Моя свободная нечисть

Глава 13, о неприятностях и еще раз о них

Устала я, только когда уже окончательно стемнело и парк практически опустел. Но все равно ушла подальше от зданий и вольготно расположилась в еще не совсем облетевших кустах. В их зарослях было что-то вроде полянки, усыпанной мелкой красной листвой, – место, будто нарочно предназначенное для отдыха маленькой филены.

Я развалилась на спинке, раскинув звездой хвост и лапы, и уставилась в небо. Сегодня на нем не было ни одной тучки. Куча звезд! Красота! Правда, очень быстро на небо наползла какая-то дымка.

Как будто туман… только черный. И медленно сгущающийся.

Я нервно сглотнула, повернулась на бок, не спуская глаз с неба, подобрала лапки и приготовилась к прыжку. Будь человеком – решила бы сначала, что наползает туча. Но я была филеной.

И потому сразу поняла, что никакая это не туча.

Это та самая тварь, которая едва не сожрала нас с Саечкой в архиве. Нечисть под названием ухмара, охотившаяся за силой, которой полнились магические документы в Хранилищах. Опасная дрянь, которую бил-бил да не добил декан нечистеведов.

Один прыжок – и я в кустах, а оттуда несусь быстрее молнии… но я не прыгала. Лежала, замерев, в полной готовности, но не прыгала. Потому что филена не ощущала опасности. В архиве была уверена, что сейчас меня сожрут. А сейчас нет.

– Не бойся, – тихо прошелестел надо мной уже знакомый голос.

А потом черный туманчик вытянулся в фигуру. Тень женщины в чепце. Очень, очень похожая на меня. Точнее – на Пусинду Касиопис.

– Не бойся, – повторила тень. И ее голос шел откуда положено: из головы.

Я осторожно села и попыталась утихомирить мечущийся хвост.

– Вовсе не боюсь, – сказала тени. – Тебя не поймали, да?

– Пф-ф… – отчетливо фыркнула тень. – Когда все эти ваши Хранители прибежали в хранилище, меня и след простыл. Это зайти я туда не могу, если хранилище закрыто. А вот выйти могу.

– Кто ты?

– А ты не догадалась, филена?

Догадалась, на самом деле. Эта тень недаром приняла именно такие очертания. И недаром назвала меня воровкой. И если я права, это очень многое объясняет.

– Ты Пусинда Касиопис, – сказала я. – То есть ты ухмара, которая вселилась в ее тело.

– Хы-ы… – захихикала тень. – Умная филенка. Наверное, думаешь, что могу вселиться и в тебя?

Вот тут я ме-е-едленно поехала на заду назад. И хвост утихомирился, принялся мне помогать.

– Да не бойся ты! В тебя я не вселюсь.

Пожалуй, не врет. Ведь могла бы вселиться еще там, в хранилище. Или в меня, или в Саю. А почему не сделала этого?..

– Я не могу ни в кого вселиться, – сказала тень, будто отвечая на мой вопрос. Это ты в меня вселилась, можно сказать. А у меня нет сил. Я очень слабая ухмара, и виноват в этом твой дружок. С-сволочной ламир. Помоги мне, а? А я тебе помогу.

– В чем ты мне поможешь?

– Буду тебя учить, хочешь? Буду учить тебя магии! Всему, что умею. Ты ведь забрала мои учебники, филена, и пытаешься что-то в них понять. Значит, тебе это нужно. Ты совсем не простая филена…

– Так… – Я лихорадочно думала. Предложение-то хорошее! Но я пока в своем уме, чтобы связываться с какой-то явно враждебной нечистью. Или не враждебной?.. – А я тебе в чем могу помочь?

– Мне нужна сила. Впусти меня в Хранилище. У тебя ведь есть туда доступ.

Сказать правду? Что доступа нет? Что доступ есть только у Хранителей? Но тогда я уже не буду ей нужна.

