Пятая попытка для обреченной вдовы

Глава 27.

– Ваша светлость, – официально приветствовала нетерпеливо подскочившего мужчину. Я видела, что в его глазах мелькнуло недовольство, но он моментально взял себя в руки. Не даром вращается при дворе. Куртуазно поклонившись, он не дал мне возможность проскользнуть мимо, а вынудил протянуть ладонь.

– Госпожа Фоксгейт, вы, как всегда, очаровательны, – произнёс мужчина, легко коснувшись губами моей ладони, обжигая кожу дыханием. Отчего я вновь упрекнула себя за промах. Перчатки доставляли мне дискомфорт, когда листала документы или подписывала их, и я несдержанно стянула тонкое кружево, забыв о приличиях. – Ваше присутствие озаряет день ярче солнечного луча, а ум и достоинство придают вам блеск, которого нынче так недостаёт многим храбрым мужам, – расплылся он в витиеватом комплименте.

– Благодарю, но смею надеяться, что ваши слова продиктованы учтивостью, а не собственным наблюдением. Иначе судьба нашего королевства под угрозой… Ум – необходимая составляющая успешного развития экономики и политики, – слегка отстранившись, я всё же отошла, решив не прятаться за столом, а пройти к дивану. Герцог одобрительно усмехнулся и последовал за мной. – Я, право, немного удивлена вашим визитом на фабрику.

– Боюсь, если бы я приехал к вам домой, то или не застал бы вас, или ваша прислуга вежливо отправила бы меня восвояси и правильно бы сделала. Я должен перед вами извиниться. У меня нет прав требовать от вас что-либо. Прошу меня простить, Кристель. Надеюсь, я не утратил права вас так называть хотя бы наедине?

– Нет, вы можете называть меня по имени, но только когда мы с вами находимся один на один, – улыбнулась я. Если он действительно признаёт свои ошибки, то цены ему нет. На это не каждый способен.

– Чудесно. Вы не приехали сегодня в парк: ваши планы изменились, или это моя вина? – спросил он без упрёка в голосе, а, скорее, со здоровой долей интереса.

– О, боги… – выдохнула расстроенно. – Я забыла, простите меня! Надеюсь, вы не долго ждали?

– Я провёл время с пользой, проветрил голову себе и своему коню. Порой это необходимо.

– Я поступила невнимательно по отношению к вам. Просто всё навалилось. Нападение на Патрисию, мой неверный жених оказался не мёртв, а труслив… – сев на диван, я действительно почувствовала себя уставшей.

– Ваш жених? – удивлённо переспросил он.

– Да, господин Кюри. Несколько лет назад я мечтала, что он поведёт меня под венец, но мужчина исчез. А буквально вчера я узнала, что он жив и прекрасно себя чувствует, женился, и у него даже появились наследники. И это всё – на деньги моего папеньки… Но разве вам не сказал об этом ваш друг, господин Блэйкмор?

– Нет. Об этом он не упоминал, – слегка нахмурившись, герцог отвёл взгляд, вынуждая задуматься. Между ними кошка пробежала? – Так вы поэтому уехали? А почему взяли его с собой?

– Во-первых, его лошади быстрее моих, – усмехнулась я, – мой бывший жених поселился в Онфлере, без его помощи я бы потратила гораздо больше времени. А во-вторых, он считает меня повинной во множестве грехов, и рассчитывал там, пожалуй, найти всё что угодно, но не живого Кюри, – я заметила, как облегчение расплывается на лице собеседника. – Что вы себе надумали, ваша светлость? – поинтересовалась, слегка склонив голову к плечу.

– Себастьян. Прошу, называйте меня по имени наедине. Я воздержусь от ответа, а то этот день станет днём извинений.

– Допустим, – согласилась я не вдаваться в его фантазии, – я так же должна перед вами извиниться. Вы поддержали Патрисию в моё отсутствие, я должна была это оценить.

– Мы с вами квиты.

