Развод с драконом, или Каждой твари по паре

Глава 22-1

Вечером Хелена приносит радостные новости, что новый судья признан более толерантным и менее сексистским, это значит, что подобная замена состава нам только на пользу. Впрочем, теперь зная, чьи лапки за этим всем стоят, я и не сомневалась.

Петруччо же, пообщавшись со своими бывшими коллегами по проживанию на улицах, разузнал мне имя дружка Амудсена, данные его и сестры. Оказывается, у нее здесь в центре города есть лавка, где она продает всякие настои и зелья. На общем совете было решено завтра с утра наведаться к ней в гости.

Утро следующего дня выдается пасмурным и прохладным. Мы быстро завтракаем и разбегаемся каждый по своим делам. Хелена — в суд. А мы с Петруччо — к дамочке, которая делала зелья для моего почти бывшего мужа.

Магазин барышни, как ни странно, хоть и находится в хорошем месте, не производит впечатление доходного предприятия. Рамы на окнах с облупленной краской, разбухшая дверь открывается с большим трудом и издает при этом душераздирающий стон. Ступени скрипят, а пол в лавке прогибается под моим весом, заставляя идти быстрее и опасаться, что он может проломиться, а я окажусь зажата старыми досками.

— Доброе утро, — говорю приветливо, глазами показав Петруччо отойти подальше.

— Доброе, — буркает в ответ женщина непонятного возраста. Полноватая, с грязными волосами, скрученными в гульку, опущенными вниз уголками губ и сутулой спиной.

— Вы владелица этого магазина? Леонелла?

— А кто спрашивает? — женщина бросает на меня настороженный взгляд темных глаз. Несмотря на ее крайне неопрятный вид, она совершенно не похожа внешне на брата. Ни одной общей черты. Не то, чтобы я ждала, что они будут похожи. Просто констатация факта.

— Меня зовут Алария. Я жена графа Амудсена Севарда, — решаю ничего не придумывать, сразу говорить, зачем пришла.

— И что вам тут надо?

— Поговорить хочу.

— Некогда мне разговаривать, работать надо, — делает вид, что чем-то занята, присаживается под прилавком.

— Я оплачу ваше время, — говорю и кладу один золотой. Из того самого мешочка денег, которые забрала у мужа вместе с дневником и документами.

Леонелла поднимает голову, смотрит на монету, встает во весь рост.

— Хорошо, — быстро прячет золотой в карман засаленного фартука. — Говорите.

— Вообще-то я хочу получить ответы на свои вопросы.

— Смотря какие вопросы. Спрашивайте.

— Я знаю, что вы давали моему мужу снадобье, из-за которого я не могла родить ребенка.

— Да, давала, — кивает.

— Но я сдала кровь и в анализе не обнаружили никаких следов чего-то инородного.

— Конечно, — усмехается.

— Почему?

— Этот вопрос будет стоить дороже.

Достаю из кармана еще две золотые монеты и кладу на прилавок перед Леонеллой. Владелица магазинчика сразу же сметает золото в свой фартук, довольно сверкая глазами.

— Почему ничего не было обнаружено у меня в анализе крови? — переспрашиваю.

— Потому что мое снадобье пили не вы.

— То есть, вы делали его для Амудсена? — уточняю.

— Именно так. Оно действует только на мужчину.

— Как часто его нужно пить и как долго оно работает?

— Каждый день. Через трое суток полностью выводится из организма естественным путем.

— То есть, когда Мариса родила от него ребенка, он специально не пил ваше снадобье?

— Нет. Ваш муж, уж извините, мерзкое чудовище. Впрочем, как и мой братец. И Амудсену не нравилось, что он зависит от моего труда и меня. Он решил проверить, можно ли не пользоваться снадобьем, отчего-то решив, что оно уже полностью лишило его детородной функции. И просчитался. Так получился совершенно не нужный ему ребенок.

— Мерзавец…

Леонелла удивленно поднимает на меня глаза.

— Я пытаюсь развестись с ним. Но пока дело идет не очень хорошо. Вы согласитесь свидетельствовать, что он пил это снадобье?

— Вы что? Нет, конечно! — женщина даже отступает назад. — Мой брат меня покалечит. А я еще хочу жить.

— Я помогу вам. Дам много денег. Вы сможете уехать.

С каждой произнесенной мной фразой, у Леонеллы разгораются глаза.

— Я не буду свидетельствовать. Но если вы мне поможете, скажу вам кое-что, что поможет выиграть процесс.

— Хорошо. Сначала говорите, потом я дам вам золото.

— Сколько у вас есть?

Не колеблясь ни минуты, я вытаскиваю тот мешочек с золотом, позаимствованный у Амудсена и кладу его на прилавок. Будет очень даже справедливо, если за все нужные мне сведения заплатит муж.

Монеты приглушённо звякают, Леонелла не сводит глаз с мешочка.

— Ваш муж до сих пор пьет снадобье, — наконец произносит.

— Что? — переспрашиваю.

— Только сегодня отправила ему свежую порцию.

Договорила, и тут же схватив мешочек, быстро скрывается в подсобке.

— Спасибо, Леонелла, — говорю и собираюсь уходить, когда женщина высовывает голову и произносит.

— Они с Гюставом шантажируют женщин. Приличных леди. Если вы сможете найти доказательства, у вас появится очень много искренне благодарный должниц по всему городу, а может, и королевству. И еще…

Леонелла быстро подходит ко мне и тычет в руку какие-то бумажки.

— Это то, что они заставляли меня делать. Я никогда не хотела… но что я могла? А теперь могу. Благодаря вам. Удачи, Алария.

И снова быстро скрывается в подсобке. Я же, спрятав вверенные мне грязные листки в сумочку, зову Петруччо и выхожу на улицу. Ну что ж, день выдался плодотворным. Правда, не таким, как я думала, но тоже ничего.