После развода. Муж бывшим не бывает

36

Когда я добралась до дома, состояние у меня было такое, что проще лечь и помереть. В рёбрах тянуло, трескало, трещало, голова раскалывалась, и было чувство, как будто бы в ней перезванивались церковные колокола.

Дина успела приехать до моего возвращения, и Крис её даже встретила. Девочки, в принципе, успели вернуться до моего возвращения, потому что я встала в пробку.

Зайдя в дом, я сразу ощутила эмонации тревоги и отчаяния. Обе сидели в слезах.

— Вы уж простите, что я всех под одной крышей собрала. — Тихо сказала я, опускаясь на пуфик и ставя сумку на столик.

Кристина качнула головой. Дина тихо произнесла.

— Все хорошо, мама Лика. Мы благодарны. Мы уже обо всем поговорили.

— Ну, теперь уж мне расскажите, что там у вас происходило.

У Дины происходило такое, что её третировала семья. Отец решил поставить вопрос ребром, тупо продавая дочь, хотя по факту Костя не назначал за неё цену, а вот с Кристиной оказалось все немножко сложнее.

— Юрист готов взять дело, все нормально, его не испугала ни фамилия, ни обстоятельства. Я съездила по его наставлению, сдала анализы на наркотики и так далее. На всякий случай. А потом я поехала домой, меня нянька не пустила, я слышала, как надрывался Саша кричал сквозь двер, что мама, мама, мама, а нянька мне через домофон объясняла, что это распоряжение Романа.

— А потом?

— А потом, — в этот момент Кристина повернулась ко мне другим боком, и я увидела неплохую такую ссадину на нижней губе.

Прикрыла глаза.

— А потом Рома приехал домой как раз в тот момент, когда я пыталась туда пробиться с боем. Он сказал, что в любом случае не получу я развод, мы начали с ним ругаться, я перешла границу и толкнула его в грудь.

Голос у Кристины дрогнул, и я ощутила как у меня сердце сжалось в микрон.

Судорожный вздох со стороны Дины говорил о том, что она уже слышала, что было дальше.

— А потом, не особо думая, что он делает, он взмахнул рукой, толкая меня к стене, я неудачно приложилась о перегородку губой.

Кристина зажала пальцами глаза и спрятала лицо в ладонях, а я понимала, что её формулировка о том, что «я неудачно влетела в перегородку губой», это фраза, сказанная Ромой. А по факту это звучало так: «он меня ударил». И сердце от этого болезненно сжалось.

Я прошла на кухню, вытащила перекись, ватные диски, протянула дочери, но она покачала головой.

— Я уже обработала, — тихо сказала она, как будто бы ничего такого не произошло. — Он сказал, что в любом случае я нормально развод не получу. А если я получу развод, я все равно приползу к нему, как бы эта ситуация по-дурацки не выглядела. Я все равно приползу к нему, все равно буду молить о прощении. И, может быть, тогда, после ряда условий, он согласится на новый брак.

— А я ему машину разбила, надеюсь… — Произнесла я и качнула головой.

Девчонки оживились, навострили ушки, уставились на меня во все глаза, и я пожала плечами. — Это вышло случайно, я узнала, что он тебе предлагал операцию по перевязке маточных труб.

Дина охнула, закрывая ротик ладонью.

Кристина пожала плечами.

— Да, ему не нравилась моя темпераментность, причём в самом начале брака, когда эта темпераментность не давала ему спать по ночам, его все устраивало.

Кристина цинично фыркнула так, как будто бы подвела черту двуличности собственного супруга.

Я покачала головой.

— Зачем ему это?

— Ну, как я понимаю, что это был гарант того, что я никуда от него не денусь. Ну, как бы, зачем я другому мужику, если я не смогу родить, даже если уйду от Ромы тоже, знаешь ли, такой спорный вопрос, искать либо чувака, у которого уже есть дети, либо ещё что-то, а такой момент, как влюбиться и завести общих детей это же уже значит долго и счастливо, а Рома такого не хотел.

— Я предложила ему самолично сделать вазэктомию. — Тихо призналась я и услышала сдавленный смешок со стороны дочери.

— Ты, пожалуйста, мам, только больше не контактируй с ним. Он это все может вывернуть в такую сторону, что ещё и виноватыми окажемся. Поэтому лучше все-таки играть исключительно на судебном поле.

Я не хотела рассказывать, что я ездила к Глебу и получила такое предложение, потому что, во-первых, это звучало дико и низко, а во-вторых, я понимала, что для Кристины это будет ещё одним ударом. Вечером девочки решили, что они приготовят ужин, а я сидела и все прикидывала, как же поступить и что же сделать, на всякий случай позвонила своему юристу, пытаясь выяснить, как можно из этой ситуации вырулиться. Разговаривать с родителями Романа я не видела никакого смысла. Каждый родитель будет заступаться за своего ребёнка. Ну, в случае с Диной, мне кажется, просто подсознательно там отец с матерью понимали, что маловероятно, что Костя может как-то плохо обойтись со своей супругой, поэтому таки выставили ситуацию.

И, словно бы подслушав мои мысли, Кристина, задумчиво стоя в кухне, произнесла:

— А если честно, у Кости кишка тонка изменять.

Дина нахмурилась, подняла на неё глаза, придержала одной рукой живот. А потом уточнила.

— С чего ты взяла?

— Потому что это Костя, потому что я его лупила все девять месяцев в утробе, — зло произнесла Кристина, но я понимала, что за этой напускной злостью и бравадой прячется разочарование и попытка выгородить брата. — А вообще, если честно, у Кости немножко другой склад, он никогда не будет делать то, в чем не уверен. Если ты посмотришь, как он работает, то заметишь, что он не ведёт сделки, которые не подразумевают положительного исхода. Он не контактирует с партнёрами, у которых заляпана репутация. То есть он изначально пытается обезопасить себя и измена это слишком неконтролируемое дело. И Костя, он не пойдёт на это, потому что никогда неизвестно, каким образом это выстрелит Костя, человек стабильный.

Предвыборная речь в пользу Кости звучала внушительно.

Я вздохнула, зашла на кухню, пристроилась с краю стола, и Кристина перевела на меня взгляд.

— Ну, кстати, собственно, поэтому Костя, вероятнее всего, не будет безумно хорошим бизнесменом, потому что бизнесмен, у него есть чуйка, что прогорит, а что стрельнёт.

— В таком случае твой отец и твой муж должны были обанкротиться, — заметила я веско, но Кристина махнула рукой.

— Нет они как раз-таки оценивали риски. Они знали, что могут прогореть, и поэтому на этот случай у них всегда есть запасной план, как, например, с тобой ожидание того, что ты согласишься и прогнёшься под идею того, что на брак никак не повлияет наличие второй семьи или как со мной — двое детей, скандал со стороны родителей. Я больше чем уверена, что Рома изменял мне давно, сейчас, просто возвращаясь назад, я прихожу к выводу, что, возможно, его измены были давненько, но либо он более тщательно их скрывал. Либо настолько сильно не наглел. Поэтому я ничего не замечала. А сейчас…

А сейчас раздался звонок домофона.

Мы втроём переглянулись, и я, медленно встав, двинулась в сторону прихожей.