Праздник не по плану

ГЛАВА 6

Нейт

БУБЕНЦЫ ЗВЕНЯТ⁸

15 декабря

Наблюдаю, как Элизабет выходит из кухни, затем слышу приглушенные звуки её шагов по второму этажу, пока наблюдаю на Виски, который смотрит ей в след.

— Если пойдёшь за ней, то ты предатель. — Я указываю на него, пока он нюхает воздух, а затем снова смотрит на меня. — Да, правильный выбор, — говорю я, направляясь за его миской, которую держу под раковиной. Наполняю её кормом, ставлю на пол и даю себе минуту, чтобы взять себя в руки.

Мой член наполовину возбужден от того, что она сидела там в своей прозрачной майке. Я беру чашку с кофе и подношу её к губам.

— Чёрт возьми. — Я качаю головой. — Мне нужно, чтобы ты взял себя в руки. — Смотрю вниз на свой член, но Виски смотрит на меня, как будто я говорю с ним. — Ты тоже, приятель. — Я киваю ему.

Он игнорирует мои слова и снова опускает морду в миску, доедая всю еду. Я забираю его миску, промываю её под водой в раковине, а затем ставлю в посудомоечную машину, прежде чем повернуться и направиться в свою спальню.

Дверь запасной спальни открыта, но я слышу, что Элизабет в ванной. Захожу в свою комнату и направляюсь прямо в свою ванную. Почистив зубы, беру пару джинсов и футболку, затем снимаю свитер с вешалки и надеваю его.

Когда выхожу из гардеробной, Виски лежит посередине моей кровати, растянувшись на тёмно-синем пуховом одеяле, которое ощущается как облако.

— Пойдём. — Я киваю головой к двери. — Выпущу тебя на улицу перед тем, как мы уйдём.

Пес выходит за мной из спальни, останавливаясь, чтобы понюхать пол под, теперь уже закрытой, гостевой комнатой. В коридоре еще ощущается легкий аромат духов Элизабет, когда я спускаюсь по ступенькам и направляюсь к задней двери. Успеваю приоткрыть ее лишь наполовину, прежде чем Виски выбегает во двор.

Иду к боковой двери, где находится прачечная, и готовлю кошачий корм. Наполнив миски, я слышу, как девушка спускается по лестнице. Выглядываю из-за угла и вижу, как она бросает сумку у двери.

— Сбегаешь? — спрашиваю я, указывая на ее сумку.

— Да. — Элизабет поворачивается и идет ко мне, держа в руке мой свитер. Слава богу, на ней теперь джинсы и толстый свитер. — Я беру её с собой, на случай, если мне вернут мою комнату, чтобы не пришлось сюда возвращаться.

— Ты не жила дома как минимум семь лет, — замечаю я, пока она кладет мой свитер обратно туда, откуда взяла.

— Первые полгода не считаются. Я не знала, что не вернусь, так что всего шесть с половиной лет, — поправляет она меня, — но это все еще моя комната.

— Я почти уверен, что как только ты съезжаешь из дома родителей, комната, которая у тебя была, больше не твоя.

— Там мои вещи. — Она никогда не позволит тебе сказать последнее слово. Никому. Никогда не позволяла. И никогда не позволит.

— Какие вещи? — спрашиваю я, направляясь к задней двери, когда слышу, как Виски скребется в стеклянную дверь.

— Не твое дело, какие вещи. — Она скрещивает руки на груди. — Это личное.

Я усмехаюсь, открывая дверь и наблюдая, как Виски сначала ставит одну лапу, а затем и другую, прежде чем направиться прямо к ней. Его хвост виляет из стороны в сторону, пока Элизабет наклоняется и гладит его.

— Нам пора идти, — говорю я ей, и она встает и идет впереди меня.

— Откуда у тебя сменная одежда? — спрашиваю я, оценивая ее задницу, а затем быстро поднимаю взгляд.

