а взгляд устремился за спины солдат. Туда, где из полумрака пещеры приближался некто, вызывающий безотчётный ужас одним своим появлением.

Гидеон Минрах вышел на свет и остановился, позволяя себя рассмотреть.

Мой жених был высоким. Даже слишком. С широкими плечами и бычьей шеей, переходящей в мощную грудную клетку. Его чёрные вьющиеся волосы и густая борода растрепались от быстрой ходьбы, но едва бы это вызвало у кого-то улыбку.

Глядя на него, я ощутила ужас. В моих глазах он стал воплощением силы и жестокости. Но больше всего меня пугал его взгляд – холодный и безжалостный, полный тьмы. Этот взгляд замер на Авенаре, затем перешёл на меня.

Чёрные глаза смотрели на меня с презрением, будто на крысу, копошащуюся в отбросах. И пусть в пещере царил полумрак, герцог разглядел всё. И мои обнажённые плечи, и пальцы, судорожно прижимающие к груди край одеяла, и разворошенную постель подо мной.

– Так-так-так… И кто это тут у нас? – голос Минраха был под стать его облику: низкий, грубый, заставляющий кожу покрыться ледяными мурашками. – Никак моя невеста? Леди Бурджес. Значит, не зря я решил выйти навстречу. Так и знал, что с кораблем что-то случилось.

Его губы раздвинулись, обнажив белые зубы. На фоне чёрной бороды это смотрелось звериным оскалом. Впрочем, им и было. Вряд ли кому-то из присутствующих пришло бы в голову улыбнуться в ответ на слова Минраха, до того жутким он был.

Его воины двинулись с места лишь раз, расходясь в стороны при появлении господина. А затем снова замерли, окружив нас с Авенаром полукольцом из выставленных клинков.

– И мой ручной дракончик, который сорвался с поводка, – холодный взгляд вернулся к Авенару.

Герцог оглядел его так же медленно, как и меня, с тем же выражением брезгливости.

– То-то ты так рвался привезти мне девку из-за моря. Не терпелось опробовать ее вперёд меня? – голос превратился в рычание.

Минрах не смог долго удерживать ироничный тон, пусть и продирающий до мурашек. Ярость и гнев моего жениха рвались наружу, пугая до дрожи не только меня, но и его собственных солдат.

Лишь Авенар не дрогнул.

– Не трогай её, – дракон шагнул вперёд.

Острие алебарды, царапавшее его грудь, проткнуло кожу. Вниз потекла тонкая красная струйка, пугающе яркая на фоне его белой кожи.

Но Авенар будто не заметил этого. Он продолжал спокойно смотреть в лицо герцогу. А затем повторил ровным тоном:

– Не трогай её. Она не виновата.

Тишину взорвал низкий раскатистый звук. Я вздрогнула и втянула голову в плечи, и лишь спустя мгновение поняла, что это был смех. Герцог смеялся. Но от его смеха страх пробрал меня до костей.

Когда Гидеон Минрах отсмеялся, в пещере вновь воцарилась тишина. Но страх внутри меня только усилился.

– Я сам решаю, кого мне трогать. И не рабу мне указывать, – наконец процедил Минрах.

Он уже не смотрел на Авенара, словно потерял к нему интерес. Двинулся ко мне, однако дракон сделал шаг и встал у него на пути.

– Не трогай ее, – повторил с тихой угрозой.

Герцог лишь бровь приподнял. А потом махнул своим людям:

– Взять его.

Воины бросились к Авенару. Я почти не волновалась. Знала, что он их всех одолеет. В памяти еще было свежо его сражение с волками. Что ему обычные люди? Пусть и солдаты. Пусть и с оружием. К тому же, отобрав меч у одного из них, дракон вооружится сам и станет ещё опаснее.

Тем сильнее было моё удивление, когда его схватили за руки, выкрутили их назад, заставляя его взвыть от боли, а затем швырнули мне под ноги.

Я словно наяву ощутила, как лопнула его кожа от удара о каменный, покрытый мелким крошевом пол.

И вскрикнула:

– Авенар!

Дернулась к любимому, но не успела даже покинуть ложе.

На голову Авенара, склоненную до земли, опустился тяжелый сапог.

– Смотрю, у нас тут любовь, – хмыкнул герцог.

Пещера, еще недавно казавшаяся просторной, сузилась, будто он заполнил ее своей аурой. Тяжелой и темной. Мне даже стало больно дышать, будто его присутствие выжгло воздух.

А он вновь скользнул по мне взглядом. На этот раз раздевающим. Это заставило меня сильнее сжать одеяло.

– Да, мы любим друг друга, – заявила, дрожа всем телом. – Пожалуйста, отпустите нас. Я… я не хотела, чтобы так получилось… мы вернем вам все деньги…

Лепеча какую-то бессмыслицу, я пыталась выиграть время. Мне казалось, у Авенара есть план. Иначе почему он безвольно повис на руках солдат и даже не пытается бороться? Он ведь сильнее людей. Он дракон! Наверняка он что-то придумал.

Поймав мой умоляющий взгляд, брошенный на любимого, герцог вновь рассмеялся:

– Тянешь время? Что ж, мне тебя даже жаль. Но, видишь ли, в чем дело…

Он сел на корточки рядом со мной, и все равно мне пришлось задрать голову, чтобы видеть его лицо. Тем более что он жесткими пальцами удерживал мой подбородок.

– Видишь ли, – повторил, изучая меня немигающим взглядом, – твой любовник бессилен. Я владею им безраздельно, как и тобой.