Номер люкс: тайны включены в стоимость

ГЛАВА 16

Тороплюсь, выскакиваю на крыльцо, но наш дежурный автобус уже махнул мне крылом. Стою со своей дорожной сумкой. Выхода нет, придется ехать с капитаном.

– Зачем тебе в аэропорт?

– Командировка.

– Какая у тебя может быть командировка?

– Обмен опытом.

– Выдумываешь все. Как смена прошла?

– Нормально, без инцидентов. '.

Без инцидентов.

Мишка стоит у входа. Длинный, подтянутый, тоже в бейсболке. Лысину закрывает. Капитан округляет глаза, но молчит. Благодарю, хватаю сумку и, не оглядываясь, бегу. Бессовестная мерзавка! А что делать, что делать. Надо новые туфли купить, в этих бегать неудобно.

Взгляд капитана прожигает мне спину. Они что, сговорились все? Спина у меня не казенная.

– Привет! – улыбается Мишка. – Ого, какая ты. Фонарик. Привет, фонарик!

– Вам, мужчина, паспорт показать? Чтобы вы узнали фамилию мою, отчество?

Солнце, пробиваясь сквозь огромные окна аэропорта, играло на лицах, но мое сердце немного ныло от волнения. Мы летим в Москву. С Михаилом. «Паспорта, пожалуйста», – услышала я монотонный голос девушки за стойкой регистрации. Мне все-таки придется показывать свой паспорт. Михаил протянул свой следом. Получив заветные посадочные талоны, мы направились к досмотровому контролю. «Досмотр», – пробормотала я, слово-то какое, почти заклинание. Меня всегда трясет в таких местах. Михаил заметил мое волнение, сжал руку: «Не паникуй, Том. Просто следуй инструкциям».

Проскользнув через рамку металлоискателя (слава Богу, ничего не запищало), я наблюдала, как он аккуратно складывает в пластиковый лоток ноутбук, телефон и ремень. И вот мы уже в накопителе.

В просторном зале, наполненном людьми, гулом разговоров и объявлений, мое внимание сразу привлекла она. Девочка. Подросток, наверное. Вся в черном. Черное худи, капюшон которого закрывал половину лица, черные джинсы и высокие кеды. Она сидела прямо на видавшей виды дорожной сумке и читала. Книга была огромной, толстой, с черной обложкой, которая будто поглощала свет. Золотыми буквами на ней было написано одно слово: «Скарлетт».

Я смотрела на нее, и не могла отвести глаз. Михаил, заметив мой взгляд, приобнял за плечи: «Что там такое?» «Смотри, странная девочка», – шепнула я, кивнув в сторону читающей. «Сидит прямо на полу и читает. Книга тяжелая. Наверное, не вошла в сумку. И пришлось ее читать здесь». Михаил усмехнулся: «Может, ей просто нравится читать? Может, она так отделила себя от всех, от нас, от всего мира, Тома. И ей хорошо».

Интересно, смогу ли я отделить себя от всего мира и делать то, что мне нравится. Только мне и никому больше, чувствовать какой-то таинственный и недоступный мир, скрытый под капюшоном и черной обложкой книги о женщине, которая не боялась идти вперед, чего бы это ей не стоило. Всегда…

Москва потрясла меня. Я в столице. С мужчиной, который хотел мне понравится. А я нравлюсь ему.

Старый Арбат. Измайловский парк. Патио пицца. Мы брели, взявшись за руки, как влюбленные подростки. И никому не было до нас никакого дела. Как же хорошо. Нас остановил очень смуглый высокий красавец с кипой бумажек в руках, в белой куртке, улыбался застенчиво:

– У вас такая приятная семейная пара. Мы приглашаем только семейные пары на собеседования. Вас интересует вопрос недвижимости на Кипре?

Мишка серьезно смотрит на меня.

– Вас интересует?

– А вас?

В номере мы оказались поздним вечером, совершенно без сил. И совсем неромантично завалились спать. Оба.

Реакция на любой посторонний ночной звук у меня профессиональная. Кто-то включил воду. Я вскочила. Мишки рядом не было. В ванной журчала вода. Решил поплескаться? Слишком непонятные звуки для мытья. Но подглядывать за мужчиной в ванной? Любопытство не порок. Но...

Сгорая от стыда, заглядываю. Он стоит у раковины и... стирает носки. С ужасом оборачивается ко мне. Краснеет даже спиной.

– Я не могу оставлять их грязными. Ну, считай, что это мой главный недостаток, – виновато разъясняет он.

Я на цыпочках возвращаюсь в постель, ныряю под одеяло и неожиданно для себя начинаю хихикать. Снова и снова представляю длинную нескладную фигуру у раковины. Когда его холодная нога скользит по моей смех уже невозможно сдержать.

– Эй, – говорит Мишка, – я уже здесь, перестань хихикать, это неприлично. В постели с незнакомцем. Не забывай, мы первый раз одни. Может, я стесняюсь.

– Слушай, – с трудом сдерживая смешки, говорю я – А ты не пробовал жениться еще раз? Чтобы было, кому носки стирать?

– Ты понимаешь, – говорит он серьезно, – на ком хочу жениться, носки не стирают, а кто стирает – лучше пусть меня расстреляют. Может, ты меня поцелуешь?

– Может.

– А может...

– Ну, не знаю, мы так мало знакомы...

– Эй?

– Что?

– Ты обещала показать, какая ты худая.

– Неужели?

– Это нечестно. Я тебе лысину показывал.

– Хорошо, – согласилась я. – Надо быть честной. Смотри внимательно.