— Оставила их здесь в прошлый раз, — объясняет она, хватая свои кроссовки и надевая их. — Нынешняя я очень довольна решениями прошлой меня.

Я качаю головой, даже не зная, как отреагировать на этот комментарий, и перехожу к своим ботинкам, обуваю их, а затем беру куртку и надеваю ее.

— Тебе будет нормально только в свитере? — спрашиваю я, собираясь протянуть ей запасную куртку.

Она пожимает плечами.

— У меня есть куртка дома, если только ее не отдали тому, кто остановился в моей комнате.

Я фыркаю, поворачиваясь к Виски, который теперь сидит в коридоре.

— Я ухожу, дружище. Скоро вернусь.

— Как грустно, — говорит она, глядя на меня. — Он останется совсем один.

— У него есть кошки, — шучу я. — К тому же, он в теплом доме с двумя спальнями, двумя большими кроватями и бесконечным количеством мест, где можно полежать, не беспокоясь о выплате ипотеки. Думаю, он справится.

Открываю дверь, и Элизабет смотрит на меня, а затем снова на Виски.

— Пока, Виски. — Она машет ему рукой. — Погрызи все его вещи, — шепчет она ему, но достаточно громко, чтобы я услышал.

Девушка собирается наклониться, чтобы взять свою сумку, но я опережаю ее.

— Садись в машину, — говорю я ей, а затем смотрю на Виски. — Даже не думай ничего грызть.

Он наклоняет голову набок, словно обдумывая.

Мы выходим, и она бросается к грузовику, открывает дверь и быстро садится.

— Блин, как холодно.

Элизабет потирает руки.

После того, как кладу ее сумку в кузов, я завожу грузовик, прежде чем мы отправляемся к дому ее родителей.

Когда подъезжаем, на подъездной дорожке машин еще больше, чем вчера вечером, если это вообще возможно.

— Свадьба сегодня? — бормочет она, глядя на все эти машины. — Мы что, опоздали?

Я не могу не рассмеяться.

— Может, это большой семейный завтрак, — говорю я ей. Ее семья устраивает такие большие воскресные обеды, куда приглашают практически всех. Когда наступает лето, и большая часть семьи приезжает в город на тренировки или просто отдохнуть, обеды становятся еще масштабнее.

Девушка выходит из грузовика.

— Не забудь мою сумку, — напоминает она мне.

— Давай так, — начинаю я, идя ей навстречу перед моим грузовиком, — если вдруг в отеле починили трубу, и теперь все ковры сухие, и нет никакого ущерба…

Ее глаза сужаются все больше, пока я говорю, а взгляд становится все более свирепым.

— …и ты получишь назад свою комнату, я с удовольствием вернусь и заберу ее для тебя.

— Я говорила тебе, что ты худший? — Она наклоняет голову вбок, не дожидаясь моего ответа, и идет по подъездной дорожке к входной двери.

— Чаще, чем мне хотелось бы помнить, — бормочу я, следуя за ней к входной двери, которую она открывает.

По всему дому разносится эхо разговоров. Дети бегают по лестнице, ведущей в подвал, а затем в сторону кухни. Пара пробегает мимо нас и быстро здоровается.

По мере приближения к кухне звук звякающих тарелок становится громче.

— О, она здесь. — Я останавливаюсь позади Элизабет, когда Дениз подходит к ней. — Мы волновались за тебя, милая. Все время пытались тебе дозвониться, но звонки сразу уходили на голосовую почту. Ты не зарядила телефон.

— Я забыла, — признается она, — и ты, очевидно, не так уж и волновалась обо мне, раз даже не оборвала его телефон. — Она указывает через плечо на меня.

— Я старался хорошо о ней заботиться, Дениз, — говорю я, проходя мимо нее. — Не спрашивайте, как мне это удалось, но это было тяжело. — Я целую ее в щеку. — Хорошо пахнет.

