Малыш по контракту

Глава 28

Лилия

Утро заступает в свои права слишком поздно.

Для меня, так точно, слишком поздно.

Я проспала, не встала на работу вовремя!

Почему? Подскакиваю на огромной кровати. От паники и разворачивающегося осознания, что проспала, не сразу воспринимаю отсутствие Ратмира.

Просто ищу телефон.

Телефон на беззвучном режиме.

Замечаю дату и день недели на главном экране, выдыхаю с облегчением обратно на кровать: суббота, можно не идти на занятия. Падаю обратно на кровать, с ощущением счастья, замершего в грудной клетке. Наслаждаюсь ощущением: воспарила на максимум.

Вспоминаю слова Ратмира: «Полетаем?»

Уже лечу…

Тело еще ноет, но в голове эйфория. Абсолютная нега, лень, нежелание двигаться.

Ратмира рядом нет, но я сначала не придаю большого значения его уходу. Может быть, в душе? В одной из других комнат? Лень проверять. Под одеялом так тепло.

Засыпаю снова, обняв подушку.

После вчерашнего я готова проспать половину дня. Кажется, именно так и поступаю, забываясь крепким, глубоким сном.

Ничто не тревожит.

Уверена, что Ратмир отлучился на время, а потом поперек талии опустится его тяжеленная рука, уха коснутся упрямые, твердые губы, выдыхающий жаркий порок.

Засыпаю.

Мне ничего не снится. Просто ныряю в забытье.

Просыпаюсь от легких мурашек и ощущения, что замерзла.

Из кондиционера струится прохладная струя воздуха.

– Ратмир, холодно… – жалуюсь в полудреме, натягивая одеяло повыше.

В ответ тишина.

Ни единого шороха.

Полежав еще немного под одеялом и согревшись, начинаю думать: почему Ратмира нет рядом.

Он же не может так много времени провести в душе.

Кондиционер продолжает нагнетать холодный воздух в комнату. Наконец, мне просто надоедает лежать в ожидании неизвестно чего. Я вообще раньше никогда за собой подобного не замечала. Ждать? Нет, я предпочитала действовать почти сразу же.

Но сегодня оказалась в жарком плену, отчего внутренние ориентиры сбились. Покоряющие обещания сыграли свою роль.

«Я тебя не обижу. Никогда не обижу…»

Не знаю, почему я поверила. Неужели было мало разочарований?

От поцелуев Ратмира, от его уверенных жестов и проникновенных слов растаяла без следа уверенность, что следом за подобными обещаниями последует предательство.

«Я тебя не обижу. Никогда не обижу…»

Поверила.

Настолько, что даже оставшись одна в его большой квартире, не сразу стала искать подвох.

Прошла в душ, согрелась под горячими струями, позавтракала на кухне тем, что нашла в холодильнике.

Возвращаюсь в спальню. Там сильно прохладно.

В поисках пульта от кондиционера натыкаюсь на пачку денег, ключей и карту.

Что это?

Пальцы застывают над этими подношениями, больше похожими на откуп.

Нет-нет, не может быть!

Отшатываюсь.

Не похоже на то, чтобы Ратмир заплатил мне за ночь.

Но где же он сам?

Я мечусь по комнате. Ни за что бы не стала перезванивать ему первой.

Ни за что.

Но внезапно внутри вскипает непонимание и обида.

Хоть бы строчку черканул.

В переписках, как всегда, творится хаос: родительский чат, чат преподавателей, чат с подругой.

Пролистываю дальше, в поисках номера Ратмира, который я заблокировала.

Но останавливаюсь на сообщении с неподписанным номером.

«Хата в твоем распоряжении. Ключи на столе. Ни в чем себе не отказывай. На связи»

Оседаю на кресло, медленно падаю в него, пытаясь переварить прочитанное.

То, как он написал, крайне сухо, безэмоционально, совсем не похоже на прошлое его поведение.

Листаю дальше.

Ах да, это второй номер, с которого он мне писал. Я так и не сохранила его в телефонную книжку, не сразу увидела это сообщение.

Но увидев, не могу перестать перечитывать его.

Снова и снова вчитываюсь в эти строки.

В поисках крохи тепла и подсказки, что мне показалось это безразличие и пренебрежительный тон с обращением свысока.

Проходит час, даже больше.

У меня начинают ныть глаза, от того, как часто и много я перечитывала эти несколько строк. Выучила наизусть, запомнила. Глаза жжет. Закрываю веки, а эти черные буквы на белом фоне плывут в моей голове бегущей строкой – навязчивой и непрекращающейся.

На повторе.

Стоп. Хватит.

Лента прокручивается до последнего словосочетания: «на связи».

Снова заходит на повтор, в стотысячный раз или даже больше!

