После развода. Муж бывшим не бывает

12

Я оскалилась и ткнула телефоном в грудь мужа.

— Ну ты времени зря не теряешь конечно, — едко выдавила я.

Глеб медленно прошелся глазами по сообщению и побагровел весь. Вместо глаз два провала, лицо напрягшееся.

— Это не то.

— Да да, любимый, не то, — хохотнула я.

Я не хотела разговаривать с Глебом сейчас, потому что он был зол, взвинчен, и он на меня сейчас определённо должен был вывалить ведро дерьма.

Я дёрнулась, стараясь сесть в машину, но Глеб не дал.

— Все не так.

Я поджала губы. Сырой ветер хлестанул по волосам, растрепав их.

Я поморщилась.

— Ты же даже не хочешь узнать, что произошло!

Воротило меня от его слов, хотелось зажать ладонями уши и закричать.

— И кстати Лик! Ты ни черта не сделала, чтобы у тебя муж не гулял. Поэтому давай ты сейчас не будешь играть в оскорблённую невинность и посмотришь правде в глаза — в любой измене виноват не только изменщик, но также и страна, которой изменяют.

Язык превратился в жало.

Я все-таки плюнула в мужа ядом.

— Ну что ж ты мой такой тогда потерянный, недолюбленный. Стоишь передо мной, распинаешься. Может, мне тебя ещё пожалеть? — оскалилась я понимаю, что перешла какую-то незримую границу, а Глеб зарычал.

— Стерва! Заразой была заразой и осталась.

— Тебя эта зараза столько лет устраивала... — Протянула я сдавленно, стараясь держать лицо, стараясь сохранять этот надменный язвительный тон. А в глубине души орала.

Почему так происходит, что тот, кому безоговорочно веришь, в кого безоговорочно веришь чаще всего всегда и предает, не справляется с соблазном, когда в руках держит чью то жизнь.

— Знаешь, что меня всегда бесило? — Выдохнул Глеб, пряча мобильник. Я дёрнула на себя руку, стараясь вырваться, и, как ни странно, мне удалось это с первого раза. Его пальцы разжались у меня с локтя и муж, поправив пальто едко произнёс: — Ты никогда не задумываешься о причинах, ты всегда видишь только последствия и пытаешься их, ну, скажем так, нейтрализовать.

— что думаешь, что я буду разыскивать твою девку для того, чтобы повырывать ей все космы? Ошибаешься, — ехидно произнесла я и, развернувшись в машине, потёрла руки друг об друга. Для более яркого эффекта наклонилась, выхватила из кармашка двери влажные салфетки и демонстративно обтёрла ладони.

Глеб прекрасно понял намёк — мне отвратительны его прикосновения.

— Но знаешь, что самое смешное? мне абсолютно плевать на то, кто она, как ты с ней спал, в каких позах ты с ней спал и что ты для неё делал? Хоть на коленях стоял, хоть раком нагибал, мне абсолютно без разницы, понимаешь?

Единственное, что сейчас для меня имеет значение, это чтобы мои дети не пострадали во всей этой ситуации, это чтобы мои внуки знали, что они по-прежнему любимы. Но все, что касается тебя, для меня теперь просто пустой звук.

Сама говорила, сама себе не верила.

— Так что, Глеб ты зря пытаешься здесь воззвать к голосу разума. Не слышу уже ничего. И кляче своей позвони, а то Кристина ей сейчас супницу на уши натянет.

Я прыгнула в машину и снова дёрнула на себя дверь. Вместо ожидаемой попытки как-то меня остановить Глеб позволил мне закрыть авто, даже завестись и уехать вниз по двору.

А меня вот хватило буквально на весь этот дом. Невозмутимость кончилась ровно в тот момент, когда я оказалась за шлагбаумом.

Я, остановив машину, упёрлась лбом в руль и тихо заскулила.

А на пятый день меня из оцепенения и сомнамбулического сна вырвал звонок Кристины.

— Ты где? — Нервно спросила дочь, и я покачала головой, пытаясь сообразить, что хочет узнать от меня Крис.

— В загородном доме, на работу собираюсь.

— 0, отлично. Давай, собирайся быстрей и обязательно заедь в кафе Маленькая Рига.

Я нахмурилась, не понимала, для чего это, поговорить мы могли с ней по телефону.

— Что ты задумала?

— А я ничего не задумала, — зло хохотнула дочь, — ты приезжай и посмотри на эту кралю. Посмотри пока еще есть на что смотреть, а то, боюсь, не удержусь. Отцу на 'уши тарелку с пастой натяну. И его пассии.