Развод. Ты (не) заслуживаешь прощения

Глава 33

Впервые за много лет я чувствую… страх.

Он сковывает меня изнутри, волнами прокатывается по телу, заставляет легкие сжаться.

Пока еду в больницу, почти не дышу.

В голове пустота.

Она пришла на смену вопросам, которые мелькали в голове, не давая ни на чем сконцентрироваться.

Какой выкидыш?

Что произошло?

Это какая-то ошибка

Как только мне сообщили о произошедшем, я рванул на выход. Настя пыталась преградить мне путь, задержать, но я оттолкнул ее.

Девушка с грохотом упала на пол, а через секунду раздался визг, в котором я смог разобрать одно слово: «козел». Плевать.

У меня была цель — добраться до больницы, как можно быстрее.

Уже в коридоре я позвонил водителю, после чего спустился на лифте на первый этаж, пересек холл, вылетел на улицу и прыгнул в ждущую меня автомобилю.

Все делал на автомате. Тело работало как машина, пока разум пытался найти ответ на главный вопрос: «Что же случилось с женой?».

Когда утром я уходил на работу, все было в порядке. Мы с Людой вместе позавтракали омлетом с сыром и ветчиной. Я предупредил, что буду поздно — дел накопилось миллион. Поцеловал жену, погладил ее только начавший округляться живот и уехал.

Люда же собиралась заняться обустройством детской и чувствовала себя прекрасно.

В какой момент могло случиться непоправимое?

Может, жена неудачно упала?

Или ей было плохо, но она не призналась, а я не заметил?

Медсестра, с которой я разговаривал по телефону, не смогла толком ответить ни на один из заданных мною вопросов.

Поэтому я изводил себя, пока усилием воли не заставил себя ни о чем не думать, чтобы успокоиться.

Это оказалось самой правильной стратегией. Сначала нужно выяснить, что произошло, а потом действовать.

Но мое спокойствие длится ровно до того момента, пока машина не тормозит у белого пятиэтажного здания, расположенного на огороженной территории посреди густо растущих деревьев.

Выхожу на улицу так быстро, как могу. Поднимаюсь по широкой лестнице. Через стеклянную дверь попадаю в светлый холл, где на противоположном конце вижу надпись “регистратура”.

Узнать, где моя жена, удается без особых трудов. Светловолосая молоденькая девушка, как только видит меня, пугается так сильно, что даже не смеет возразить. Дрожащими пальцами набирает на клавиатуре имя Люды, а потом указывает на лифт.

Гинекологическое отделение находится на третьем этаже. Вроде бы не особо высоко, но пока я поднимаюсь, кажется, что проходит вечность. Поэтому стоит створкам раздвинуться, мчусь по коридору. Когда прохожу мимо поста медсестер, меня кто-то пытается остановить. Кричит вслед, но я не обращаю внимания. Не останавливаюсь, пока не нахожу палату с номером 303.

Мне требуется вся моя внутренняя сила, чтобы обхватить ручку и нажать на нее. Ведь знаю, что ничего хорошего в палате не увижу. Но я все еще верю, что с Людой и моим малышом все в порядке.

Поэтому набираю в грудь как можно больше воздуха расправляю плечи и толкаю дверь. Стоит переступить порог, как я оказываюсь в небольшой одноместной палате с белыми стенами, кроватью посреди комнаты, тумбочкой и столом с двумя стульями. Но интерьер меня мало волнует. Концентрируюсь на жене.

Люда лежит на кровати, накрытая до груди белым одеялом. Ее глаза закрыты, грудная клетка размеренно поднимается и опускается.

Подхожу ближе.

Дыхание прерывается, когда вижу посеревшую кожу жены, впалые щеки, сухие, потрескавшиеся губы и дорожки на щеках от высохших слез. Люда дышит, но выглядит будто из нее вытянули жизнь.

Все внутри скручивается в тугой, болезненный узел. Обжигающая ярость разливается по венам. Уничтожу виновника, как только найду его!

Стискиваю челюсти в попытке сохранить самообладание. Помогает плохо.

— Кто это сделал с тобой? — шепчу, накрывая руку жены — холодная.

Сжимаю тонкие пальцы, не могу отвести глаз от бледного лица Люды. Мысли о ребенке гоню от себя. Сначала нужно убедиться, что с Людой все будет в порядке.

Не знаю, сколько стою так, просто наблюдая за тем, как жена лежит, будто прикованная к кровати, и размеренно дышит. Очнуться получается, только когда слышу тихий скрип открывшейся двери.

Оглядываюсь через плечо и вижу худенькую блондинку в синем форменном костюме и волосами, затянутыми в тугую гульку. На груди у девушки висит бейдж, но она стоит слишком далеко, чтобы разобрать что-то на нем.

— Вы муж пациентки? — профессионально произносит девушка, подходя ближе.

Снова бросаю взгляд на бейдж, игнорирую имя, потому что взгляд цепляется за должность “врач-гинеколог”. Сердце тут же разгоняется, взгляд застилает красная пелена ярости. Пальцы свободной руки сжимаю в кулак, заставляя себя стоять на месте.

— Надеюсь, ты не скажешь сейчас, что убила моего ребенка? — произношу спокойно, но глаза девушки все равно распахиваются в ужасе.