Любовь не с первого взгляда

Глава 5

Когда за Марией и хранителем закрылась дверь, она подмигнула Егерону и усмехнулась.

— Дорогой мой, я бы не отказалась от обеда. Вы проводите меня в туда, где я смогу поесть? И если не трудно, не могли бы Вы стать на какое-то время моим гидом? Конечно, если это Вас не затруднит.

Мужчина улыбнулся.

— Я с удовольствием все Вам покажу. Поверьте, у меня не так много дел в этом дворце. Мне будет только в радость общаться с Вами.

Они неспеша шли по бесконечным коридорам и переходам дворца, Егерон по пути показывал и рассказывал Марии, где что находится.

— Я все равно не запомню сразу, — махнула она рукой. — Вам бы посетителям выдавать клубки путеводные или карту с компасом.

Старец рассмеялся.

— Согласен, дворец большой, начал строится еще первыми императорами. Каждый последующий император пристраивал новый корпус или башню, чтобы увековечить память о себе.

— А Вы где обитаете, если не секрет?

— Да какой секрет. Мои комнаты в башне, где находится Святое место. Это самое старое строение дворца, можно сказать — его сердце. Эта башня построена самым первым Императором на месте, указанном богами.

За разговорами они спустились на первый этаж и подошли к комнате, в которой стоял большой стол, с десяток стульев вокруг него. В углу притулился еще небольшой столик, на котором громоздились пустые тарелки, чашки, лежали столовые приборы.

— Это наша малая столовая, так сказать, для придворных. Большой обеденный зал на втором этаже.

Мария обошла комнату, подошла к окну. Обеденная комната находилась на первом этаже, окна выходили в сад, деревья в котором начали сменять свой зеленый наряд на яркие осенние краски. Ухоженные дорожки, небольшие скамеечки, вазоны с цветами. Мария улыбнулась.

— Здесь красиво. Меня вполне устроит здесь поесть. Конечно, если кто-нибудь не решит отравить меня.

— За это можете не беспокоится. Даже если нам сейчас принесут отравленную еду, я смогу увидеть.

— Магия? — спросила Мария.

— Магия, — кивнул отец Егерон.

— А какая у Вас магия? И можно еще не скромный вопрос? — получив кивок, спросила. — Хранитель, сколько Вам лет и почему на Вас такие одежды?

— У меня Божественная Магия истинного света, именно она делает мои волосы и одежды белоснежными, что символизирует чистоту помыслов и слов. Мне всего триста сорок шесть лет. Я еще слишком молод. По Вашим меркам мне не больше сорока.

— Сколько? — лицо Марии вытянулось в удивлении.

Егерон развел руками и с улыбкой пожал плечами.

— Магия. Я хранитель Императорского Оракула, мы можем жить вечно, если захотим, бессмертие нам дает магия. Двести восемьдесят шесть лет назад я сменил на этом посту предыдущего хранителя, который решил посвятить свою жизнь путешествиям.

Наконец к ним вышел слуга, худой мужчина с желчным лицом, который с неприязнью посмотрел на Марию.

— Прошу накормить нас, — сказал ему Егерон. — И советую ничего лишнего в еду не класть. Вы же знаете, что вас может ожидать?

Слуга кивнул и вышел. Через пять минут в комнате появились слуги, которые несли подносы, заставленные блюдами с кушаньями. Молодая девушка с милыми ямочками на румяных щечках быстро накрыла на стол и поклонилась. Егерон подошел к столу, какое-то время смотрел на все пристальным взглядом, потом кивнул головой.

— Прошу, Мария. За свою безопасность можете не переживать.

Еда оказалась довольно вкусной, хотя Марии не хватало приправ. За столом они продолжали свой разговор. Марии было интересно все, хотелось узнать о мире, куда она попала и что ей ожидать. А Егерон в свою очередь увлеченно расспрашивал Марию о ее мире. Разговор увлек их обоих, незаметно пролетело почти два часа.

— Егерон, предлагаю продолжить нашу беседу в моих комнатах. Мы можем взять с собой еду на ужин, чтобы потом не отвлекаться на поход через весь дворец.

