Пятая попытка для обреченной вдовы

Глава 39.

Когда я прибыла на место, бархат ночной мглы окутал особняк некроманта. Мой нетерпеливый конь вопросительно заржал и забил копытами, стоило мне резко сбавить ход, останавливаясь на подъездной дорожке, всматриваясь в тёмный силуэт его дома.

Моё сердце неистово билось, все чувства обострились в нетерпении.

Мне слышался шорох крыльев среди густой листвы, мелкие шажочки ежа, вышедшего на охоту, и уханье далёкого филина. Запах прелых листьев смешивался с влажной землёй и сладко-манящим ароматом цветов. Но в этой идиллии были и менее приятные нотки… приторно-сладкий аромат смерти, что следовал за некромантом. Я ведь эту сторону его пока не знала, но отвращения она у меня не вызывала.

Чинно дёрнув поводьями, наконец, подъехала к крыльцу, где меня поджидал дворецкий. Он безэмоционально следил за моим приближением, а по щелчку его пальцев другой давно почивший слуга рванул к моему коню. Слава выдержке Чёрной Жемчужины, он встретил мёртвого лёгким фырканьем и благосклонным кивком головы, когда заприметил у того яблоко. Я с лёгким сердцем оставила его заботам прислуги, а сама прошла в дом.

– Я к вашему господину, – протянула, скидывая капюшон атласного плаща, который набросила для конспирации.

– Он в своём кабинете, прошу следовать за мной, – лич шустро привёл меня к нужной двери и, оставив одну, незаметно растворился в ночи.

Я знала, что Блэйкмор уже ждёт меня. Ни одна прислуга не привела бы гостя к хозяину без предупреждения.

Вдохнув полной грудью, решительно толкнула дверь, медленно входя в кабинет и тщательно впитывая всё, что видела. Ведь кабинет должен быть отражением «я» своего хозяина.

К моему удивлению, эта комната не встречала меня пыльной стариной и стопками древних фолиантов, которые я готовилась здесь найти. Кабинет казался почти… современным. Холодный, со сдержанной роскошью, словно сошедший с обложки журнала про миллионера.

Чёрные матовые панели на стенах сочетались с гладким стеклом и хромированными деталями. Вместо тяжёлых книжных стеллажей – полки со строгими рядами аккуратно расставленных книг в кожаных переплётах. Напротив двери расположился широкий практически пустой стол, где лежали всего пара папок, старый портсигар, да стояла стеклянная сфера, внутри которой мерцало что-то туманное, явно магического свойства.

За ним было роскошное глубокое кожаное кресло, в таких удобно, поджав ноги, завернуться в плед и тонуть на страницах романа. Рядом стояла птичья подставка, которая сейчас была пуста.

Стрельнув взглядом в другую сторону, я заметила и вовсе невидаль для этого мира – аквариум. Вот только плавали в нем не мелкие приятные глазу рыбёшки, а шипастая и зубастая тварь, косившая на меня жёлтым глазом.

– Брысь! – шикнула я на неё, борясь со страхом. – А то зажарю!

Подействовало! Тварюшка явно была разумной. Она ловко юркнула за камень.

Лёгкий смешок, сорвавшийся с мужских губ, тут же привлёк мой взгляд. Он стоял у окна, в чёрной рубашке без пиджака, одна рука расслабленно лежала на глянцевой раме, другая, казалось, лениво опустилась вдоль его тела, если бы не нервно сжатые пальцы. Мужчина явно предпочёл бы действовать. Широкий разворот его плеч цеплял взгляд, как и узкие бёдра. Я томно улыбнулась, делая плавный шаг к нему, ведь видела, как в отражении стекла он жадно ловит каждое моё движение.

– Вы на опасном пути, Кристель.

– Я знаю, но это мой путь, – усмехнулась я, приближаясь.

– А если вы ошибаетесь?

– Не ошибается только тот, кто не живёт, – подойдя к нему, я прижалась к его спине, запуская руки на талию и жмурясь от удовольствия. Сквозь тонкую ткань рубашки чувствовался жар его тела и до боли знакомый аромат: немного табака, капля мускуса и запах выглаженного хлопка. Как может быть, что он пахнет именно так?! Я не знала, но, видно, для меня именно это сочетание являлось опьяняющим коктейлем.

– Мы ведь ещё не знаем друг друга, и многое во мне тебе может не понравиться… – с затаённой грустью он устремил взгляд прочь.

