Два босса для матери-одиночки

2

Утром просыпаюсь с больной головой. Ещё долго не могла выкинуть из головы те голоса, которые так и шептали мне разные пошлости. Я буквально чувствовала их прикосновения и дрожала от их ласк... По телу растекалась приятная лава, а возбуждение не оставляло меня даже когда я запретила себе думать о том, далёком путешествии, которое было больше сном, чем реальностью.

Как итог, утром мне снова понадобился душ.

Ледяной.

Чтобы хоть немного усмирить всё это безумство внутри меня.

Далее, как и обычно — лёгкий завтрак. Мой сын многими предпочтениями пошёл в меня, так что завтракали мы всегда очень легко. Бутерброд, сырники или тост с лососем и авокадо. Одна сторона, как настоящая мама бунтовала и говорила, что так не правильно, а другая, более рациональная сторона, прекрасно знала, что Кир пообедает хорошо в школе и не станет заедать голод чипсами. Он занимается спортом, борьбой, и сам понимает, что хорошо, а что плохо.

Иногда мне кажется, что ему уже больше шестнадцати. Вот настолько он умный и воспитаный зайка.

Я успеваю накрутить кончики волос и собрать передние прядки, чтобы не мешались. Надеваю всё чёрное — рубашка, юбка, бельё, даже туфли на высоком каблуке. Всё чёрное, лаконичное и не требующее лишних деталей. Я редко носила кулоны, серьги и кольца, за исключением помолвочного. Сейчас даже ношу, спрятав обручальные в своей спальне, в комоде. Колечко с небольшим камешком простое и без излишков, ведь мой муж только спустя два года супружеской жизни стал хорошо зарабатывать. У меня есть и подороже украшения. А это кольцо... Дороже как память о той безусловной и большой любви. Мы любили друг друга так сильно, что нам было плевать на остальных. Он меня научил многому. В частности — отстаивать свои границы даже с родителями и жить как ты хочешь. А сын до сих пор относится ко мне очень бережно и ласково, готовый защищать меня в любую секунду, несмотря на то, что ему девять лет. От всего мира, кажется.

Утром мы почти всегда не разговариваем с сыном. Оба просто не готовы к разговорам. И если Киру нужно всего лишь встретиться со своими друзьями-соседями, то мне помогает только крепкий кофе. Не считаю это проблемой. Ведь сама прекрасно его понимаю — ненавидела ходить в школу в такую рань. Кто вообще это придумал?

На улице встречаем Серёжу и Рому с мамами и моими подругами по совместительству. Девушки замужние и уже родившие по второму, — по случайному стечению обстоятельств, только вот недавно, пару месяцев назад. Потому и сейчас они обе катали коляски рядом с нашим подъездом и провожали старших сыновей. И так как я не успеваю вечером последить за сыном и накормить его тем же ужином, то подруги мне помогают. А я утром завожу парней в школу. Мы так договорились ещё когда наши сыновья были в саду. Девочки, Вита и Яна, помогали мне, как и их мужья, собственно, когда умер муж. И сейчас мы просто удобно сосуществовали и дружили.

— Как всегда, неотразима, — поцеловав меня, Янка улыбнулась. — Тебе очень идёт офисный стиль.

— Спасибо, — улыбаюсь. — А вы ещё похудели? — ещё во время беременности Вита втянула Янку на здоровое питание. И теперь им легче худеть. Да и компания ведь всегда на пользу идёт.

— За прошлую неделю ещё минус три киллограма, — хвастается Вита, кивая. Я знаю не понаслышке, как важна мотивация и поддержка. Потому вместе с ними месяц сидела на правильном питании. Сейчас немного подрасслабилась, могу пиццу съесть, но всё же, вся эта тема — о здоровье. Потому, что девушки подошли к этому правильно и совсем не чувствуют лишений.

— Умнички какие, — улыбаюсь, поворачиваясь к парням. — Идите к машине, ребята. Сейчас поедем.

Общаясь о своём, парни пошли к моей машине. Я открыла её кнопкой и вновь повернулась к девушкам.

— Мы с Ирой хотим вырваться за город на выходные. Хотите с нами? — улыбаюсь. — С мужьями и детьми, конечно. Поплаваем в бассейне, отдохнём от пыли и жары...

— А куда? — улыбнулась Вита. — Решили?

— Ира обычно ищет места, вы же знаете, — улыбаюсь, заправляя стик в айкос, видя, что времени ещё предостаточно. Мальчики не садятся в машину, оставили внутри только рюкзаки. И о чём-то важно ведут переговоры.

— О, ну, хорошо, — ответила Янка. — Сейчас спишемся в общем чате. У неё всё хорошо? Вчера была злая, как собака.

— Так она же боится, что её уволят, — хмыкнула, закуривая и немного отвернувшись от колясок. — У нас новое начальство, а она помощница гендиректора. Чувствует, что её попрут.

