После развода. Муж бывшим не бывает

61

Лика

К концу четвертой недели мы с Глебом встретились в зале суда.

— Не переживай. — Сказал он тихо и сел напротив меня.

Градов действительно подготовил все документы достаточно хорошо. По ним мне полагалось половина бизнеса. Но я ничего не планировала с этим делать.

Собиралась оставить Глеба также директором всего, потому что большую часть его специфики работы я не понимала. Да ‚ будет наёмный директор, который просто продолжит вести все дела, а я буду получать за это отчисления. Также был перечень имущества, которое остаётся мне. Что-то пришлось выдернуть из этого перечня, потому что Глеб все-таки купил Кристине квартиру. Большую четырехкомнатную в одном из элитных ЖК. Я понимала ‚ что это обоснованное решение и здесь не было такого, что он что-то пытался от меня скрыть. В целом я была удовлетворена тем, что получала в разводе.

Но почему-то, когда я ощутила, что я все могу получить, что захочу, пришло жуткое осознание одной тёмной ночью.

Ну и зачем мне все это, если нет его?

Зачем?

И я сидела, задавала себе этот вопрос с разными формулировками и пыталась найти ответ.

Не выходило и от этого только больнее становилось. Кристина от меня так и не съехала, она ещё всего боялась, переживала и Рома, конечно нервы трепал как следует. Он задался какой-то определённой целью довести до нервного тика.

Кристину тем, что пытался угрожать по поводу детей. Но после очередного разговора с Глебом он немножко притих и это затишье напугало Кристину ещё сильнее. Хотя она была не робкого десятка, но на самом деле даже самую сильную женщину может сломать всего лишь толчок в сторону детей.

Что касательно Дины, она тоже жила у меня.

Все думала, думала. Никак не могла прийти к какому-то решению. Костя приезжал с цветами, с подарками. Просил подумать. Просил не рубить с плеча. Она много плакала и тем временем срок родов все приближался и приближался.

Мы сидели с Глебом в зале заседания суда и чувствовали себя не в своей тарелке.

Нам даже не дали время подумать, а просто сразу развели из-за того, что у нас уже были достигнуты все договорённости. Когда мы вышли в коридор и тихо дошли до выхода, я все-таки не удержалась и тяжело вздохнула так, что Глеб затормозил.

Приобнял меня за талию.

— Не расстраивайся. Развод ничего не меняет. Я все равно люблю тебя, Лика. Я люблю тебя, любил и буду продолжать любить. Я знаю, что моя измена — это поступок какой-то из другой вселенной. Но она была. Сейчас с этим ничего не сделать. Я могу только просить у тебя о прощении, которое не равно ‚ что мы сойдёмся, но которое равно ‚ что у тебя хотя бы не будет болеть. Понадобится ни год, ни два для того, чтобы ты смогла без боли на меня глядеть.

Я развернулась к нему, уткнулась лбом в плечо.

— Глеб, да не в этом дело.

— А в чем?

— Во всем…

Я знала ‚ что Глеб гонял Рому в плане бизнеса. Были очень интересные юридические формулировки, которые позволяли Глебу давить на ту или иную больную точку. Рома конечно молодец. Он в принципе неплохой коммерсант, но вот ситуация с тем, что он был в браке с Кристиной и за это время у него было увеличение объёмов по работе, говорило о том, что Глеб не был в стороне от этого всего. Сейчас он требовал свои дивиденды.

— Да все будет нормально. Во всем разберёмся. Рому ещё гонять буду не один год. Ты представляешь, совсем оборзел. Батя его звонил мне, дескать, что ты суёшься в жизнь детей. А я задал вполне закономерный вопрос: если ты своего пацана научил только с девчонками руками махать, то чего сейчас тогда удивляешься? Ещё к нему вопросики есть о том, как этот бизнес строился. Градов там развёл такую бурную деятельность, что уже экономическую безопасность подключил.

Я покачала головой.

С Костей мне не доводилось нормально поговорить потому, что когда он приезжал, все время у них был зациклен разговор с Диной. Поэтому я от Глеба только сейчас могла узнать какие-то новости.

— А что с Костей?

— Костя поиграть решил в благородного рыцаря. Пока не будет решения суда об отцовстве, он вернул Руслана Айгуль. Правда тут вот какая ситуация произошла: я-то перестал её спонсировать. Ей пришлось съехать с квартиры. Сняла какую-то трущобную ночлежку.