– Определённо! Но, уверяю, что и я не подарок. Я всегда знала, что жизнь быстротечна. И я в любой момент могу потерять то, что дорого, потому нужно жить, наслаждаться, а не откладывать на потом, надеюсь, что ещё обязательно представится идеальный момент. Идеальнее момента, чем сейчас, никогда не будет! – уткнувшись носом ему в рубашку, я тихо вздохнула. – В последние недели судьба вновь и вновь напоминает мне эту прописную истину, так что не отговаривай, не получится. Я от выбранного пути не отступлю. Сейчас я не хочу долгих расшаркиваний, сладких речей и лживых обещаний… Я хочу настоящее. Хочу жить и чувствовать…

– И я… Я дал тебе шанс, Кристель, я тебя больше не отпущу, но после у нас обязательно будут и сладкие речи и только правдивые обещания, – произнёс он, резко меняя интонацию и разворачиваясь. Мужчина больше не был пассивен. Одна его рука скользнула к моей талии, в то время как другая аккуратно приподняла мой подбородок, заставляя смотреть вверх в его льдистые глаза, которые буквально плавились от желания.

Пальцы некроманта крепче сомкнулись на моей талии, практически впиваясь в кожу, он сделал едва заметный шаг вперёд, и между нами не осталось ни единой капли воздуха. Его дыхание коснулось моих губ, обжигая их ещё до того, как он по-настоящему поцеловал меня – властно, глубоко и требовательно, без капли сомнений. Это было именно то, что он хотел.

Его напор пьянил меня, полностью совпадая с моим настроением. Я хотела чувствовать себя живой, потому не планировала сдерживать чувства и прятать эмоции за масками. Я жадно откликалась на каждое его движение, на каждое касание, словно моё тело было продолжением его, словно мы вечно знали друг друга. Восторг, что вспыхнул в его взгляде, стоило ему стянуть с моих плеч плащ, расправил крылья моего женского самолюбия. Вырвавшись из его объятий, я отступила на шаг, позволяя тяжёлой атласной ткани соскользнуть вдоль моей фигуры, оседая на полу.

Я не успела сосчитать и до трёх, как плотина, зовущаяся самоконтролем, прорвалась, и мужчина, подхватив меня на руки, пропал на эту ночь в пучине страстей.

* * *

– Ты любишь зелёные или красные яблоки? – задумчиво вырисовывая узоры на его груди, поинтересовалась я перед рассветом.

За эту ночь я успела обнаружить на нём несколько шрамов: один – в области сердца, от которого он благополучно отшутился; пару на левом боку и ещё один на бедре. Три родинки в форме звёзд на правой лопатке и татуировку из рун на предплечье.

– Красные.

– А я – зелёные, такие, чтобы с хрустом вгрызаться в кислую сочную мякоть. Предпочитаешь работать утром или ночью?

– Я – некромант, всем известно, что наше время – ночь.

– Но всё же? Так было всегда?

– Нет. Было время, когда я предпочитал засыпать, не дожидаясь блеска звёзд, и просыпаться тогда, когда они только начинают растворяться в утренней дымке.

– Фи! А мне наоборот по душе мрак ночи. Не руководи я, предпочла бы спать всё утро напролёт.

– Я слышал, Кайрос решил отдать тебе руководство фабрикой? – его слегка шершавые пальцы нежно гладили моё нежное плечо.

– Да! Тебе не по душе, что женщина во главе предприятия? – я бросила на него быстрый внимательный взгляд, желая поймать первую эмоцию.

– Я не чувствую к этому неприязни, – усмехнулся он. – Женщина, мужчина… не важно. В конце концов, главное – результат.

Казалось, его глаза не врут, оттого облегчение тёплой волной омыло душу.

– А ты веришь в иные миры? – вопрос своевольно сорвался с моих губ. Я замерла, ожидая ответа.

– Я знаю, что они есть, Кристель. Смерть – моя богиня, она лишает предрассудков, – мягко улыбнулся он улыбкой знающего куда больше, чем говорит, человека.

– А ты бы поверил, если бы я сказала, что живу не первую жизнь? – я стояла на краю, но ради совместного будущего была готова рискнуть.

Он мягко коснулся ладонью моей щеки, внимательно рассматривая, словно ища ответы на невысказанные вопросы, а после запустил руку в мои распущенные волосы, притягивая к своему лицу.

– Поверю, моя Кристи! – выдохнув, он жарко поцеловал меня, заставляя любые здравые мысли выветриться из головы. Раствориться во времени и желаниях, отдаться своим чувствам.