— Правда? — Яна покачала головой. — Ничего себе. А что новое начальство? Правда уволит?

— Вряд ли так всё страшно, — улыбнулась я. — Ира любит паниковать и навести немного суеты. Так что всё будет хорошо. Спишитесь с ней в обед, может всей большой компанией поедем.

— Хорошо, — кивает Вита. — Едьте. Удачного вам всем денёчка.

Я выкидываю стик и прячу айкос в сумку. Целую девочек, глажу по животикам младенцев и иду к машине.

Завожу мальчиков в школу, а после успеваю заехать в кофейню, чтобы взять крепкий американо. Подружки могли шутить надо мной о том, что я пью кофе, как мужик — крепкий, без молока и сахара. Но сладкое я не люблю уже, а сочетание молока с кофе мне просто не нравится.

С баристой общаемся о погоде, пока она готовит мне горячий напиток. Так как я — постоянный клиент этой кофейни, она прекрасно знает, что я работаю в бизнес-центре через дорогу, и даже мою должность знает.

Вообще я стараюсь быть со всеми людьми вежливой и доброй. Конечно, всегда получается так, как люди ко мне относятся, ведь невозможно быть милой с теми, кто тебя ни во что не ставит. Ту же семейку вспомнить... Ну, ведь полный атас! Не год, не месяц, не неделю... Десять лет меня обвиняют в том, что я не послушала родителей, что перевелась, вышла замуж, родила. Это ли не бред? Неужели моя сестра, действительно нагулявшая по пьяни обоих своих детей — лучше?

Я просто не понимаю.

Паркуюсь в подземке на своём привычном месте. Забираю с машины портфель, кофе, сумочку и ставлю на сигнализацию машину.

Едва выхожу на дорожку, поворачиваю в сторону входа в офис, меня тут же сталкивают с ног две какие-то фурии, которых, кажется, я не видела ранее тут. Я удержалась на ногах, но из-за неожиданности теперь весь мой кофе оказался на блузке. Они даже не остановились, а я вот с шиком отдираю горячую рубашку в горячем напитке от своей кожи. Кривлюсь, быстро дёргаю тканью, чтобы немного остудить её и смотрю вслед двум высоким и стройным девушкам, блондинкам. Обе о чём-то или о ком-то увлечённо щебечут, а за ними стоит шлейф дорогих духов. Кажется, у меня были похожие, но чтобы они настолько отвратительно и до тошноты пахли — это надо в них, наверное, искупаться.

Проверяю целостность сумочки и портфеля. Кажется, что эти две фифы всё же поняли, что сбили кого-то (вообще-то меня, а не кого-то, но, кажется, им всё равно), но тем не менее, обозвав меня растяпой, они даже не обернулись, шагая в офис на каблуках.

А день удачно начинается.

Что ещё сегодня меня ждёт?

Пока иду до кабинета, я прикрываю рубашку своим портфелем и быстро бегу к своему кабинету. Даже не останавливаюсь, когда одна из моих девочек окликнула меня, лишь около помощницы притормозила и попросила:

— Сделай мне кофе, пожалуйста, Леночка, — улыбнулась коротко и быстро ухожу к себе.

Стягиваю рубашку и открываю свой небольшой шкафчик, где у меня хранилась запасная одежда. Обычно начальство могло внезапно взять меня с собой на встречи и если я была не готова или одета не очень презентабельно, — всегда был вариант переодеться и пойти на встречу в нормальном виде.

Сейчас «сменкой» была белая, лёгкая и приталенная рубашка, которая легко заправляется в юбку. Всё равно неплохо, но жаль любимую чёрную рубашку, которая к вечеру явно будет испорчена окончательно, ведь сразу застирать её негде. Кажется кофе выводится солью… Вечером буду пробовать.

Выдохнув и убедившись, что выгляжу теперь хорошо, я разрешила войти Лене. За ней маленьким хвостиком вошла и Ира, сразу подходя ко мне и обнимая.

— Спасибо, Лен, — киваю. Девушка улыбнулась и вышла из кабинета. А я целую подругу в щёку и кручу перед собой: — Глянь-ка, смотри какая ты красотка!

Тонкая фигурка Иришки в аккуратном и строгом чёрном платье аж манила. Видимо, девушка решила брать начальство и всех директоров — нахрапом. Конкретно, — своим внешним видом. Сегодня она накрашена даже более стильно и без яркой красной помады. Мне нравится, что она выглядит очень уверенно и красиво, словно знает точно — её никто не уволит.

— Я видела боссов, — ответила она мне с придыханием. И так тихо, словно выдала мне секрет дня.

— «Боссов»? — удивляюсь. — Двух, Ир?

