Два босса для матери-одиночки

23

Уже когда мы вышли из машин и направились большой компанией в ресторанчик в центре этого небольшого городка, неожиданно у меня зазвонил телефон. Я достаю его из кармана и удивлённо вижу на экране телефон сестры. Он не подписан, и я даже не могу сначала поверить, что она узнала мой новый контакт.

— Идите внутрь, я догоню, — вздохнула. Все заходят, а только после я отвечаю на звонок. — Давно ты мне не звонила, я даже скучать начала, — хмыкнула я, даже не поздоровавшись.

— Правда? — кажется, девушка удивилась. И я явно перебила ей весь запал.

— Нет, — хмыкнула. — Что хотела? У меня нет времени на твои разговоры.

— Надо же, какая занятая, — хохотнула сестра. — Ты сильно не начинай на меня гнать. Если папа встал на твою сторону, это не значит, что это надолго. Одно мамино слово и он как миленький тебя бросит. Впрочем, как и все мужчины. Ты ведь пустышка. Красивая обёртка с сомнительным наполнением, — хмыкает сестра. Не верю, что всё это говорит мне родной человек.

— Ты позвонила, чтобы сказать в который раз то, как сильно меня ненавидишь? Америку мне не открыла, я прекрасно знаю, как вы ко мне относитесь…

— Только не надо строить из себя обиженку, — сестра фыркнула. — Ты даже не представляешь, насколько сильно я тебя ненавижу.

— Я никого не строю. А твои звонки опять меня нервируют и бесят. Я, в конце концов, на грудном вскармливании, а ты…

— А разве мне должно быть дело до твоих нагулянных детей? Слушай, откажись от наследства отца, а? Тебе будет легче, а мама, может, и звонить начнёт.

— Ни о каком наследстве я не знаю. Но если папа что-то делает, значит, так правильно. И не тебе его судить.

— Кому, если не мне, Настя? — хохотнула сестра, чуть ли не впервые назвав меня по имени. Я усмехнулась.

— То есть, тебя бомбит от того, что папа мне что-то переписал? Как всё просто. Только вот я не собираюсь ему диктовать условия. Он взрослый человек, у него своя голова на плечах и, ты, конечно, не поверишь, но я ему доверяю на порядок больше, чем тебе… — я вздохнула. — Знаешь, я сначала не понимала, почему ты так себя ведёшь. Совсем не понимала твоих угроз по поводу Димы или Олега, не понимала, как ты можешь вообще всё это нормально для себя, хотя бы, объяснять. Но теперь я понимаю, что ты просто видишь интерес Олега к Ире или видела интерес Димы или Матвея ко мне. И бесишься. Я во второй раз осталась одна. И если бы не помощь папы, не знаю как бы всё было. А ты только и делаешь, что пытаешься уничтожить меня и моих детей.

— Не нужно было крутить своей жопой около Димы и Матвея, — слышу гневные нотки в её голосе и усмехаюсь. — Даша и Лера ненавидят тебя за то, что ты стала причиной их аварии! Если бы они не ехали к тебе, всё бы было иначе!

— Им лучше знать, кто виноват в аварии и её последствиях, — хмыкнула я. Не нужно семь пядей во лбу, чтобы понять, кому это всё было выгодно. И кто сейчас переписал временную доверенность на «Олимп», в виду того, что Матвей не в состоянии ею руководить сам. — Знаешь, открою тебе секрет. Чтобы мужчина сходил от тебя с ума, не обязательно крутить чем-то. Но ты и этого не поймёшь. Мои ж два ребёнка нагуляны, а твои двое рождены не по залёту и ошибке.

— Нет, конечно!

— Вот именно. Не вижу смысла продолжать этот разговор. Думаю, совсем ни с чем вы не останетесь. Хотя и тут я бы действительно намекнула бы папе… К тому же… У него ведь есть сын.

— Не смей! Слышишь? Если он так поступит, я тебя уничтожу! Тебя и твоих выродков!

— Уничтожалка не выросла, — отвожу телефон от уха и вырубаю звонок. Меня так трясёт от злости, что едва я повернулась, чтобы зайти в ресторан, чуть не сбила с ног Диму. Он словил меня сам и даже устоял на ногах.

Смотрю на него вверх и прикусываю губу.

— Что ты слышал? — сглотнула я.