Бегу в ванную, чтобы немного остыть. Ледяная вода в лицо – в самый раз, чтобы успокоить взбудораженные нервы и разрастающуюся панику.

Помогает на несколько секунд.

Потом капли воды высыхают на алеющем лице. Просто высыхают, и в отражении я вижу себя, с чужим лицом, перекошенным от эмоций.

Это я? Это не могу быть я с такими воспаленным глазами, с искусанными губами, которые некрасиво дрожат, как у плачущего ребенка.

С обидой плещу струей воды на отражение. Все зеркала мне лгут! Это не могу быть я – даже по виду пораженная в самое сердце. Уязвленная, трясущаяся, с красными следами укусов-поцелуев, со следами пальцев на шее. Растравленная сомнениями.

Может быть, пропустила что-то?

Начинаю искать.

Позднее буду ненавидеть и стыдиться себя: я провела не менее часа в тщательнейших поисках какой-нибудь дополнительной записки с пояснением, что предыдущая была шуткой.

Ничего…

Даже по ящикам ничего: только презервативы и лубрикант для анального секса. Кладу обратно и то, и другое, словно запачкавшись, вытираю руки об себя, тру горящие ладони об одежду.

Ничего. Ничего нет.

Никаких дополнений, пояснений, никаких намеков, что деньги, ключи и карта для пользования – это лишь шутка.

Ничего. Все четко.

Еще раз перечитываю сообщение. Сердце забегает вперед глаз, скользящих по строчкам, захлебывает в каком-то немыслимо частом ритме, а потом стреляет вверх и уходит на болезненный вираж.

Физически нереально выдержать эти качели.

Когда даже самая призрачная надежда разбилась на мелкие, невидимые глазу пылинки, наступает оглушающее опустошение.

Еще один порыв – самый последний и болезненный, клянусь! Набираю номер.

Выключен.

«На связи?»

Усмехаюсь, до чего же я наивная.

Даже это – наглая ложь.

Быстро собираюсь, чтобы уйти. Одежда испорчена. Еще один удар по самолюбию и гордости: неужели мне придется выйти в таком виде, как растраханная девица, которую таскали по всем плоскостям?

Нет, хуже не бывает!

«Ни в чем себе не отказывай!»

Не буду…

Но только это получится явно не так, как представлял себе Ратмир, щедро предлагая ни в чем себе не отказывать.

Спустя время

– Что смотришь? Нудный фильм, давай другой включим?

Алька плюхается на сиденье рядом и обмахивается веером.

– Перестань, – прошу ее. – Зябко же!

– Зябко? В комнате духота! Дали отопление, но наступило бабье лето, чтоб его! Пока выветрится, дышать нечем! А ты странная такая, в кофту кутаешься. Слушай, ты не простыла, случайно? Если простыла, знаю отличный рецепт: покупаешь бутылку хорошей водки, растираешь пятки подогретым спиртом, буквально две-три рюмки, а остальное?

– Остальное?

– Остальное – внутрь, в хорошей компании! – смеется подруга.

– Я думала, ты серьезно, а ты все шутишь, – качаю головой.

– Чего не шутить? Я всегда на позитиве, а ты стала сама не своя. Что стряслось?

– Ничего особенного.

– Хм… А если по правде?

– Ничего не стряслось.

– Ты уже почти полтора месяца ходишь, как в воду опущенная. Неужели директриса совсем достала? – с заботой спрашивает подруга.

Она присаживается рядом, опускает свою ладонь на мой лоб.

– Давай градусник? Мне кажется, у тебя жар!

Алька хмурит лоб и смотрит на меня с экспертным видом, вызывая этим еще больший приступ волны раздражения у меня. После ночи, проведенной с Ратмиром, мне пришлось вернуться жить к подруге.

Я могла бы взять деньги Ратмира, это было бы разумно тысячу раз. Разумно, но как сказал бы один близкий человек из моего прошлого, в падлу.

Вот еще один признак, что Ратмиру удалось меня задеть невероятно сильно и глубоко. Я почти никогда не пользовалась такими словечками, избегала всего, что могло напомнить не о самом благородном происхождении и неприятном прошлом. Но стоило мне чуть-чуть довериться мужчине, открыться, дать себе увлечься, как щиты пали, стены оказались разрушенными почти до самого основания, а я сама…

Черт знает, почему меня так лихорадит, так знобит, так выворачивает наизнанку от мыслей о Ратмире.

Я же сделала, что хотела: ушла в тот же день! Воспользовалась безлимитной картой, но только не для себя. Я сделала большое анонимное пожертвование в приют для сирот и оформила большой заказ для приюта бездомных животных. Сама бы я не смогла приютить хоть одного щеночка или больного котика, но очень сильно хотела бы помочь им. Пусть деньги похотливого красавчика пойдут на благое дело!