— Да, — кивнула она. — А какой новый директор развития, боже… Ещё сексуальнее двух боссов…

— Дай-ка угадаю, — хорошо зная свою подружку, мне приходит на ум только одна мысль, из-за чего она могла залипнуть на ком-то больше, а на ком-то меньше. — Оба босса женаты? — хохотнула я.

— Ты тоже их видела? — удивилась она.

— Нет. Я знаю, что ты всегда вычисляешь всех женатиков и сразу же их отметаешь, — смеюсь, приобнимая её. — Слушай, а ты не знаешь двух блондинок из офиса? Новенькие, может, — пью крепкий кофе, немного просыпаясь уже после первого глотка. — Эффектные такие, красивые и фигуристые. Меня в подземке сбили две и не остановились даже, — качаю я головой. Киваю на диван, где валяется испорченная рубашка.

— А, вот почему ты кофе пьёшь тут, — Ира улыбнулась. — Нет, не знаю. Эффектных блонд тут, по их мнению, естественно, пруд пруди, — хмыкает подруга. — Вообще, я хотела забрать тебя на собрание. Я всех обошла и теперь ты осталась.

— Хорошо, идём. Посмотрим, что за новые боссы, — улыбаюсь. Ещё раз глотая кофе и взяв с собой всё по текущим проектам, побежала за подругой.

Пока идём — смеемся и шутим. Ира успевает параллельно с этим рассказать, что она нашла неплохое место и уже договорилась обо всём с нашими подружками. Я только рада, что меня лишили, как всегда, права всё организовывать, ибо знаю мест мало и особо нигде в последние лет пять точно не была. Только если вот так с подругами. И то, редко. У них всех своя жизнь ведь.

Заходим в конференц-зал на пару этажей выше. Сразу попадаем в поле зрения Ёжика, от чего он расплылся в улыбке и уверенно подошёл к нам ближе.

— А вы как всегда вместе, девчонки, — низковатый и пухловатый мужчинка улыбнулся. Я осматриваю зал и с удивлением обнаруживаю, что за столом сидят две самые девушки, которые и сбили меня внизу. Поджимаю губы и пытаюсь понять, о чём говорит бывший босс.

— Я за тебя словечко замолвил, моя талантливая деточка, — мужчина улыбнулся как-то сильно по-отечески и погладил меня по плечу. — Как-никак ты со мной больше семи лет и если бы Никита был жив... Всё бы было ещё лучше, — он всегда так бестактно вспоминает о моём муже, что я иногда могу даже проигнорировать это. Как и сейчас — просто перевожу взгляд, ещё раз смотря на зал и рассматривая директоров разных отделов. Компания была большой и производила на свет собственные проекты, которые я рисовала и придумывала, как ведущий дизайнер. Это могли быть как частные дома, так и огромные торговые центры, красивые офисные помещения. Кстати, это здание делала я со своим мужем, но его не стало за неделю до открытия и он так и не увидел его в полном, завершённом виде. Не поработал тут много лет со мной.

Я вздыхаю.

— Спасибо, Владимир Павлович. Мне приятно, что вы переживаете обо мне, — улыбнулась. Знаю, что если новое начальство меня выгонит, я ни за что не стану сидеть без работы. Моё имя уже работает на меня и если вдруг что — у меня будет открыт весь мир. А пока мне комфортно тут.

— Как же не переживать, — улыбнулся шеф. — Присаживайся на место, сейчас Дима и Матвей представятся.

Прислушиваемся к мужчине, но я специально сажусь подальше от главного места. Там щебечут те странные и очень идеальные блонды, которые уверенно чувствуют себя о своём. Второй раз их вижу, а они просто не замолкают.

Ира, как и нужно помощнику, идёт как раз к главному столу и поправляет водичку. Подмигивает мне, улыбнувшись.

Да, с ней всё ни по чём. Всё будет хорошо.

Затем входят три мужчины. Не то, чтобы я сразу восхитилась и начала течь в трусики, как, например, незамужняя директрисса отдела кадров, но невольно под себя отмечаю — они все трое хороши собой даже если смотреть со спины. Черные костюмы, уверенная и одновременно грациозная походка, словно у крадущихся хищников. Один из них садится напротив тех самых блондинок, поправив волосы и положив папку на стол. А оба других просто становятся напротив.

Если бы я стояла, упала бы.

Несмотря на десятилетнюю разницу, несмотря на то, что всё то в Греции было мимолётно и одноразово — я их обоих узнаю. Срабатывает триггер, я узнаю рыжие волосы у одного, и смуглую кожу у второго. Я замечаю некоторые возрастные изменения у обоих — появились морщинки у глаз и взгляд стал сам по себе твёрже и увереннее.

Итак.

Кто Дима, а кто Матвей?

Про себя усмехаюсь. Ожидаемо, что те имена были не настоящими. Я знаю, что, возможно, так было даже правильно — мы ничего не знали друг о друге. И потому легче было отпустить, вспоминать всё это как приятный и полный бесконечного удовольствия, сон. Но всё равно...

