Развод с драконом, или Каждой твари по паре

Глава 10-2

— Во-первых, не смейте так со мной разговаривать! — отрезаю нежданному спасителю. — Во-вторых, я сниму маску только тогда, когда захочу. И вы мне не указ. Это ясно?

— Вполне. Тогда я позову стражей. И вы им расскажете, что тут делаете и почему граф без сознания, — делает свой ход герцог.

— Зовите. Заодно расскажете, что ВЫ тут делаете. И зачем ударили графа, из-за чего он лежит в отключке, возможно, с обширной черепно-мозговой травмой.

Приподнимаю бровь. Да, провоцирую. Ну надоел указывать, честное слово! Этого я даже своим мужьям не позволяла, не то что какому-то незнакомому мужчине.

— Туше, — герцог внезапно улыбается, вынудив меня почти зависнуть на его белоснежной улыбке, как-то резко преобразившей лицо из хмурого и грозного в обаятельное и жаждущее ответной улыбки.

Но я так просто не даюсь. Продолжаю хмуриться. Герцог пожимает плечами, типа ну не получилось и ладно, я попробовал. И в следующую секунду опять передо мной злобный тиран.

— Соседи, услышав грохот, скорее всего уже позвали стражей. Останетесь здесь, или примите мою помощь?

— А что вы можете предложить?

— Увезу вас. Ночью одинокой женщине в городе небезопасно.

— Хорошо, — я даже не раздумываю. Все, что нужно, я взяла, действительно, пора отсюда уходить. — Поехали.

Герцог делает жест рукой, приглашая на выход. Прохожу мимо него, словно он — часть обстановки. Ух, как вкусно пахнет, гад! Что-то такое горячее, со специями, и хвойное немного, словно глоток глинтвейна под елкой. А надо сказать, что Новый год — это еще с детства мой любимый праздник. И тот факт, что приставучий герцог так чудесно пахнет, действует весьма раздражающе.

Мы выходим из дома и обходим его. Я, наивная, думала, что у герцога карета. Ха-ха. За домом, привязанный к ограде, нас ждет огромный черногривый конь.

— Мы на ЭТОМ поедем? — спрашиваю на всякий случай, хотя и так известен ответ.

— Да. Давайте руку, — герцог уже успел взлететь в седло и теперь ждет, когда и я соизволю вскарабкаться.

Делать нечего. Назвался груздем — полезай в кузов. Подаю руку и позволяю себя затянуть наверх. И, кстати, мой попутчик делает это легко, словно играючи, заставив меня всерьез задуматься, насколько же он силен. По фигуре видно, что мышцы есть, но я уже давно знаю, что мышцы не равно сила. Бывают сухие и жилистые парни, а такое с весом вытворяют, что и не снилось качкам в спортзале.

Сижу в седле, получаю новый опыт. На лошадях я когда-то ездила. В деревне у бабушки, еще молодой совсем. Но там была обычная старая кляча, едва волочившая ноги. Тут же такой зверь, что его постоянно нужно замедлять, иначе сорвется и понесет быстрее ветра. Прямо перед моими глазами смуглые руки герцога, держащие поводья. Его пальцы крепко сжаты, я вижу, сколько силы требуется, чтобы конь шел, как надо. Норовистое животное? Или герцог не очень хороший ездок? Словно в ответ на мой вопрос, раздается мужской голос:

— Сутки как купил этого коня, не объездил еще толком, не нашел к нему подход, времени не было.

Я только киваю и старательно отодвигаюсь настолько далеко от горячей мужской груди, насколько позволяет сиденье и мое платье. Впрочем, безуспешно. Как-то так оказывается, что я все равно спиной прижата к мужчине позади меня. А уж то, что я чувствую своей пятой точкой, невзирая на кучу юбок, мы вообще обговаривать не будем, не для верных жен подобные разговоры.

К счастью, едем мы недолго. И едва останавливаемся возле замка, герцог легко спрыгивает и протягивает ко мне руки. Приходится воспользоваться, а что делать? Не валиться же мешком с картошкой на его голову?

Аккуратненько кладу ладони на широкие мужские плечи, и позволяю рукам герцога обвиться вокруг моей талии. И съезжаю вниз по боку коня. Плавненько. И очень медленно. Сзади прижатая зверем, а спереди — мужчиной. Каждый бугорок прочувствовала, пока спускалась вдоль герцогского тела. Уверена, он тоже оценил, судя по черным горящим глазам.

— Можете уже отпустить, — говорю, — потому что уже долгую минуту, а может, и больше просто стою на земле, сжатая с двух сторон, как сосиска в хот-доге.

— Не могу, — отвечает хрипло.

А потом делает вроде как случайное движение, поправляет сбрую коня, и сбрасывает с меня маску. Наглец!

— Так я и знал! — восклицает и выглядит при этом так, словно ему только что подарили что-то, о чем он давно мечтал.

— Надеюсь, вы удовлетворены? — спрашиваю холодно.

— Еще нет, — отвечает.

И внезапно, жадно и очень настойчиво прижимается к моим губам в крайне собственническом и наглом поцелуе. А когда отодвигается, сияя начищенным самоваром, то говорит:

— Вот теперь да, удовлетворен.

— Это хорошо, — отвечаю ему.

И шлепаю по наглой морде смачно, с оттяжечкой, очень громкую пощечину.

— А теперь и я удовлетворена, — сообщаю в ошалевшие глаза герцога. — И раз мы оба уже удовлетворились, то будьте любезны, уберите свои руки с моей талии.