– Я знаю, знаю, что ты не можешь пройти туда сама. Но попроси Хранительницу. Придумай что-нибудь! – торопливо заговорила тень. – Я не могу больше так жить! Я голодаю… я…

– Стоп! – потребовала я. – Почему ты обратилась ко мне?

– Потому что ты тоже теперь Пусинда Касиопис. И ты тоже не на своем месте. Ты воровка! Воровка! – злобно прошипела тень. И тут же печально добавила: – Хотя своровала то, что мне уже не было нужно…

– Ты можешь объяснить по-человечески? То есть по-нечистевски… Ты Пусинда или нет?

– Я жила в теле Пусинды двадцать два года! Я – и есть она!

– Ага… Значит, ты вселилась в Пусинду, когда той был всего годик?

В ребенка! Вот же мерзкая тварь!

– Да. Но у меня не было выхода. Двадцать два года назад…

…Торговый караван пересекал горный перевал. И шел не по заранее назначенному и продуманному пути – потому что за неделю до этого в горах обрушилась лавина. Пришлось срочно менять маршрут. И лучшим вариантом показался Уртомский перевал – безопасный, но довольно далекий от торговых путей. Вот только в тот день, когда караван подошел к перевалу, там, совершенно не ожидая такой подставы, охотился на ухмар один профессор нечистеведения…

– Профессор? – мрачно переспросила я. – А его, случайно, звали не Кайшер Эйдан?

– Тогда я представления не имела, как его зовут, – так же мрачно отозвалась тень.

– И что было дальше?

– А то, что он пытался отловить себе маленькую, ни в чем не виноватую ухмару!

…Ухмара улепетывала от профессора со всех ног. То есть летела в виде тумана, потому что никакого другого вида у нее и не было. Вылетела на горную дорогу и увидела свое спасение: людей! Целую кучу людей! Это была еда, которая дала бы маленькой несчастной ухмаре силу. И тогда она бы непременно сбежала от ловчих сетей гадского нечистеведа. Понятное дело, она бросилась на караван!

– Ну ты и… – припечатала я тень нехорошим словом.

– Знаю, – неожиданно согласилась тень. – Но у меня есть оправдание: во-первых, это в моей природе – питаться всем живым! Вытягивать из них силу! Животные, люди… неважно. А во-вторых, тогда у меня были только зачатки разума! Сама подумай – если маленькому ребенку дать что-нибудь живое, он же его убьет! Задушит нечаянно… оторвет хвост…

– Да, но не нарочно же! – возмутилась я. – И лично я ни у кого никогда хвосты не отрывала!

– Но точно тащила в рот все подряд! – огрызнулась тень. – Говорю же, я была неразумная. И никого я там не съела, кстати! Эти глупые люди и их лошади очень испугались несущегося на них черного тумана. И одну повозку понесло, потому что ее возница не смог удержать лошадей.

– А ты?

– А я еще больше испугалась, потому что там все так орали, так орали… Заметалась. А та повозка перевернулась, и очень неудачно. Ну и вот… впереди орут, швыряются заклинаниями, там с ними маги были. Сзади приближается этот проклятый ламир с ловчей сетью! Я так-то не знала тогда, что он профессор… Но ламиры – наши исконные враги, понимаешь? Они используют нас как оружие, а для этого сковывают и суют в специальные артефакты…

– Думаю, профессор Эйдан хотел просто тебя изучить, – предположила я.

– Какая разница! – фыркнула тень. – Ну и вот…

…Бедненькая маленькая ухмара нырнула в опрокинувшуюся повозку. В живых там осталась только маленькая девочка, в которую ухмара и вселилась. Причем девочку-то спасла! Если бы не ухмара, та девочка умерла бы, а так, с чужой силой внутри, выжила. К сожалению (для девочки) и к счастью (для ухмары), выжило только тело, потому что малышка получила серьезную травму головы. Так что личность Пусинды Касиопис не сохранилась бы ни в каком варианте.