— Всё, — Дима вздыхает. — Тебе не стоит воспринимать её слова всерьёз.

— Не стоит, но как иначе, если она находит раз за разом мои контакты и пытается вечно что-то доказать? — я кладу ладони на его грудь. Мужчина уверенно обнимает меня и прижимает сильнее, насколько у него это получается.

— Понимаю. Но ты ведь понимаешь, что она просто тебе завидует?

— Было бы чему…

— Например, этому, — он наклонился и поцеловал меня. Так просто, легко и нежно, что я на миг замерла, не зная, что мне делать. Потом, конечно, я поддалась навстречу, чтобы вновь пощекотать свою выдержку и насладиться его запахом, вкусом и терпкостью губ. — А ещё… — Он шепчет прямо мне в губы. — Тому, насколько сильно мы оба действительно помешались на тебе, — нежно и ласково говорит мужчина. Он словно просто стоя рядом со мной становится сильнее. И я с удовольствием буду рядом, если это так.

— Мы ведь вернём Матвея? — я с надеждой смотрю на Диму. Понимаю, что только он способен мне это обещать. А ещё исполнить обещанное.

— Да, — кивнул он. — Я жив. Я могу вернуть нам прошлую жизнь. Просто будь рядом и люби так же сильно, как мы — тебя, — он нежно проводит пальцами по щекам, стирая слёзы. Я стала много плакать. Но уж точно не больше, чем когда узнала о их аварии и о том, что Дима…

Нет. Он тут, жив и даже может стоять на ногах. Это самое главное. И нельзя думать о чём-то плохом.

— Да, конечно, — покивала я. — Всегда, — улыбнулась.

— Идём внутрь, — он улыбнулся. — У нас ещё будет время…

Хочется верить, что это так. Но я же прекрасно знаю, что уже скоро он поедет вызволять Матвея. При поддержке братьев он может это легко сделать. А я…

Наверное, буду надеяться, что они всё же будут моими когда-то… Мечтать ведь никто не запрещал.

…- В общем, в этом и состоит наш с Мишей план, — закончил Дамир, когда мы все дружно перекусили, а Миша, Дина и Нина уже давно развлекали моих детей. Несмотря ни на что, моих сыновей их дяди с тётями любят и очень балуют.

— Если честно, — Дима вздохнул. — Я бы убрал из него Настю. Но прекрасно понимаю, что это невозможно.

— Увы, — кивнул Дамир. — То, что ты жив — это огромная удача и счастье. Потому что с тобой дела пойдут куда проще. Действительно.

— Понимаю, — кивнул Дима. — Условно ведь, дети останутся тут. Мы можем добавить охрану круглосуточно… Настя, а Нина сможет какое-то время побыть тут с детьми? Я имею в виду, пока ты поедешь со мной в город? Я бы не брал их с собой, чтобы не рисковать.

— Да, — вместо меня ответил, на удивление, Дамир. Мужчина глянул в сторону, где гуляли все остальные. — Я заплачу Нине за это. У нас есть более серьёзный вопрос и проблема. Твоё самочувствие.

— А что с ним? — улыбнулся Дима.

— Вас с Матвеем надо восстанавливать. А до этого надо вернуть как минимум «Олимп». Где «Олимп», там и Матвей. Где Матвей, там и ваше будущее. Если вы хотите, конечно, — усмехнулся Дамир, наклонив голову.

— Это решать только Насте, — пожал плечами Дима. — С Матвеем все так плохо?

— Хуже, чем с тобой, — кивнул Дамир. — Нас с Мишей не пускают к нему, говорят, что он не хочет никого видеть. Но рядом отцы, мамы и ваши стервы, которые сейчас взяли с управление фирму.

— То бишь, единственный вариант, — Дима коротко глянул на меня. — Мои документы на право собственности фирмы Кириллу, а, собственно, Насте?

— Что? — я выровнялась.

— Я привык все предусматривать. Вероятнее всего, такие документы, при наличии свидетельства о смерти, просто не учли. Им ведь было это невыгодно, — хмыкнул мужчина. — Но фактически, Настя, ты владелица «Олимпа». До совершеннолетия Кира.

— Забавно, — покивала. — Только я сразу подпишу документ, чтобы передать её тебе и Матвею.

— В этом и план… — кивнул Дима. — Едем? Я готов.