Признаюсь, в моей голове крутилиь ужасные мысли, просто откровенно низкие и некрасивые. Планы, один другого кошмарнее, рождались в моей голове. Никогда не замечала за собой желания подгадить другому человеку, всегда считала это недостойным, но после исчезновения Ратмира я была близка к тому, чтобы просто напакостить глупо и мелочно! С трудом удержалась от подобных деяний, ни одно из них меня бы не приукрасило. Скорее, я бы перестала уважать саму себя, поэтому не стала падать столь низко и просто ушла. Ушла и потратила кругленькую сумму на приют для брошенных деток и животных.

Моими стараниями красавчик сможет приписать на свой счет благотворительность. Хотя, наверное, он и без моего участия время от времени швыряет с небрежным видом щедрые суммы на пожертвования. Но я уверена, что, даже если так, то в этих жестах нет ни капли искренности!

А что потом…

Выбор был невелик.

Я переступила ссору с подругой, сделала вид, что ничего не было. Аля и сама выглядела как человек, который хочет примирения. Она даже поплакалась, что с бывшим у нее так ничего и не вышло, мол, красавчик не пришел, пустил в ход отговорки…

В целом, чего-то подобного я и ожидала, просто не стала напоминать:

«А я же говорила!»

У нее есть свои недостатки, а у меня – свои.

Последний и самый ужасный – я оказалась слишком доверчивой и поддалась на чары соблазнительного мужчины, на счету которого уже было немало побед.

– И я думаю, что дело именно в этом! Неправильная база! Да?

– Да-да, – киваю я.

– Лиля! Ты меня совсем не слушаешь. Вот что я тебе сейчас говорила? – возмущается Алька.

– Про гель-лак, наверное?

– Неужели слушала?

– Ты мне про неудачный поход в салон красоты уже все уши прожужжала. Дай плед, укроюсь. Холодно что-то…

– Нет, ты все-таки поставь градусник!

Алька может быть настойчивой, забывчивой, может быть эгоистичной или такой, как сейчас, переживающей за меня по-настоящему.

Несмотря на все мои отговорки и просьбы оставить меня в покое, подруга настояла на том, чтобы я поставила градусник и дежурила рядом, как злобный цербер, наблюдая за тем, чтобы я не хитрила. Проведя не менее пяти минут под пристальным надзором, я с чистой совестью передаю ей градусник:

– На, смотри. У меня температуры нет.

– Стряхнула градусник, наверное? – смотрит недоверчиво и показывает. – Ага! Тридцать шесть и восемь! Температура…

– Просто устала, переутомилась. Давай чай попьем с лимонами, я такие ароматные лимоны сегодня взяла, не поверишь. Не смогла пройти мимо фруктово-овощной лавки, от одного запаха слюнки побежали!

– Хм… Лимоны? Ты же вроде бы не любила лимоны!

– Наверное, осень дает о себе знать и просто хочется немного больше витаминок.

– Витаминки никогда не будут лишними! – замечает подруга.

Мы отправляемся пить чай, я почти не ем выпечку и сдобу, но сегодня меня внезапно тянет к большой булке с сахарно-маковой начинкой. Отломив кусок, жую его с удовольствием, буквально испытываю блаженство от хрустящей корочки, от сдобного теста с ароматом ванили и вкусом маковых зернышек!

– Ух ты… – присвистывает подруга. – Надо же!

– В чем дело?

Приоткрываю глаза, смотрю, как подруга опускает телефон на стол, там открыта популярная социальная сеть, в которой можно скроллить ленту выложенных фото и коротких видео.

На экране открыто как раз одно из таких видео.

Я не особо интересуюсь, на кого подписывается Алька. Знаю, что у нее в ленте постоянно мелькают поп-дивы и просто фэшн-красавицы, еще она отслеживает не менее двух сотен профилей горячих мужчин и, конечно, ждет новостей на профиле Медведя, от которого давно не приходило обновлений.

Все это я знаю из постоянной болтовни Альки.

Но вот о чем я не знала, так это о том, что она подписана на…

Нет-нет, не может этого быть!

Показалось, наверное.

Я тянусь взглядом к экрану. Закольцованное видео повторяется снова и снова: высокий, статный мужчина в дорогом костюме увлекает красотку в танец, прижимается к ней бедрами, а она красиво откидывает голову назад и позволяет струиться волнам темных волос по обнаженной спине. Я вижу, как низко опускаются ладони мужчины, его губы вкрадчиво касаются ушка красавицы, и… снова возврат на начальную точку видео.

Не верю.

Не могу в это поверить!

Ратмир с другой…