Что мне делать сейчас? Бояться, что всё раскроется? Бояться, что они узнают о сыне? О... Да, чёрт.

Нет. Я сильная. И если мне судьба даёт такой пинок, я должна с достоинством его принять, а не скатиться вниз и упасть, разбив коленки. Нет. Я не упала, когда забеременела от левых мужиков, когда вся семья возненавидела меня и когда не стало моего мужа.

И теперь не стану.

— Дорогие мои, — говорит Владимир Павлович, перебивая мысли. Новые боссы уверенно осматривают зал, но ни один пока не останавливается на мне. Оба заняты разглядыванием других директоров. — Как вы и знаете, я продал своё детище. Давно собирался и вот, наконец, решил, — так и хочется выкрикнуть: «какого чёрта ты выбрал именно их? Не мог выбрать кого-то получше и с кем я не кувыркалась в Греции?». — Прошу представить ваших новых начальников: Валесов Дмитрий Давидович и Аркадьев Матвей Михайлович, — улыбнулся бывший шеф. — Теперь они в равной доле руководят моей компанией и я буду рад, если данные перемены пойдут всем нам на пользу.

— Да, спасибо, Владимир Павлович, — вежливо улыбнулся Матвей, рыжый мужчина, которому рыжий цвет волос до сих пор невероятно идёт. Он настолько гармонично смотрится, что я залипаю даже не на его модельной стрижке, а на аккуратной и приятной щетине. Она тоже идеально выстрежена и ухожена. У него по прежнему спортивное, мощное тело, сейчас оно обтянуто дорогущими стильными чёрными вещами. Он даже снимает пиджак, словно чувствуя мои разглядывания. Я же вспоминаю его и без рубашки, и всё, можно тушить внутри меня пожар. Только ночью именно он в моём сне мне шептал то, как сильно сходит с ума и что готов вообще не выпускать меня из своих больших рук. А они у него и впрямь мощные — с бицепсами, широкими ладонями и с... Обручальном кольцом на пальце.

Оно так блестит на солнечном свете, что я невольно затаила дыхание, а только через секунд десять выдохнула. Сглотнула ком в горле.

Не удивительно. Они явно богатые и очевидно, что красивые мужчины...

— Спасибо за представление, — хриплым голосом отвечает Дима, брюнет. Ему чёрный цвет идёт ещё больше и стоит так, что я не вижу на его пальцах ничего. Он такой же красивый и уверенный в себе, что и раньше, а кожа может всего на тон светлее чем та, что я помню. Меня больше интересует его голос. Он немного другой. Словно тише и более хриплее, но я могу и ошибаться — столько лет прошло. Он улыбается, но глаза остаются тёмными, холодными и не выказывающие никаких эмоций. Словно огромная и тёмная глыба льда. Айсберг. Но не менее широкоплеч и высок. Видимо они с другом не пропускают тренировок.

— Мы познакомимся со всеми ближе к вечеру. Прямо тут устроим небольшой фуршет. А с понедельника работать, работать, и ещё раз работать. Надеюсь, мы все будем трудиться на благо фирмы и её работников, — забыл добавить «и владельцев», но ладно, может человек волнуется. Хотя, внешне вообще не скажешь. А пока вы можете принять нового директора отдела развития компании. Олег Алексеевич Жадов, — ага. То есть тоже, не «Женя». Понятно. Олег.

— Дмитрий Давидович, одну минутку, — бывший шеф снова встревает. Именно когда я уже была на низком старте и готова драпануть в свой кабинет. Вот чёрт. — Я не представил свою гордость. Своего ведущего дизайнера, которого, я надеюсь, вы примите с радостью, — кажется, скрип моих челюстей друг об друга слышали все. Все оборачиваются ко мне, которая, словно во сне, встаёт с места. — Подойди, дорогая.

Пока я иду на ватных ногах, чувствую, что меня сканируют черные и голубые глаза. Словно под рентгеном — а это значит, что меня узнали.

Подхожу ближе и вежливо улыбаюсь, протягивая Дами... Тьфу, Дмитрию, ладонь. Он её пожимает, от чего по всему телу прошлись мурашки. А затем и Матвею, который, кажется, сильнее сжимает руку и напряжённее смотрит. Хотя, я вряд ли смогу сказать, кто напряжён больше: я или они оба.

— Анастасия, — усмехаюсь. Они, запоздало, — тоже и кивают одновременно.

— Приятно, — своим хриплым голосом, да ещё и так близко Дмитрий заставляет меня вздрогнуть и отойти на шаг. — Если все те работы, что я видел — действительно, ваши, то у меня нет причин вас увольнять.

— У меня тоже.

Киваю.

— Что ж, тогда вернёмся к своим обязанностям?..