— Едем, — решаюсь. — Мне не терпится поставить их на место. И отомстить за вас.

— Моя решительная Афродита, — нежно прошептал Дима, тут же смягчаясь и улыбаясь мне.

Мы до вечера ещё остаёмся в городке. Дима общается с Киром, Дамир где-то пропал на пол дня, якобы поехав за всеми документами Димы. Миша с Диной, встречаясь, кстати, несколько месяцев и в тайне ото всех, тоже проводили время вместе, пока была такая возможность. Отчасти, они приезжали ко мне иногда просто, чтобы побыть вдвоём. И я никогда не обижалась, а перед Дамиром их даже прикрывала. Дина, обжигаясь целых три раза, сейчас выглядела очень счастливо. Миша заставлял её улыбаться и смеяться, а потому всё остальное не имело значения.

А я была в одной квартире с Димой и Киром, занималась Лёшкой. Мы поели ещё раз, покупались и я в своей спальне пошла его укладывать, не мешая общаться сыну с отцом.

Лёшка — максимально спокойный и очень красивый парнишка. Своими синими глазками он влюблял в себя всех вокруг, а за его улыбку все вокруг готовы были на всё. Он ещё совсем малыш, но ему уже столько всего предстоит… Хорошо, что сейчас я не боюсь о нём рассказать его папе. Всё же в восемнадцать мне было в разы страшнее даже узнать, где они живут. Да и… Я была немного обижена за то, что они смогли просто меня забыть. Теперь я знаю, что это не так и им было тоже плохо, но… Я не хочу, чтобы сейчас было так же. Я уже разрешила себе их любить и мечтать о чём-то большем.

И сейчас моё солнышко все ещё такое же маленькое. Прошло всего пару месяцев с его рождения, а я люблю его едва ли не больше жизни. Как и Кира, безусловно. Сравнивать обоих сыновей не правильно и моя любовь к ним — разная. Я кладу ладонь на его животик, чувствую его равномерное дыхание. Миленький сынок в мягких ползунках с ушками заставляет моё сердце сжиматься.

— Можно? — Дима заглянул, медленно открыв дверь. — Там пришли уже все, планируем скоро уезжать…

— Можно, — улыбнулась. — Лёшка уже спит, так что сейчас позову Нину…

— Погоди, — Дима осторожно подошёл и уверенно присел на край кровати. Он двигался скованно и неуверенно, но тем не менее, коляска ему не нужна. Действительно, словно я и наши дети придают ему сил.

— Что? — вижу, что мужчина не отрывает взгляда от младшего сына.

— Он такой маленький, — прошептал Дима. Осторожно коснулся ладонью ножки и нежно погладил большим пальцем стопу сквозь тонкую ткань ползунков. — И очень светлый.

— На солнышке аж светятся волосы, — хоть и от волос тут ещё далеко, но этот светлый пушок — уже светло-рыженький.

— Ты даже не можешь представить моего счастья, Настя, — он поднял взгляд на меня. — Кир такой взрослый… Мне жаль, что я не видел его таким.

— У вас есть шанс быть рядом с Лёшкой, — улыбнулась, заглядывая в тёмные глаза. — Это ответ, Дим, — тише произнесла я. — У вас есть шанс быть с нами.

— Я понял, — Дима уверенно кивнул. — Долго ждать не придётся. Я тебе обещаю. Только немного подожди. И мы оба вернемся навсегда.

— Не нужно обещать. Если захотите, приедете.

Дима кивнул, принимая то, что сейчас ничего не имеет смысла. Мы будем вместе, если они смогут решиться на это.

Быстро собираемся. Я, наверное, вообще впервые в жизни так далеко уезжаю от своих сыновей. А потому Киру требуется обнимашек чуть больше, чем обычно. Он, почти что одним ростом со мной, и сжал меня так сильно, что я долго не могла ни шагу ступить. Гладила его по волосам и обещала приехать как можно быстрее.

— Я жду и тебя, — Кир перешёл к Диме и сжал его в своих объятиях. Мужчина опустил голову и глубоко вдохнул его запах.

— Я приеду, — обещает Дима. — Но вряд ли тогда же, когда и мама.

— Главное, приезжай, — Кир смотрит на мужчину вверх и улыбается. — Ты же любишь мою маму.

— Конечно, — хмыкнул Дима. — И тебя люблю.