– Мне бы не хотелось, чтобы мы вообще вели счёт. Настоящие друзья ведь не подсчитывают, кто кому сколько должен. А я хотела бы называть вас своим другом…

– И только? – остро взглянул он на меня, вынуждая ответить. Сама виновата: неверный пас, и теперь нужно расставить точки…

– Боюсь, на данный момент я не готова к другим отношениям. Совсем недавно погиб мой жених…

– Но вы об этом не помните.

– Но помнит общество. К тому же у меня просто нет ни сил, ни времени, я отдаю всё фабрике.

– Понимаю, но я хотел бы быть с вами рядом, когда ваши желания изменятся, Кристель, – герцог не стал сомневаться, обозначив свой интерес. Я же в ответ только неуверенно улыбнулась, отводя взгляд. Не хотелось давать ему ложных надежд, но для этого нужно разобраться в своих истинных желаниях. – Не спешите отказывать, просто подумайте. Сейчас я готов быть вашим самым преданным другом, Кристель. А, смею надеяться, вам моя поддержка пригодится.

– С этим сложно поспорить.

– Вот и чудесно. Мы с вами пока сходимся, что мы друзья, а друзья обычно проводят время вместе, – лукаво продолжил он. – Предлагаю завтра прогуляться в парке. На озере будет регата. Я бы посмотрел или даже принял участие. Думаю, вам бы пошло на пользу развеяться, заодно захватите свою дуэнью, ей нужны радостные впечатление.

Упомянув Зефирку, он надавил на больное место. Я чувствовала вину перед ней, к тому же, если он мне не нужен, то, может, ещё переключит внимание на неё. Она – женщина красивая, и чего греха таить, готовая ради него на всё.

– Вы знаете, как уговаривать, – заключила я. – С радостью принимаю ваше предложение, Себастьян.

Получив своё, он не стал задерживаться, покинув меня, и я засобиралась домой.

– Никто не тронул папку, – протянула расстроенно.

– Ещё рано делать выводы. Мы только начали охоту, нужно терпение, – ответила Ру. – Карета подана. Едем домой?

– Можно? – стук в дверь прервал нас, заставляя настороженно обернуться. Онора тихо скользнула в комнату.

– Вы ещё здесь? – искренне удивилась, незаметно подавая знак рукой телохранительнице отступить. – Вы не должны задерживаться ради меня, – посетовала я.

– Как же?! Это моя работа! Я должна быть с вами, если понадобится помощь, – на мгновение замявшись, она всё же решительно вскинулась. – Я заметила, что сегодня вы со мной были весьма холодны. Это из-за того, что вы нашли в домике в Онфлёре?

В моей голове щёлкнуло. Она специально указала мне на этот дом.

– Ваша работа – всё знать и всегда быть готовой помочь… Вы знали, что он жив! – я не смогла удержаться от упрёка.

– Никто не думал, что он просто примет условия и сбежит, – поморщилась она, но взгляд не отвела. – Но да, я знала.

– Почему решили открыть мне глаза?

– Потому что раньше я вас не знала. Думала, что вы – только…

– Избалованная дочь своего отца? – заключила я вместо неё.

– Да, но оказалось, что это не так. Вы заботитесь о фабрике, о рабочих, ищете деньги и не сдаётесь, хотя могли бы просто сложить ручки и ждать. Помимо работы на вас навалилось очередное горе… и мне показалось нечестным, что вы горюете ещё и о том, о ком не следует. Так вам хоть на капельку должно было стать легче.

– А вы, случайно, не знаете о судьбе моего третьего жениха? – похоже, Онора всё знает о проделках отца. Так почему бы не прояснить сразу всю картину?

– Нет, клянусь! Ваш отец ни при чём! Он сам был очень озабочен и огорчён его исчезновением. К тому же вы после того, как барон Ларси исчез, были в таком ужасно подавленном состоянии, что господин Фоксгейт никогда бы не решился вам врать! – с пылом защищала моего отца девушка, отчего я вновь задумалась: а нет ли между ними иных отношений? – Вы почти год прожили в Ла Напуле, приходя в себя. Он страшно по вам скучал и искренне радовался, когда вы вернулись в столицу и нашли новую любовь.

