После развода. Муж бывшим не бывает

11

Кристина среагировала первой.

Дернулась в сторону отца, хотя её отделял от Глеба супруг и попыталась перехватить мобильник.

Но не вышло.

— Да, это она звонит. — Тут же вступила на тропу войны Кристина.

Глеб чуть ли не зашипел.

— Тебя это не касается. Вообще ни одного из вас здесь не касается кто мне звонит.

Давайте мы придём все-таки к выводу о том, что я взрослый человек, и я умею нести ответственность за свои поступки. Вы сейчас здесь поступаете как стая голодных шакалов, что абсолютно вас не красит.

— А то есть тебя дети на стороне красят? — Спросила с надменной злостью Кристина, заставляя Глеба заскрежетать зубами.

— Я вообще никак не считаю, красит это или не красит, факт остаётся фактом. Вы спокойно жили несколько лет, и вас не волновало ни наличие какого-либо ребёнка, ничего более. Я не собираюсь никак аргументировать всю эту ситуацию, особенно если учесть, что вы ни разу не пострадали от этого факта. Но ведёте себя как сторона потерпевшая. Хотя чего вы терпели, я так понять не могу. У вас у всех был хороший, заботливый отец, внимательный. У вас был хороший тесть, который подсказывал что-то в делах работы, у вас даже был хороший свёкор, который просто так в подарок мог спокойно взять и отвезти сватов в какой-нибудь загородный санаторий. Ну чисто для того, чтобы здоровье поддержать. А ещё у кое-кого был шикарный муж, который ни словом, ни делом никак не оскорбил. И после всего этого вы устраиваете это шоу с запиныванием ногами и надеетесь на то, что я буду здесь послушным болванчиком кивать и на все соглашаться. Нет, ребят.

Глеб медленно встал из-за стола и, подхватив мобильник, убрал его в карман брюк.

— А вы, конечно, очень молодцы, что не отменяете никакие семейные посиделки.

Но именно с таким подтекстом я в них участвовать не собираюсь, либо вы играете по моим правилам, либо мы не играем вообще никак. И да, рекомендую каждому из вас вспомнить что вам даёт моё хорошее настроение.

Глеб прошёлся по всем оценивающим взглядом, а на мне коротко усмехнулся и покачал головой.

— Лика, Лика. — нараспев произнёс он и сделал шаг в сторону выхода. — не провожайте. я не настолько стар и немощен, чтобы не найти выход.

Мы сидели и смотрели друг на друга.

Когда хлопнула дверью я тяжело выдохнула:

— Кристин, это выглядело ужасно.

— Ужасно? — Спросила дочь и зло усмехнулась. — Мам, ужасно после стольких лет, после того, как вы жили вместе, растили детей вместе, терпели трудности? я, поверь, до сих пор прекрасно помню, как это было, когда, вместо того, чтобы после садика играть, мы тихонько, с Костей были закрыты в спальне, потому что в зале у тебя кто-то сидел на стрижке. А ещё, знаешь, я прекрасно помню те моменты, когда родственники привозили какие-то вещи, и у нас ничего не было по размеру. Я ходила в колготках, которые приходилось два раза складывать на талии, чтобы они до шеи мне не дотягивались. А у Кости, помнишь ботинки, которые дядя из Сургута прислал ребе на мальчика восьми лет? Угу. Только Косте было пять. И после этого всего, мам, я не считаю, что я выгляжу меркантильной. У нас было, по меркам того времени, хорошее детство. По меркам нынешнего времени у нас его не было. Ты можешь сказать сейчас абсолютно все, что угодно, что все так жили. Вот так пусть и его наследничек тоже так поживёт. То есть, значит, как поношенные колготки носить мне. А как жопу салфеточками дорогими влажными вытирать это к другому. Нет, мам, так дело не пойдёт.

В чем нельзя было отказать Кристине, так это в логике.

Я тяжело вздохнула, встала из-за стола.

— Знаете, я, наверное, поеду, мне надо это все переварить и утрясти. — Произнесла я сдержанно, и на меня уставились четыре пары недовольных глаз, как будто бы я сделала что-то противозаконное. Но я только качнула головой.

Когда я дошла до двери, Крис все-таки вышла меня проводить и, перехватив мою руку, зашептала:

— Ты что, считаешь, я не права?

— Я позвоню попозже, — только и произнесла я, а потом, чмокнув дочь в щеку, вышла за дверь.

Я спустилась на лифте, вышла из подъезда и тяжело задышала, стараясь прийти в себя.

— Хороший спектакль был, поаплодировала им в конце?

Я не стала ничего отвечать, молча открыла дверь машины, но Глеб, приблизившись, схватил меня за руку.

— А знаешь, вот что во всей ситуации меня всегда бесило?

Я не отвечала.

— Ах, измена. Как все плохо. Он такой мудак, он такой козёл. Но только почему-то ни одна баба ни разу не спросила себя, а что я сделала такого, чтобы он мне не изменял.

Я задохнулась и в этот момент у Глеба завибрировал телефон.

Оскалившись я дернулась и вырвала мобильник из рук Глеба.

Экран мигнул.

«Мы приехали, куда подходить?»