– Ну вот сижу я тихо в помирающем ребенке, вокруг шумиха, суета, ламир этот подбежал, кинулся помогать… Уже ему было не до ухмар, понятно. Оказался гуманистом, – вздохнула тень. – Хотя это он виноват во всем! Не ловил бы меня, не погибло бы семь человек!

– Думаю, это была случайность. Только очень плохая, – печально сказала я.

– Так-то да, – согласилась тень. – Но вот для меня все кончилось очень даже неплохо. Ламир не стал меня больше искать, решил, что я смылась. А в той повозке ехали же и родители Пусинды. Так что сиротку сдали в приют города Тамьен. И она росла себе… И я с ней. И разум мой рос, попав в человеческое тело. Так что ты права, я и есть Пусинда Касиопис.

– Странно… – задумчиво сказала я. – Но Пусинда, кажется, не знала, что случилось с ее родителями.

– Знала, конечно. То есть я знала. А в приюте мне просто не сказали, что родители погибли, даже когда я подросла. Оставили девчонке надежду, что когда-нибудь они найдутся.

Может, и правильно сделали…

Я почесала лапой за ухом и подвела итог:

– Все ясно. Ты росла как Пусинда, училась, потом отрабатывала практику. Но зачем ты приехала в Хармар?

Тут меня осенило:

– Мстить? Ты приехала мстить профессору Эйдану? Ты же сказала, что он тебя убил. Не вышло отомстить?

– За что мстить? – хмыкнула тень. – Он меня, можно сказать, облагодетельствовал. Жила бы я сейчас в горах тупой ухмарой… не-е-е. Человеком быть куда интереснее!

– Согласна! – искренне сказала я. – И удобнее.

– Ну да. Кому как не нам с тобой, филена, это знать! Тебя как зовут-то, кстати?

– Тася, – вздохнула я. – А тебя, значит, Пуся. Извини, но имя Пусинда меня выбешивает!

– Меня тоже, – поддакнула тень. – Ну ладно, я за жизнь привыкла.

– Так что ты забыла в Хармаре? Решила поблагодарить ламира? И он тебя…

– Да я не знала, что это тот самый ламир! – возмутилась Пуся. – Я… В общем-то я приехала сюда шпионить.

Я почесала второе ухо и решительно потребовала:

– А вот с этого места подробнее, пожалуйста!

Видимо, вот он ответ, как же именно Пусинду Касиопис занесло в Хармар из столицы.

– Да, собственно, почти нечего рассказывать. – Тень сгустилась еще больше, окончательно превращаясь в девушку, и уселась прямо на траву напротив меня.

Они с Кайшером где-то в одном месте курсы интриги проходили?

Ветерок шевелил листья вокруг, но ее силуэт оставался абсолютно статичным. Она все еще была очень темной, и черты лица не разглядишь, но все равно появилось ощущение, что я просто в темноте разговариваю со знакомой.

– С таким анонсом – и нечего? – усомнилась я, и хвост сам собой выстукивал нервную дробь по земле. – Давай с самого начала! На кого ты работаешь? Работала…

– На герцога Эдгара Тариниса.

Обалдеть! Вот уж какого поворота я не ожидала!

– О как… и что он тут хотел?

– Моей основной задачей было проникнуть в архив и забрать дневники Талиона Фэрста. А дополнительной – разложить эмбрионы гидр.

Я посидела, помолчала… а после озадаченно спросила:

– Год назад? Они так долго вызревают?

– В то время у герцога Тариниса с магистром Виртоном только начинались первые сложности в сотрудничестве. Эмбрионы были в защитном коконе, который можно было разрушить в любой момент специальным заклинанием, и гидры бы созрели в сжатые сроки.

Понятно. То есть без стимуляции эта «мина замедленного действия» могла лежать сколько угодно и ждать, пока магистр Виртон окончательно осмелеет (или обнаглеет). И как только это случилось бы, то вуаля – на территории вверенной ему академии внезапно обнаруживается опасная нечисть.

Удобно? Удобно.