— Кейтеринг только что приехал, — заявляет она, и я смотрю на огромный остров на их кухне, который теперь заставлен сервировочными тарелками.

— Только что приехал? — спрашивает Элизабет. — Люди уже едят.

— Ну, они были голодны. — Её мать разводит руками. — В любом случае, старшее поколение в той комнате. — Она указывает через плечо на гостиную, которую они используют только по праздникам, например, на Рождество или дни рождения. — Свадебная команда, — она улыбается нам, — вон там. Берите тарелки и проходите.

— Мам, — говорит Элизабет, — что с отелем?

— О, хорошие новости, — начинает она, — им удалось просушить целый этаж за ночь, так что некоторые гости смогут заселиться.

— Значит, я могу вернуть свою комнату? — Ее голос полон надежды, но выражение лица Дениз показывает, что она, на самом деле, свою комнату не получит. — Это невероятно, — бормочет Элизабет, отходя от нее.

— С ней все будет в порядке, — уверяю я Дениз. — Просто не ждите, что она навестит вас в ближайшие несколько лет. Ближе к пяти, но не больше десяти.

— Отлично, — говорит она, глядя на Элизабет, которая теперь хмурится на своего отца, обнявшего ее. Ее руки безвольно свисают по бокам. — Просто отлично.

Я качаю головой и направляюсь к еде, беру тарелку и наполняю ее яичницей-болтуньей, беконом и сосисками, кладу блины сбоку. Затем иду в комнату, где собралась свадебная группа, и вижу Джошуа, сидящего во главе стола, а рядом с ним Мэйси. Справа от него два стула пусты, поэтому я подхожу и отодвигаю один из них.

— Привет.

— Шафер прибыл, — объявляет он, хлопая меня по плечу, а затем сжимая его. — Он жив.

Я смотрю на него, и он ухмыляется.

— Учитывая, как вела себя Элизабет, было неясно, собирается ли она убить тебя во сне или нет.

Я смеюсь.

— Я спал с одним открытым глазом, на всякий случай. Но она заставила меня привезти ее сумку, если ее комната окажется свободной. — Беру вилку и разрезаю блин.

— Внимание, — предупреждает он, поднимая взгляд, и я чувствую, как отодвигается стул рядом со мной.

— Привет, — говорит он ей, — ты хорошо выглядишь.

— Я знаю, — буркает Элизабет, и я не могу сдержать смех. — А ты нет, ты выглядишь как дерьмо.

— Он всю ночь не спал, прикладывая лед к ноге, — защищает его Мэйси, сидящая рядом с ним, обнимает его за плечи, а затем другой рукой приподнимает его лицо. — Ты красавчик. — Она улыбается ему.

— Фу. Меня сейчас стошнит, а я ничего не ела, — безэмоционально говорит Элизабет, — он даже не предложил меня покормить. — Она указывает на меня, и я ахаю.

— Я сделал тебе кофе, а потом он позвонил, чтобы пригласить нас сюда, — защищаюсь я, а она просто пожимает плечами.

— Скажем так, он не самый дружелюбный хозяин. — Девушка косится на меня, и теперь моя очередь сверлить ее взглядом. — Он даже заставлял меня надеть халат.

— Вот ублюдок, — говорит Джошуа. — Старайся лучше, — отчитывает он меня с улыбкой, и затем мы едим в тишине.

— Хорошо, — говорит Мэйси, постукивая вилкой по чашке, пытаясь привлечь внимание собравшихся за столом.

Я откидываюсь на спинку стула и смотрю на нее.

— Прежде чем начнем, мы хотим поблагодарить всех за то, что вы стали частью нашего особенного дня. — Она смотрит на каждого из нас и улыбается. — Мне так повезло, что через девять дней я выйду замуж за любовь всей своей жизни.

Мэйси наклоняется, чтобы поцеловать Джошуа, который просто сияет, глядя на нее.

