Боль.но (Нитакая)

ГЛАВА № 17.3 ОН

Первое января.

Днём просыпаюсь от боли. Рука ноет так, что выть хочется. Давно не чувствовал физическую боль.

Пришлось даже врача на дом вызвать — заклеил рану медицинским клеем.

Заглатываю сразу две таблетки обезбола — чтоб уж точно. И сразу погрузился в воспоминания.

Это что такое вчера? Ну кроме десертной вилки в моей руке. Бля. Татуировку подпортила... Заживёт — придётся корректировать.

За что пырнула-то? За то, что колхозницей назвал? И чё?

Бля... стояк от мыслей о ней. Да что со мной происходит?!

Она на коленях в моей сперме и с моей кровью на лице...

Даже подрочил, вспоминая...

Первое января. Можно валяться дома... А пиздец как тянет к ней! Заинтриговала... Сука!

Нет. Не буду искать её.

Связываться с такими больными... не стоит. Разок было классно. Даже очень. Но такого вау-эффекта во второй раз не будет...

Блять! Весь день мысли только о ней! Эти её блядские глаза... И что она сказала той шлюхе? Что рот не занят? Дерзкая... Долго терпела выходки этой шлюхи. Даже меня она уже заебала... Всё ждал, что официантка не выдержит. А ей надо лицо держать. На работе же.

Не было ни одного случая, чтоб официантка сорвалась. Обычно — в случае конфликта — одну заменяют на другую. Но в новогоднюю ночь людей всё равно не хватает...

Она и не выдержала... Но отрикошетило и в меня...

Бля! И снова думаю о ней!

Сколько уже? Начало девятого... Вроде, собирались сегодня продолжить веселье. Надо вызвать шлюх. Только молчаливых. А-то ещё любят возомнить, что их мнение кого-то интересует. Их должно только волновать в какой позе ебать буду...

Но срываюсь, звоню администратору и приказываю найти Полину.

А она, оказывается, в ресторане. Ведь не было приказа уволить её. А без моего приказа в ресторане не делается ничего. Уже были инциденты — наказание за самодействие и "а я думала". В моём ресторане думаю только я! А другие — исполняют приказы. Боятся меня — и правильно. Знают, что лучше не знать что такое "наказание в моём стиле"...

Срываюсь, еду в ресторан. Видеть её хочу!

Она — самоубийца? Нарывается? Или игра какая?

Ну щас приеду и посмотрим...

Подхожу к Полине, делаю заказ — мятный ликёр. Чтоб анестезия для глубокого горла.

Затаскиваю в випку первую попавшуюся официантку — чтоб Полина видела, как тащу девку, сажусь на диван, ставлю на колени. На неё не встаёт. Только вспоминаю ночную Полину — и сразу каменный.

Официантка даже не сопротивляется. Стоит, на коленях ждёт. Не хочет — вижу по глазам. Да мне похуй чего она там хочет или не хочет.

Никогда так не делал — сегодня дебют. Хороший персонал — это всё же ценный работник. А трахаться на работе — трахать работу.

Полина входит с подносом со стопками. Я сижу на диване, мой член перед лицом девки. Я пока не давал команду сосать.

Показываю Полине взглядом — чтобы поставила стопки на стол рядом со мной.

Она послушно исполняет. Реакции — ноль. А я глаз с неё не свожу.

Она направляется к двери. Я командую.

Я. Стоять.

Приказ.

Она застывает на месте.

Я беру стопку, заставляю официантку выпить. Та выпивает залпом, давится. Я втянул перепуганную девчонку сам не понимаю в какую игру.

А Полина смотрит мне в глаза. Ноль эмоций. Ей — плевать. Не ревнует. Ну пусть тогда смотрит.

Беру девку за щёки, надавливаю, чтоб рот открыла. Она открывает, и я толкаюсь ей в рот, целиком. Та давится, пытается высвободиться, но я крепко прижимаю её голову к паху. Ничего, потерпит. Получит щедрые чаевые.

Меня цепляет, что ей похуй! Что за девка?! Что за игра?!

Стоит как неживая... с каменным лицом...

Минута... Вторая... Аж тошнит от губ официантки на моём члене. Хочу губы Полины... Её рот... Её язык...

Полина срывается и уходит...

Так я... выиграл? Так ей всё же не похуй...

Оттаскиваю девку, сую ей наличные и увольняю. Пошла вон!

Полина где-то в ресторане. Охране был приказ: не выпускать девчонку!

