Боль.но (Нитакая)

ГЛАВА № 17.5 ОН

Пятое января.

Полина работает не в моё ресторане. Поэтому и моё увольнение — пустой звук.

Перекупаю у её другого ресторана. Хочу, чтоб на виду была. Чтобы быть её хозяином.

Она не выделывается, по звонку выходит на работу. Не моему звонку, а администратора.

Я хочу трахать её. А она только сосёт... Сосёт как никто до неё в моей жизни. Учитывая контекст. Но я хочу ебать её! Эту суку! Уже готов бежать, ползти на коленях к ней... Выворачивает всего. У неё власть, поводок... Никогда такого не чувствовал! Никогда таких желаний не было!

Может, надо было цветы ей прислать или подарок?.. Ага. И вилкой ещё раз получить? Чувствительность левой руки, итак, полностью на вернётся. Так что я её точно навсегда запомню...

Смотрю по камерам как она обслуживает столики. Как всегда, сколько я её знаю: ноль эмоций, ноль реакций. Исполнительная. Не флиртует. Юркая. Улыбка — служебная. На ней, как и на всех официантках, белая блузка, юбка-карандаш и туфли на шпильке. Да, неудобно. Но мне — плевать. Мой ресторан — мой дресс-код. Захочу — и голыми ходить будут. Ради таких чаевых делать будут что скажу. Не нравится — на выход.

Вызываю её к себе — конечно, через охрану. Чтоб кофе принесла.

Пришла минут через пять.

Ставит поднос с чашкой на стол. Я заметил десертную вилку на подносе. Усмехаюсь. Смелая, сучка. Намёк?

Садится на край стола лицом ко мне, скидывает туфли, задирает юбку до талии, и вижу... что на ней чулки... и без трусиков...

Ставит ноги на мои бёдра, плотно прижимаясь ступнями. И у меня прекрасный обзор на её кустик... Хочу туда... своим членом... и поглубже... На всю длину...

У меня встал, как только в кабинет зашла. А сейчас аж больно.

Расстёгиваю ширинку, вытаскиваю наружу.

Она обхватывает ступнями и дрочит. Получается неочень — ей неудобно, но всё равно приятно. Пиздец как приятно...

Берёт вилку, на ощупь, я заметил — но делаю вид, что увлечён процессом. Я-то увлечён, но боковое зрение хорошо развито. В бизнесе надо всё уметь и всё развивать. Выживает сильнейшие.

Приставляет к моему горлу, чуть вдавливает.

Она. Ещё раз назовёшь меня колхозницей...

Глаз не сводит. Я на взводе. Пусть меня не дразнит... а-то...

Жду что дальше. Какой в этот раз сценарий?

А она ждёт от меня? Хочет, чтобы я вёл? Ну раз она сама напросилась...

Она. И будешь сам у себя сосать.

Резко выбиваю вилку из её руки, отлетает куда-то на пол; стаскиваю Полину со стола, отворачиваю от себя, прижимаю грудью к столешнице, скрещиваю её руки у неё на спине, держу оба её запястья одной рукой, свободной рукой вдавливаю за затылок в стол...

Вспоминаю, что в верхнем ящике стола есть запасной галстук.

Освобождаю шею, достаю галстук, поддеваю под её запястья, связываю натуго. След останется. Да похуй. Сама пришла. Сама хочет грязи. Прям выпрашивает. Значит, моя очередь вести игру...

Беру со стола канцелярский нож, поддеваю край блузки, вспарываю. Разрываю руками до ворота; распахиваю. Голая спина... Эта шлюха ещё и без лифчика... На камерах я этого не заметил...

Вытаскиваю ремень из брюк в одно движение.

Я. Боли хотела?!

Бью её по спине — остаётся красная полоса. Она взвывает, выгибается. Не этого ждала?

Я. Ещё хоть звук... и позову охрану. И парни закончат за меня.

Бью ещё раз. По ягодицам. Такая же красная полоса. Она молчит. Знаю, что ей больно. Пусть терпит. Хочет меня? Пусть принимает и таким...

Бью ещё раз. Она вытягивается. Но молчит. Какая выносливая...

Стояк не прошёл.

Вхожу в неё, на полную длину. Как же приятно... Узкая... Но не целка. Всё же кто-то там побывал до меня... Кто-то уже трахал эту суку...

Трахаю её, намотав волосы на кулак...

Она не стонет. Молчит. Только шлепки в кабинете.

Кончаю на её ягодицы...

Она вздрагивает, когда тёплая жидкость касается её кожи.

Развязываю галстук; рывком ставлю её на ноги; поворачиваю лицом к себе. Хочу глаза её видеть.

Как только мы встречаемся взглядами, глаза полные слёз.

Она бьёт меня по щеке. Пальцы слабые — как после сна, ещё онемевшие. Почти не чувствую её удара.

И столько обиды в её взгляде... Не ненависти, не страсти, не похоти... а обиды...

Она. Больше никогда. Не прикасайся. Ко мне.

Всё? Сдулась? Не хочет ТАКОЙ грязи? Не хочет МОЕЙ грязи?

Её нижняя губа в крови — так сильно вжимала зубы, чтоб терпеть.

Вся дрожит. Ноги подкашиваются.

Я. Пошла вон.

Я своё получил...

Поправляет юбку, берёт мой пиджак, надевает — тонет в нём. Мог бы отобрать — пусть идёт такая, у всех на глазах. Но не хочу добивать её.

И выходит из кабинета... в слезах...

Плевать мне кто что скажет. Итак, всем уже понятно, что к этой девке я неровно дышу...

Что у нас за больные игры?..