— Правда? — Кир замер, а я поджала губы, отвернулась, мимолётно смахивая набежавшие слёзы.

— Да, — Дима покивал. — Конечно.

Прошу Нину быть всегда на связи. Кир обещает тоже больше быть рядом с ней, слушаться её. И, безумно переживая, я спускаюсь вниз, к мужчинам и подруге, отдаю небольшую спортивную сумку и с помощью Димы сажусь в джип его брата. Выдыхаю, затем глубоко вдыхаю запах нового кожаного салона и смотрю вправо, на Диму.

— Всё будет хорошо? Вы оба уверены, что необходимо не только…

— Просто доверься мне, малышка, — Дима ловит мою руку и целует её. — Несмотря на то, что я сейчас не тот уверенный и здоровый мужчина, даже сейчас я бы не сделал что-то, что может нам повредить. Да, мы с Матвеем просчитались, думая, что одной договорённости достаточно, чтобы мы подали на развод и освободились от этих стерв. Но… Больше ошибаться я не намерен.

— Я вам ничего не обещала, Дим. А вы — мне. Так, что никто, никому и ничего не должен, — улыбнулась.

— Да, верно. Но это не значит, что ты будешь и во второй раз сама отвечать за наш незащищённый секс. Или за то, что мы с Матвеем думаем не головой рядом с тобой.

— Лучше заставь его сейчас пообещать полцарства и коня, — тихо комментирует Дамир.

— Пусть сами решат, — качаю головой, откидываюсь на спинку и вздыхаю. Дима переплетает наши пальцы и немного сжимает ладонь. — А мой ответ все и так знают.

— Тебе бы после обследования хоть немного отдохнуть, — Дина качает головой. — Кажется, в тебя взяли почти литр крови любым доступным способом, — девушка вздыхает, а я не могу оторвать глаз от Димы.

В городе мы примерно часов шесть. За это время мы успели заехать в клинику, чтобы сразу обследовать здоровье Димы. Поесть вкуснейшей солянки в какой-то небольшой, семейной траттории, и теперь приехали в торговый центр. День только начинался, а у нас уже было много чего сделано.

Уже час как этот шикарный и дорогопахнущий Авентусом* является отцом обоих моих детей. Короткая стрижка — мастер сделал из коротких волос практически шедевр, но я вряд ли именно к этому стилю смогу привыкнуть. Мне всё же нравилось, когда у него были немного длиннее волосы. Но ничего. И это не страшно.

Главное, что сейчас у него ещё больше распрямились плечи. Словно этот тёмный костюм с чёрной рубашкой сделали его ещё увереннее в себе. Он сейчас стоит перед зеркалом, смотрится и одёргивает пиджак, успевает спорить с Диной. А я не могу взгляда отвести от любимого мужчины. Ещё немного, и слюнки закапают — настолько сильное преображение.

Я его люблю любым. Но сейчас, видя его в дорогой одежде, встречаясь с его уверенным взглядом, я не могу сказать, что он сам и его вид не придают мне сил. Нам сегодня предстоит идти в логово этих ядовитых змей и оставаться с ними в одном помещении…

А я больше не боюсь. Он подходит ко мне, раскрывает ладонь и помогает мне встать с дивана.

— Как бы я не выглядел, ты выглядишь в сотню раз лучше всех в мире, — мужчина улыбнулся, пока я таю в его запахе и дикой уверенности. Он ещё уверен, что он — не тот Дима, которого я люблю? Да, он немного слабоват и судя по первым выводам врачей ему предстоит ещё около двух месяцев восстановления. Уже качественная и эффективная реабилитация пойдёт и ему, и Матвею, конечно, только на пользу.

Но он уже тот, которого я люблю. И всегда им был, есть и будет.

И Матвей. Он где-то в этом городе и ждёт нас. Я уверена.

— Готова, моя любимая девочка? — Дима нежно гладит по щеке. — Сегодня мы должны отвоевать наше.

— Надеюсь, без боя, — улыбаюсь, а сама не могу оторваться от тёмного взгляда и его тёплого, невероятно доброго взгляда. Готова поспорить, он так смотрит не на каждого человека.

— Это вряд ли, — хохотнул Дима и, обняв меня за талию, повёл к выходу. Дина только вздохнуть успела и пошла за нами.

___

*Creed Aventus, мужские духи.