— Мы знаем, что некоторые из вас приехали издалека, чтобы быть с нами. — Она смотрит на Элизабет. — И хотя дела идут не так, как должны быть… — Ее голос затихает, и я вижу, как дрожит ее нижняя губа.

Джошуа встает, а затем морщится, вспомнив о своей ноге. Он что-то шепчет ей на ухо, и она улыбается ему.

— С учетом сказанного, — она поворачивается, залезает в сумку рядом с собой и достает папку из плотного картона, — у нас есть финальный план. — Она так взволнована, что чуть не подпрыгивает от радости.

— План? — Слышу я Элизабет рядом с собой. — Я думала, нам просто нужно появиться и выглядеть красиво. — Она смотрит на меня. — Ну, тебе, очевидно, нет. У нас нет времени что-то с этим сделать. — Она делает жест, обводя рукой мое лицо, из-за чего Джошуа хохочет.

Мэйси обходит стол, раздавая всем листы бумаги и останавливаясь за спиной Элизабет, чтобы вручить один ей. Я протягиваю руку за своим и смотрю вниз, быстро пробегая глазами.

— Эм, — говорит Элизабет, глядя на Джошуа, который избегает смотреть на нее.

— Будет здорово! — щебечет Мэйси. — Здесь так много веселых мероприятий: от лепки снеговиков до конкурса пряничных домиков и хоккея на льду, и многое другое. — Она кладет руку на плечо Джошуа. — Начинаем сегодня вечером с нашего первого мероприятия в караоке-баре. — Такое впечатление, что сегодня утром она приняла таблетки счастья. — Это небольшой сбор, чтобы познакомиться со всеми. — Девушка оглядывает стол. — Будет так весело.

— Я почти всех знаю, — парирует Элизабет. — Я имею в виду, у меня джетлаг⁹, знаешь, перелет через весь мир и все такое. Смена часовых поясов.

— Ты будешь в порядке, — уверяю я ее, глядя на лист бумаги.

— У тебя нет дел поважнее, например, я не знаю, перестать разговаривать? — спрашивает она меня.

— Разве ты не работала в ночную смену? — Я смотрю на нее, и она поворачивает голову. — Судя по тому, что мне сказал твой отец, ты спала те же часы, что и они.

— Не верь всему, что он говорит, — огрызается Элизабет сквозь стиснутые зубы. — Он еще говорил, что у меня всегда будет место здесь, и посмотри, что произошло.

— Ну, ладно, — говорит Джошуа, прерывая нашу небольшую перепалку, — ты можешь весь день отдыхать, чтобы быть в отличной форме к вечеру.

— Мне нечего надеть. — Девушка пожимает плечами. — Мой багаж потерялся.

Она оглядывает присутствующих за столом, и люди избегают смотреть на нее.

— Сдавайся, — шепчу я ей на ухо.

— Ты сдавайся, — шипит она мне в ответ. — Мне нужно найти кого-нибудь, кто сможет отвезти меня за покупками, — говорит она, улыбаясь. — Увидимся со всеми вечером. — Девушка смотрит на меня и стискивает зубы. — Даже с тобой.

Я опускаю взгляд и скрываю смешок, опасаясь, что она ткнет меня вилкой.

— Похоже, будет весело. — Я смотрю на Джошуа, который пожимает плечами, и я понимаю, что не он все это устроил. Парень делает все, что хочет Мэйси, чтобы она была счастлива. — С нетерпением жду поездки на елочную ферму.

— Я слышала, там можно самому срубить елку, — с энтузиазмом щебечет Мэйси, — и еще есть маленькие елочки для тех, кто остановился в отеле, чтобы они могли взять их с собой и украсить в лобби.

— Прикольно, — отвечаю я, снова глядя на Элизабет. — Ты можешь помочь мне украсить мою, — говорю я ей, улыбаясь еще шире, когда вижу, что она становится еще более раздраженной. — Всегда пожалуйста.