Это герцог Девиальский, по сути, кризисный руководитель, и ему от этого происшествия не холодно не жарко. А любому обычному, так сказать, ректору, оно весьма бы подмочило репутацию.

Виртон же, как я понимаю, очень не хотел терять это место. И, стало быть, пошел бы на некоторые… уступки? Что вообще нужно было Таринису-старшему?

– Ты знаешь, что в дневниках Фэрста?

– Нет. – Ухмара качнулась из стороны в сторону, словно колеблясь. – И знать не хотела, если честно. При жизни в теле Пусинды у меня почему-то были иллюзии, что рано или поздно Таринис меня отпустит и тогда мне будет очень полезно… как можно меньше знать.

– А почему ты вообще на него работала? Из-за денег?

– Нет. Просто он понял, кто я такая. Я отлично училась и получила распределение на практику в столичный архив. Мне нравилось, и я планировала и дальше строить карьеру в этой сфере. К нам периодически приходили ученые из научной ассамблеи, и если сначала я боялась, что меня могут раскрыть, то потом успокоилась. С человеческим телом у нас был идеальный симбиоз. Я даже запаха не имела, чтобы другая нечисть могла меня почуять, что уж говорить о людях. А Эдгар Таринис каким-то образом меня опознал.

Вообще, получается, что ухмара Пусинда у нас тоже по-своему уникальна.

Ведь считается, что нечисть может стать высшей либо как следствие естественной эволюции вида, либо путем рекомбинации. А тут действительно симбиоз.

– Получается, он тебя шантажировал… А как он понял, если ты хорошо маскировалась?

– Что бы ни говорили про господина Эдгара, но он не кабинетный ученый. У него много патентов, изобретений, и думаю, учитывая его специализацию на высших и интерес к рекомбинации, есть и некие диагностические устройства. Но это мои домыслы, по факту мне, само собой, ничего не рассказывали.

– Значит, он послал тебя в Хармар…

– Да, и единственное, что я смогла, это вымолить небольшую отсрочку. Чтобы ехать в Хармар и устраиваться на должность секретаря Виртона после того, как закончится моя практика. Если честно, я даже не отзывала свои документы на должность столичного архивариуса – меня же оставили работать там после практики! Надеялась, что, возможно, справлюсь быстро и даже не придется тут наниматься на работу!

– А как твои вещи оказались в той башне?

– Говорю же – наивно думала, что получится быстро справиться с заданием. Когда прибыла, то спряталась на чердаке, превратилась в ухмару и отправилась исследовать академию. Прикопать гидр было несложно, а вот с архивом возникли сложности. Я не думала, что там такая мощная система защиты и ни одной, просто-таки ни малюсенькой щелочки в ней!

– И ты ждала, пока туда кто-то спустится?

– Да, я поняла, что придется возвращаться к вещам и все же идти устраиваться на работу. Но не успела. В парковом лесочке мне снова встретился этот маньячный ламир! Ваш профессор!

– Бедненькая, – уже откровенно ухмыльнулась я.

– Еще какая! Потому что ни здравствуйте, ни до свидания, а просто сразу пришиб! От меня остался буквально клочочек, фрагментик! – Пуся даже выразительно всхлипнула. – Убивец!

– И потом ты восстанавливалась… до вот такого состояния?..

– Пришлось быть очень осторожной. Я поняла, что он тут работает и мне нельзя… демонстрировать, что я осталась цела. И в целом нельзя показывать, что в академии поселилась нечисть, которая способна пожрать местных студентиков. Потому я питалась исключительно эмоциями!

– М-да…

– В общем, теперь ты все знаешь. И должна оценить, что студентики все-таки остались целы! Все до единого! Хотя если хочешь знать, то по ночам тут в парке столько дураков бегает – ешь не хочу!

– Знаю, – хмыкнула я, вспомнив местные развлекухи. – И ценю.

Мой хвост нервно дернулся. История была правдоподобной, но от этого не становилось менее жутко.