– Я очень сильно любила барона?

– Не знаю, мы с вами не были тогда подругами. Но, как мне кажется, он не оставил вам выбора, взяв напором. О нём всегда говорили, что мужчина получает то, что хочет, а он хотел вас. Удивительно, почему он сбежал…

– И мне… – озадачилась я. Было мало похоже, что его тоже подкупили. Может, с ним и вправду что-то случилось. – А как он исчез? – подхватив девушку под руку, я подвела её к дивану, где мы присели.

– Просто вы поссорились, и он уехал… По-крайней мере, так говорили вы и его матушка. Вы лучше у неё спросите, госпожа Кристель!

– Непременно! А где мне её найти?

– Я, право, даже не знаю, что стало с его матушкой. Барон Ларси был признан мёртвым, и в наследство вступил его дальний родственник.

– Можешь поинтересоваться её судьбой для меня? – задумчиво попросила я.

– Конечно! Госпожа, вы больше не сердитесь на меня?

– Я и не сердилась, просто устала, – не стала упоминать, что она, как и другие, в списке моих подозреваемых, а вместо этого предложила подвезти её домой. Девушка отнекивалась, но я была настойчива. На дворе был поздний вечер, а улицы недоброжелательны к молодым женщинам, тем более в том районе, где она жила.

– Мне казалось, что у вас хорошая зарплата, – протянула я, с подозрением выглядывая в окно и глядя на покосившийся старый дом.

– Когда у тебя пятеро детей, сложно жить с шиком на секретарскую зарплату.

– Пятеро детей?! – ошарашенно переспросила я, ведь была уверена, что она – так называемая старая дева.

– Не удивляйтесь. Я – самый старший ребёнок своего отца, родившаяся от первого брака, все остальные мои братья и сёстры значительно младше меня. Когда родители погибли, я взяла их на своё попечение. Они получают образование, чтобы в будущем устроить свою жизнь. Доброго вечера, госпожа Кристель! – попрощалась она, ловко скользнув прочь.

– Она слишком гордая, чтобы видеть в моих глазах жалость…

– Или боится, что её раскроют, – констатировала Ру, заняв место Оноры в карете. – Ей ведь очень нужны деньги, а в этом деле они замешаны. Я дам наводку своим, чтобы её проверили тщательнее. Пусть копнут там, где ещё не были… – прошептала она, в то время как я, покусывая губу, откинулась на спинку сидения, мечтая хоть об одном светлом дне. Без сюрпризов, без предателей, без стресса…

Вот только мечты-мечтами, а вернувшись домой, я засела в библиотеке, потихоньку впихивая в свою головку новые сведения об этом мире.

Я медленно листала старую книгу. Её листы были желтоватыми от времени, а кожа – гладкой и казалась почти тёплой от чужих касаний.

Это был магический учебник, и хоть для меня в нём было мало толку, но я упрямо пробиралась через дебри, чтобы в голове осели хотя бы азы. Раз уж мир, в котором я живу, – магический, то от этого никуда не деться.

Папка, с которой я таскалась весь день, была надёжно спрятана в сейфе. За ней так никто и не пришёл.

Когда перед глазами начало плыть, а значение слов перестало приходить на ум даже после третьего прочтения, я решила, что мне пора спать, и захлопнула книгу, подняв небольшое облачко книжной пыли.

Смачно чихнув, подняла взгляд, заметив тень напротив. Страх сжал мне горло. В кресле притаился мужчина, наблюдавший за мной всё это время. Страх стремительно сменился злостью, и я, не сдержавшись, выругалась.

– Какого чёрта, Блэйкмор?! Двери не для вас?

– Я тоже с утра был удивлён, но, пожалуй, так интересно не ругался... – протянул он.

– Повторить, чтобы вы записали? – едко поинтересовалась я.

– В следующий раз. Сейчас обсудим наш план.

– А он у нас есть? – сразу сбавила обороты.

– Есть.