Боль.но (Нитакая)

ГЛАВА № 17.13 ПОЛИНА

Первое февраля.

Выспалась.

Решалась уйти. И не решалась. Вот сейчас выйдет за дверь... и больше не вернётся...

А куда бежать? Так и не решила...

Выглядывала в окну. Да нету никаких людей. Только ЕГО обманывать нельзя. Она поверила в его угрозы. И проверять на себе совсем не хочется... Она знает: он сможет...

Уже темнеет... Тянет до последнего...

Поедет налегке. Как собрала ночью сумочку — столько и возьмёт. Остальное — купит. Если уж она смогла содержать сама себя в столице — то и в другом городе сможет...

Домой точно не вернётся. Её не ждут даже родители...

Что ж она за человек?!

Шлюха... и убийца..? А вот и не убийца! Колька-то жив! Не довела до конца!

Шаги под дверью.

Это не ЕГО шаги...

Замерла...

Это его люди? Пришли силой вышвырнуть её?..

Она дёрнулась окну... Дёрнулась...

Ручка поворачивается...

И страшно, но и хочется знать кто это...

Дверь открылась...

Колька...

Уже лучше бы ЕГО люди...

А это Колька...

Да, выглядит он мужественнее. Взгляд хозяина, а не шавки.

Схлёстываются взглядами.

И ей ничего не остаётся... кроме как взопрыгнуть на подоконник, открыть окно — к счастью, окна старые — от застройщика начала двадцатого века; окно открывается в одно движение. Времени думать нету. Плевать, что третий этаж!

Она прыгает — цепляет за соседний балкон. Ни боли, ни холода не чувствует...

А дальше как обезьяна по лианам: цепляется за что попало, даже не смотря. Лишь бы ноги скорее земли коснулись...

И когда они коснулись земли, она побежала... со всех ног... Хорошо, что хоть кеды успела надеть до того, как пришла... Минус девятнадцать, а ночью будет ещё холоднее, а она бежала на адреналине быстро как только могла, и даже вспотела. Футболка, джинсы, толстовка...

Денег ноль! Сумочка осталась дома! Ну и куда бежать?! ОН уже не поможет...

Бежала и плакала, сама того не замечая...

Колька обалдел. Смотрел заворожённый как она прыгает в окно... и вот она уже на земле... Убегает, не оглядываясь...

Эх, зря подмогу не взял! У них есть своё сообщество — охранников. Как только дорвались до своих хлебных мест, стали разбираться со своими обидчиками, помогать друг другу. Вот и сейчас бы ему не помешали пары крепких рук и пары быстрых ног...

Чёрт! И где теперь её искать?!

Он уже знает, что ей запретили появляться в ресторанах. Но без паспорта она далеко не убежит...

А Полина придумала только одно место, где можно спрятаться... где её уж точно никто искать не будет...

Это гостиница на территории "Усадьбы". Да, ОН ей приказал. И она верит его угрозам. Но больше ей идти некуда... Ей бы хотя бы ночь продержаться... Холодно же... На вокзале она сразу привлечёт внимание. А у неё даже паспорта с собой нету...

А утром можно будет позвонить маме... Ну а кому ещё? А ведь реально некому... Ни одной подруги... Только муж, который жаждет мести... Прочитала в его взгляде. Он не соскучился. А поквитаться хочет... за жирный шрам на своём горле... А, может, и сделать то же самое...

Полина знает как пробраться не территорию "Усадьбы". Волновалась — боялась быть пойманной; сердце аж в горле билось...

Но получилось! Слилась с забором, так темно, что камеры не разглядят, медленно двигалась. Холодно пиздец!

Смогла пробраться в гостиницу через чёрный ход. Прошмыгнула незамеченная. Один номер всегда свободен — это ЕГО номер, в котором, как говорили, бывает всего пару раз в год, но он закреплён за ним на постоянке.

Номер заперт... Ну конечно!

Вход по отпечатку пальцев. Приложила. Сработало. Чтоо? Он собирался приводить её сюда? И забыл удалить её отпечаток?

Да плевать!

Шагнула в номер, закрыла дверь.

Тишина. И тепло...

Скинула кеды, нырнула под одеяло и плед. Как же тепло...

Её найдут...

У него всюду хай-тек: камеры, датчики. Да плевать. Это будет потом. А сейчас надо согреться...

Так тепло...

Так хорошо...

Даже уютно...

Провалилась в сон...

Она стоит на подоконнике, а он хватает её за щиколотку, тянет к себе... Она в его руках... Она под ним... Раздевает её... Стягивает с неё джинсы и трусики... Кто-то держит её за руки... Она не видит его член, но чувствует... он упирается в неё... Он входит в неё, и она орёт от боли...

Приоткрывает глаза.

В номере горит свет...

Она видит ЕГО лицо... и ту красноволосую суку...

И снова отрубается...