Передо мной была высокоразумная, манипулятивная тварь, которая играла в беспомощность, но при этом признавалась, что с легкостью могла бы «пожрать студентиков». И теперь она предлагала сделку.

– Потому помоги мне проникнуть в архив и наконец-то уйти из этого места! Да, у меня больше нет тела, но ничего… буду жить в лесу! Или в горах. Или, быть может, мне повезет и попадется еще какой-нибудь умирающий благотворитель.

Ее голос снова стал шелковым и заговорщицким, а тень протянула ко мне руку, как будто предлагая скрепить нашу новую, столь сомнительную дружбу.

– Мне надо подумать, – медленно ответила я, не торопясь протягивать лапу. – Я же не Хранитель, и меня не пустят вниз. Сейчас, скорее всего, вообще будет усилена защита.

– Ну… тогда ты можешь попробовать отключить защитный контур?

– А может, я попробую поговорить с Эйданом? Ты не поверишь, он весьма нечистелюбивая… нечисть.

Тень отпрянула, сжалась в угрожающий, колючий шар.

– Ни в коем случае! Ты вообще поняла, что говоришь?! Он меня ДОБИВАЛ! – Ее голос прошипел, как раскаленный металл, коснувшийся воды. – Ладно… думай. Но дай слово. Поклянись, что никто – и особенно этот ламир – не узнает!

Она замолчала, и тишина между нами стала густой и зыбкой, как болотная топь.

– Понимаешь… – голос нечисти внезапно дрогнул, став усталым и почти человечным, – мне больше некуда деваться. Дай мне хотя бы эту призрачную надежду. И клятву.

– Не могу… – медленно покачала я головой. – Понимаю, что подзакусить мной ты, видимо, в любой момент сумеешь, даже сейчас… но покрывать не могу.

– Ну и ладно! – злобно фыркнула Пусинда. – Все равно все уже знают, что я тут. А вообще я думала, что в тебе есть хоть капля товарищества! Мы, между прочим, в схожей ситуации! Просто я, в отличие от тебя, мелкая пушистая ерундовина, не умею быть милой и не могу разжалобить власть имущих мужиков!

– Ну спасибо! – Я оскалилась уже по-настоящему, обнажив мелкие, но довольно острые клыки.

– Да всегда пожалуйста! И вот еще… – Она внезапно метнулась вперед, и мгла оказалась угрожающе близко от моей морды. – Не советую рассказывать кому-либо о нашем разговоре.

– Да я…

– Ты, ты… и не думай нести своему безопаснику в клювике ценную информацию. Я с тобой поделилась, рассчитывая на твой эмоциональный отклик. А не для того, чтобы ты поимела выгоду для себя. Учти, если что-то будет не так, – сожру. Прилепиться к своим покровителям ты все равно не сможешь и рано или поздно останешься одна, мохнатая приспособленка!

Я вообще-то помочь ей хотела! В том числе потому, что цели Таринисов – это действительно важно!

– Возникает впечатление, что ты меня пугаешь чисто из вредности.

– Именно так, – ни капли не смутилась ухмара. – Если бы ты согласилась дружить и быть мне полезной, то я бы и колдовать тебя научила, и всякими ценными сведениями поделилась. А так… не вздумай болтать лишнего, Тася!

Тень снова размылась в воздухе и унеслась в небо не прощаясь.

Вот и поговорили…

И главное, я ведь и правда думала, что поделюсь данными с Эолом! А теперь… если честно, хотелось жить.

Потому что ухмара для меня была еще страшнее, чем мой маг-создатель. С тем хотя бы все понятно. Будет больно. Скорее всего – долго.

А тут чего ожидать?

Как же я не люблю сюрпризы, а?! Как в этот мир попала, так и перестала любить.

Я еще некоторое время посидела, приходя в себя после такого интересного общения, а потом потрусила домой.

Но все же интересно, что же такого в дневниках Талиона Фэрста, если они НАСТОЛЬКО нужны Таринису-старшему?