Мужчина кивнул головой, поручил служанке с ямочками собрать им корзинку с едой. Та присела в книксене и умчалась, вернулась минут через десять с полной корзинкой. Здесь были сыр, вареное мясо, лепешки, кувшин с каким-то напитком, овощи, фрукты.

— Отнеси все это в покои элиры Марии и подожди нас там, — приказал Егерон. — Мария, предлагаю зайти к нашей швее. Все равно Вам понадобится какая-нибудь одежда.

Когда служанка ушла с корзинкой, Мария и старец вышли из обеденной комнаты.

— Хорошая девушка, — сказал Егерон, когда они отошли уже достаточно далеко. — Присмотритесь к ней, у нее чистая душа, без злобы и зависти. Если возьмете ее к себе в услужение, она будет Вам верной.

Он тяжело вздохнул.

— Не легко Вам придется, почти все настроены против Вас. Следует ожидать любой подлости. И старейший советник никогда не смириться с тем, что его любимая доченька не станет женой Императора. Если не против, я пока буду рядом с Вами?

— Да я только двумя руками «За». А может перейдем на «ты»? Так у нас общаются люди, у которых сложились хорошие отношения. И мне что-то подсказывает, что мы сможем стать хорошими приятелями.

Они снова долго плутали по дворцовым коридорам, переходам, пока не пришли в комнаты, в которой находилось царство швеи Рестаны, полной женщины пятидесяти с лишним лет, с бледным лицом и почти прозрачными глазами. На ее фигуре трудно было отыскать талию, но зато она могла похвастаться тремя подбородками. Швея встретила Марию в своем «кабинете» снисходительным взглядом и презрительно поджатыми губами, сцепив свои пухлые пальчики в замок на столе, заваленном какими-то бумагами, журналами, лоскутами ткани.

— Боги, во что ты одета, — проговорила Рестана, осматривая Марию. — У нас такое носить недопустимо, я сошью тебе платье, какое подобает носить при дворе.

Мария подняла бровь, удивляясь такому панибратству швеи.

— Милочка, ты ничего не попутала? — спросила ее Мария. — Я будущая жена Императора, а не дворовая девка, которой ты можешь «тыкать» и решать за меня, что я буду носить.

— Но…, - начала возмущаться швея, которая успела узнать о том, что произошло в тронном зале, однако была уверена, что женой Императора станет ее любимица Лузиранда, но Мария ее перебила.

— Никаких «но». Ты пошьешь мне то, что я тебе скажу.

Рестана еще плотнее сжала губы, показывая всем своим видом, как она оскорблена ее словами.

— Дай мне бумагу и карандаш, — сказала Мария. — Я сама нарисую, что хотела бы носить здесь.

Через десять минут швея рассматривала листы с набросками, потом кинула их на стол.

— Я никогда не позволю сшить такое непотребство! Я швея Императорского дворца, а не какая-то модистка.

Мария посмотрела на эту напыщенную даму, кивнула.

— Хорошо. С тобой я поговорю позже. Пойдем, Егерон, — обратилась она мужчине.

Они вышли из владений императорской швеи и направились в комнаты Марии.

— Элира, постойте, — раздался позади них мужской голос.

Мария и Егерон остановились и обернулись. Их догонял молодой мужчина лет тридцати, довольно приятный на вид. Он был невысок ростом, не выше Марии, болезненно худой, с невероятно выразительным добрым открытым лицом.

— Прошу простить мою дерзость, — он подошел ближе и низко поклонился. Мария заметила, что он сжимает в руке листы с ее набросками. — Меня зовут Валерис, я племянник Рестаны. Это я своей магией шью все наряды нашим дамам.

— И что ты хочешь предложить, Валерис? — спросила Мария, разглядывая мужчину. Приятное лицо, прямой открытый взгляд без лишнего подобострастия. Он нравился ей все больше. Его бы накормить, чтобы он немного поправился, и его можно было бы назвать красавцем.

— Я увидел Ваши наброски и понял, что хочу сшить что-то подобное. Прошу, позвольте мне это сделать!

— А твоя тетушка не будет ругаться?