Глеб утрировал. И по моему укоризненному взгляду понял ‚ что я его вижу насквозь.

— Ладно, ладно. Она просто сняла однокомнатную квартиру в старом фонде на окраине города. И при этом в новых реалиях, не понимая, что деньги даются исключительно на ребёнка, она сейчас очень недовольна и мотает нервы теперь Косте. Он уже не так благородно настроен, но здесь возникает заминка, каким быть с Диной? Мне кажется, Костя все равно, если не лишит родительских прав, то будет настаивать на единоличной опеке.

— А как… — я проглотила тугой комок.

— Если честно, дерьмово. Мы с ним тогда сразу поехали к матери знакомиться.

Руслан его не понимает, он его боится. Костя конечно пытается исправить эту ситуацию. Как-то развернуть её, чтобы ребёнок хотя бы не стрессовал. Но все равно дерьмово выходит.

А до меня с какой-то ужасающей правдивостью дошло ‚ что абстрагировано ребёнок ни в чем не виноват. Ребёнок сейчас выступает третьей стороной, которая терпит тревогу. Терпит какие-то трудности именно из-за того, что взрослые не могут договориться.

— Но знаешь, уже тот факт, что на Руслане нет, предположим вещей, которые покупались пару месяцев назад, уже о многом говорит. Я конечно все это контролирую. Стараюсь быть рядом с Костей, потому что переживаю за него. Но что-то мне подсказывает ‚ что эта игра в благородство с Айгуль не особо далеко зайдёт. Ну и конечно, да, в этом случае высказываются претензии.

— Ну она же в любом случае может продать машину, чтобы жить была получше.

Глеб пожал плечами.

— Она же берет её в каршеринге.

— То есть это даже не её тачка? Я думала ты купил.

— Нет. Я давал деньги на ребёнка и все. Не было такого, что я содержал её. Да, я понимал объективно, что часть денег которая выделяется на Руслана, все равно уходит на неё. Но я не ставил себе никаких целей обеспечивать её имуществом, обеспечивать её недвижимостью. Нет, если бы дальше пошёл такой разговор, возможно я что-то, как-то и придумал. Но не в контексте того, что это было необходимо ей.

Я тяжело вздохнула.

— А когда нам надо в загс ехать? Что мы там должны будем сказать?

— Черт его знает. Надо у Градова уточнить. Я вообще не знаю. У нас есть по факту решение суда.

Я вздохнула. На такие ответственные мероприятия я не брала машину. Но сейчас бросив косой взгляд на проезжую часть, я подумала и пожалела об этом. Глеб поймав мой взгляд, пожал плечами.

— Давай отвезу домой. — Произнёс он.

Тихо и мирно мы сели в машину. Я постаралась успокоить себя, говорила ‚ что не надо плакать и так далее.

— Мать тоже хороша. — Продолжил бурчать Глеб. Он даже не замечал, сколько всего мы потеряли с разводом, с тем, что вылезло наружу его предательство. Мы с ним вот так часто ездили домой, на работу, обсуждали всех и вся. Сейчас у нас этого не было. И в мимолетные, в мгновенные встречи, которые нам оставались, Глеб пытался наверстать упущенное. Рассказывал вот как сейчас.

— Она вроде бы так носилась с этой идеей, что Айгуль там хорошая девочка, но когда это все начало вылезать с Костей, она быстро в воздухе переобулась. Ещё и мне стала высказывать ‚ что она не обязана никак участвовать в жизни правнука.

Я пожала плечами.

— Мне как бы было глубоко насрать, на что она там рассчитывала. Она вдруг посчитала ‚ что имеет право лезть в семью, а когда семья обратилась к ней, она сразу в домике. Ни фига…

Я усмехнулась.

Мы доехали до дома и Глеб замявшись, предложил:

— Переезжай в квартиру, а я уеду. Возьму себе что-нибудь поменьше. Кристина тоже скоро переедет и ты одна в доме.

— Я подумаю.

Глеб по инерции дёрнулся перехватить меня за запястье, но я зная о том, что все уже кончилось, ушла от касания.

Грустно улыбнулась.

— знаешь, даже несмотря на предательство. — Тихо шепнула я. — Это были лучшие годы в моей жизни. Спасибо тебе.