Быстро нахожу её. Она уже разносит заказы — как ни в чём ни бывало...

Прохожу мимо, иду в свой кабинет. Выжидаю полчаса. Безконечные полчаса.

И после приказываю охране привести её в мой кабинет. Да, хочу, чтоб вели её силой. Чтобы знала у кого власть. Не у неё.

И вот она стоит передо мной. Лицом к лицу. В моём кабинете. Мы вдвоём.

Она смотрит на меня. Переводит взгляд на мой шрам на виске. Дотрагивается, еле касаясь пальцами. Уродство её не пугает. Шрам небольшой. С деньгами все — красивые. Но тут дело не в деньгах. Она — не тёлочка. Все клиенты — богатые. А я уже разузнал о ней: она — трудоголик. Так что хотела бы кого найти — нашла бы и не работала официанткой на износ.

Она запустила руку в мои волосы. Нащупала шрамики-полоски.

Спустилась пальчиками по плечу, левой руке, сцепила руки в замок.

В глаза смотрела.

Сжала руку. Хочет моей боли? Или забрать часть себе?

Всматривается в лицо. Как будто ответы ищет или ждёт.

Сжала замок сильнее. Боль чувствую. Вполне терпимо. Но она хочет, чтобы корчился?

Ну реально ебанутая. На своей волне. А я — подстраиваюсь. Бля! Это Я подстраиваюсь. А должна она!

Я. Полина. Твоё место. На полу.

Она отпускает мою руку, встаёт на колени.

Глаз не сводит, смотрит снизу вверх, задрав голову.

Ждёт приказов?

Нет. Не то! Приказы — не для неё. Она должна вести. А я — подстраиваться.

Она. Мятный ликёр принесут?

Вот жа ж сука!

Я. И десертную вилку.

Я тоже подъёбывать умею.

Она расстёгивает ширинку.

Да!

Предвкушаю...

Она и сама справится...

Сдёргивает боксеры. Не стесняется. Взгляд не прячет. Вчера-то на адреналине всё было. И в полумраке. Но сейчас-то... ни адреналина, ни полумрака...

Берёт в рот... так глубоко...

Кааайф...

У неё вообще нету рвотного рефлекса?

Долго такую практику нарабатывала? Вчера неумелой показалась. Или на адреналине не так получается? Сколько пропустила через свой рвот членов, чтобы такому научиться?

Ненавижу шлюху!

Она берёт меня за руку, сцепляет в замки, сжимает...

И поднимает так, чтобы замки упирались мне в живот. Сосёт без рук...

Бля... Девчонка сводит с ума... Крышу рвёт...

Я расцепляю руки, хватаю её за затылок, вжимаю в пах — кончаю в рот, заставляя проглотить. Она и не против...

Ну какая же шлюха...

Отрываю её, держа за волосы, смотрю в глаза.

Смотрю на неё поплывшим, мутным взглядом. Трахать её хочу. Но не сегодня. Почему-то не решаюсь шагнуть за эту грань...

Она встала.

Глаз не отводит.

Села на край стола, развела ноги.

Она. Это — ТОЛЬКО для тебя.

Схватила меня за член, сжала.

Она. А это — ТОЛЬКО для меня.

И голос такой ровный.

Она. Или больше никогда. Меня. Не получишь.

Ещё и правила диктует? У неё точно справки с диагнозом нету? Не боится! Знает КТО я! Вчера вилкой меня пырнула! А сегодня заявляется, да ещё так нагло, в глаза смотря, что мой член ТОЛЬКО для неё?

Повернулась к двери, чтоб уйти.

Я. Ты уволена.

Кивнула, не оборачиваясь

И ушла...

Натягиваю боксеры и брюки, падаю в компьютерное кресло.

Закидываю голову назад, закрываю глаза.

Что ж за сука такая...

Вынудила проверять её, вызывать ревность. Да, хотел знать!

Вёл себя как пацан! Как подросток! А мне тридцать один год! Я не должен заниматься этим детским садом!

Это ОНА порезала меня! А бегаю за ней Я...

Ей даже не стыдно, не неловко. Ещё и сжимает мою руку — чтобы ещё больнее сделать!

Меня разрывает! Хочу эту суку! Чтобы с желанием смотрела. Чтобы текла от одного взгляда на меня. Чтобы хотела, чтоб я её трахал...

И я буду её трахать...

И она тоже хочет! Мой член! Иначе зачем на него эксклюзивные права заявила?