— Мне все равно, что она будет делать. Я давно хочу уйти от нее. Она почти ничего не платит мне за мой труд, выдавая мои наряды за пошитые ее руками. И она еще ни разу не позволила мне сшить то, что действительно красиво. «Ты будешь шить то, что носили мои мать, бабушка, прабабушка, и что будут носить мои дочь, внуки и правнуки», — явно передразнил Рестану мужчина. — А я больше не могу так, не могу шить всю эту безвкусицу! Мне хочется украшать женщину, а не заковывать ее в эти ткани. Прошу, дайте мне шанс.

Он смотрел на Марию умоляющим взглядом. Мария посмотрела на Егерона, тот кивнул, давая понять, что следует задуматься о предложении мужчины.

— Элира Мария, — сказал старец, — думаю, что в моей башне я смог бы найти для Валериса несколько комнат, где он сможет пошить для Вас пару платьев. Моя башня совершенно пуста. Я занимаю всего пару комнат, еще одну комнату занимает мой верный слуга. А вот третий или четвертый этаж башни может занять Валерис, — потом хранитель обратился к мужчине: — Скажи, ты готов уйти от этой Рестаны прямо сейчас?

— Да! — его лицо просветлело.

— Тогда иди в мою башню и скажи Жулису, чтобы он разместил тебя, дал все, что необходимо. А завтра мы обо всем поговорим.

— Это же замечательно! — улыбнулась Мария. — Давайте встретимся утром и обо всем договоримся.

— Валерис, ты же знаешь, где находится моя башня? — спросил Егерон у мужчины.

— Конечно, хранитель. Я благодарю Вас, — он низко поклонился. — Поверьте, Вы никогда не пожалеете об этом.

Они разошлись.

— Егерон, скажи, а каким образом эта дама стала придворной швеей? — спросила Мария, когда они отошли достаточно далеко.

— Все очень просто, — он усмехнулся. — Она давняя подруга старейшего советника Марганиса. Именно он выделил ей эти комнаты во дворце и заставляет всех придворных шить у нее наряды.

— И почему Вадимирис допустил это?

— У Императора есть более важные задачи, чем разбираться со швеей и дамскими нарядами.

Они вернулись в покои Марии. Служанка ожидала их в будуаре, сидя на краешке дивана, прижимая к себе корзинку с провизией.

— Вот черт, я и забыла о ней, — тихо проговорила Мария, обращаясь к Егерону.

Служанка подскочила со своего места, низко поклонилась.

— Как зовут тебя? — спросила Мария.

— Данирия, элира, — девушка присела в книксене.

— Скажи, Данирия, ты хочешь служить мне? — Мария внимательно смотрела на лицо девушки.

— Да, элира! Я бы с радостью служила Вам!

«Егерон прав, — подумала Мария, — девушка открыта и совершенно искренна со мной».

— Тогда сделаем так. Сейчас найди мне какую-нибудь одежду, чтобы я могла в нее переодеться на ночь, потом можешь быть свободной. А утром приходи ко мне, мы решим, что ты будешь делать.

— Слушаюсь, элира, — девушка широко улыбнулась и поспешила выйти.

— Хорошая девушка, — кивнул ей вслед Егерон. — Еще ее мать и бабка служили при дворе. Нет у нее зла в душе.

Мария и старец расположились на удобном диване в будуаре и продолжили свои разговоры. Данирия через минут двадцать принесла белую длинную сорочку из плотной ткани с длинными рукавами. Мария улыбнулась, увидев эту «ночнушку»-антисекс и отпустила девушку. Разговор продолжился. Они и не заметили, как наступила ночь, Егерон зажег над их головами небольшой светлячок, создавая уютную атмосферу.

Вокруг стояла тишина, дворец засыпал. Но вдруг Мария услышала со стороны спальни тихий скрип двери, ведущей из коридора. Привыкшая к любим ситуациям и находясь в ожидании любой подлости, Мария насторожилась и сделала знак Егерону потушить светлячка. Он кивнул и будуар погрузился в темноту. Она осторожно скинула обувь и на цыпочках подошла к приоткрытой двери спальни, прислушалась. Егерон также с предосторожностями подошел к ней. Мария вновь подала ему знак вести себя тихо. Через пару мгновений ожидания она резко распахнула дверь, быстро сделала несколько шагов вглубь спальни и нанесла резкий удар по шее здоровому мужику, который яростно бил ножом куда-то в постель. Мужчина упал и скатился без сознания на пол, Мария быстро повернула его лицом вниз, выбила ногой из его руки нож и закрутила ему руки за спину.

— Егерон, сделай свет, — приказала Мария.

Старец щелкнул пальцами и в комнате стало светло. Егерон увидел, как Мария коленом прижала мужика к полу, а рукой схватила несостоявшегося убийцу за волосы.

— Оторви пару лоскутов, — Мария кивнула Егерону на разрезанную постель.

Он быстро оторвал несколько кусков ткани, протянул Марии. Она ловко связала мужику руки и ноги.

— Позови стражей, — вновь приказала Мария Егерону, — а я пока поговорю с ним.

Мужчина начал приходить в себя, пытался крутить головой, которую Мария жестко фиксировала за волосы.

Когда старец вышел, Мария со всей души ударила мужика кулаком по почкам, продолжая прижимать его коленом к полу.

— Я хочу услышать — кто послал тебя убить меня.

Мужик задергался, пытаясь освободиться от пут. Но Мария связала его крепко. Мужик попытался перевернуться на спину, скинуть женщину с себя.

— Не дергайся, — приказала ему Мария, подняла его голову за волосы и стукнула его лицом о пол. — Спрашиваю еще раз — кто приказал убить меня?

— Да пошла ты, — огрызнулся мужик.

Она еще раз ударила его лицом о пол.

— Сука! Да я тебя, — прорычал мужик, вновь пытаясь скинуть ее.

— Не старайся, у тебя ничего не получится, — она еще сильнее надавила ему коленом на спину, мужик зарычал.

В это время открылась дверь и в комнате появился страж, а следом за ним сам Император.

— Что здесь происходит? — в его голосе звучало раздражение.

— Да ничего особенного, — ответила Мария, поднимаясь с мужика. — Меня тут кто-то хотел убить.

Она пнула ногой мужика в бок, и он скорчился от боли. Император удивленно уставился на девушку, потом обвел взглядом комнату, увидел разрезанную постель, валяющийся на полу здоровый нож.

— Кто это его так? — в лице Императора что-то изменилось, когда он увидел всю картину целиком.

— Я, — спокойно ответила Мария. — Уберите эту падаль иначе я просто прибью его.

— Поднимите его, — приказал Император.

Страж подошел к мужику, схватил за шкирку и резким движением поднял на ноги. В комнате появилось еще два стража, которые помогли первому держать убийцу, который стал вырываться.

— Кто тебя послал? — спросил у мужика Император.

Мужик молчал. Из его носа текла кровь, заливая одежду. Император покосился на Марию, которая стояла рядом, скрестив руки на груди.

— Я спрашиваю — кто тебя послал? — в голосе Императора зазвучала сталь.

— Старейший советник Марганис, — буркнул мужик. — Приказал избавиться от самозванки.

— Этого в темницу, советника ко мне в кабинет, — приказал Император.

Он окинул взглядом Марию, которая спокойно стояла чуть в стороне, и быстрым шагом вышел из комнаты. Стражи тоже вышли и увели с собой мужика.

— Мда, — усмехнулась Мария, — не прошло и суток.

Егерон стоял со сосредоточенным лицом и о чем-то думал.

— Мария, здесь тебе оставаться опасно. Предлагаю пойти ко мне в башню.

— Не возражаю. Да и спать на разрезанном матрасе не слишком удобно. Ты лучше скажи, почему не сработала эта ваша магия?

Хранитель задумчиво молчал.

— Скажи, где ты научилась так драться? — наконец спросил он, не найдя ответа на ее вопрос.

— У нас говорят — жизнь такая, всему научит.

— Ты не испугалась?

— Испугалась? Какого-то мужика с ножом? — она вновь усмехнулась. Если бы он знал, что в свое время ей и пострелять пришлось. — Не испугалась. А вот мужика с пистолетом испугалась бы.

— Пистолетом? — не понял ее старец.

— Расскажу потом, — отмахнулась она. — Ну что, предложение перейти в твою башню еще в силе?

— Да, конечно.

Мария вернулась в будуар, забрала свою сумку, пуховик, взяла «ночнушку», вернулась к Егерону.

— Я готова, веди.