Развод. Ты (не) заслуживаешь прощения

Глава 50

— Привет, — улыбаюсь Дине, которая сидит в белой пижамке с сердечками в детской кроватке с бортиками и крутит в руках белоснежного мишку.

Я до сих пор в шоке от того, что когда мы вчера поздно вечером вернулись в квартиру мужа, комната для малышки уже была готова. В ней установили кроватку, шкафчик с новой детской одеждой, тумбу с игрушками, большой плюшевый диван. На пол постелили коричневый пушистый ковер, в котором тонут ноги. Конечно, видно, что все сделано на скорую руку, но даже это потрясло меня. Плюс, для малышки Миша выбрал комнату напротив моей, что очень удобно, если вдруг девочка проснется ночью.

Дина, как только видит меня, тоже широко улыбается. Перехватывает мишку за ухо и тянет ко мне свои руки.

Сразу же подхватываю малышку и прижимаю ее к себе вместе с новым другом. Моя шелковая пижама кофейного цвета немного скользит, но это не мешает мне крепко держать драгоценную ношу.

— И давно ты проснулась? — заглядываю в голубые глазки Дины.

Малышка, естественно, ничего не отвечает, только дотрагивается маленькой ладошкой до моей щеки и пронзительно смотрит на меня, при этом улыбаясь.

Тепло разливается в груди, мчится по венам, согревает тело.

Впервые за долгое время, я проспала всю ночь. Уверена, что дело в девочке, которая ворвалась в мою жизнь и сразу же назвала меня “мамой”. Мне кажется, именно в тот момент я решила, что мы должны быть вместе. Хорошо, что Миша встал на мою сторону. Потому что, когда Светлана услышала, что мы собираемся забрать малышку, начала нас отговаривать. Сказала, что с ней могут быть проблемы, и если мы хотим усыновить ребенка, то нам лучше выбрать другого.

Твердость Миши сыграла на руку. Не знаю, что мужу пришлось сделать, чтобы нам отдали малышку в тот же день. И если честно, не хочу знать.

Важно, только то, что Дина сегодня ночевала не в детском доме, а в уютной кроватке… в безопасности.

— Если проснулась, нужно давать об этом знать, — журю девочку, дотрагиваясь до ее носика. — Пошли кушать, — удобнее перехватываю Дину и вместе с ней иду на первый этаж.

Кухня, соединенная с гостиной, оказывается пуста. Зато возле стола нахожу деревянный детский стульчик.

Сердце на секунду сжимается — Миша обо всем подумал.

Усаживаю Дину, ставлю перед ней на встроенный столик мишку, а сама иду исследовать ящики на предмет еды, которой можно было бы накормить ребенка. Стоит открыть первый попавшийся шкафчик, замечаю с десяток запечатанных картонных пачек с разными кашами. Хмурюсь, не понимая, откуда они взялись? Миша же их не ест. Не найдя ответа на вопрос, достаю овсянку. Ставлю на гранитную столешницу. Иду к холодильнику. Открываю и едва не роняю челюсть на пол. Он забит едой.

Даже, когда мы с Мишей жили вместе, у нас не было столько продуктов в холодильнике. Не думаю, что муж начал готовить. Значит, купил все это для нас с малышкой.

Не знаю, как ко всему этому относиться. Откуда-то берется мысль, что Миша все делает специально, чтобы оставить меня рядом с ним. Но я стараюсь об этом не думать. Лучше решать проблемы по мере их поступления. Сейчас главное — позаботиться о малышке.

Я даже не сомневаюсь, что путь к усыновлению будет долгим. Но я справлюсь. Со всем справлюсь… должна справиться.

Достаю из холодильника молоко. Наливаю его в сотейник и ставлю на плиту. На мгновение прикрываю глаза. Впиваюсь пальцами в столешницу, стискиваю челюсти.

Может, я слишком быстро приняла решение забрать девочку?

А что если я все-таки не потяну материство? Я же не так давно потеряла ребенка. Вдруг, мне еще рано думать о другом малыше?

Вот только стоит мне поддаться сомнениям, как перед глазами вспыхивает сон, заставивший ночью литься слезы по моим щекам.

Зеленая поляна, залитая солнцем, дарует спокойствие. Теплый ветерок треплет волосы, развевает белое платье, скользит по коже. Стою посреди райского “островка”, обрамленного деревьями, и не могу отвести взгляда от коричневого пледа в клеточку, расстеленного на траве. Хотя не он привлекают мое внимание, а два ребенка, лежащих на нем на животиках и играющих в машинки. Светловолосую девочку в розовом платьице узнаю сразу — это Дина. А вот темноволосого мальчика я никогда не видела, хотя он кажется смутно знакомым. Вот только стоит ему поднять на меня свои шоколадные глазки, как сердце пропускает удар… Дима.

— Люда, — раздается сзади.

Вздрагиваю. Распахиваю веки, вытираю влажные дорожки со щек. Разворачиваюсь.

Миша в серых спортивных штанах и белой футболке стоит в проходе, разделяющем кухню и гостиную. Пронзительно смотрит на меня.

— Что случилось? — сужает глаза, явно, замечая признаки слез, которые мне не удалось скрыть.

— Ничего, — шмыгаю носом и бросаю взгляд на Дину, которая внимательно смотрит на Мишу. Такое чувство, будто девочка изучает его. Хочет, забраться в голову к интересующему ее мужчине и покопаться там. — А что ты делаешь дома? — перевожу тему, когда понимаю, что Миша все еще пристально смотрит на меня. — Я думала, ты уехал на работу.

Муж еще какое-то время прожигает меня пронзительным взглядом, после чего расслабляется. Похоже, понимает, что я не собираюсь отвечать на заданный вопрос.

— Сегодня из дома поработаю, — пожимает плечами, проходит на кухню, но направляется не ко мне, а к малышке. Садится на стул рядом с ней, смотрит сосредоточенно. Дина тоже не отводит любопытного взгляда от Миши.

Они изучают друг друга. Мне даже кажется, что мысленно разговаривают.

Огонь ревности опаляет изнутри. Не знаю, откуда она берется, но мне приходится сделать глубокий вздох, чтобы его потушить.

— Скоро приедет юрист, — вдруг говорит Миша, протягивая Дине руку. Малышка тут же забывает о мишке, обхватывает маленькой ладошкой указательный палец моего мужа.

— Юрист? — внутри все сжимается. — Зачем? Чтобы разобраться с документами на усыновление?

Миша еще какое-то время смотрит на Дину, после чего переводит осторожный взгляд на меня.

— И да, и нет, — замолкает, наблюдает за моей реакцией. Решает, стоит ли мне говорить, что происходит или лучше промолчать? Но, в итоге, видимо, понимает, что от меня лучше ничего не скрывать, поэтому вздыхает и четко проговариваривает каждое слово: — У девочки есть родственники.

Земля уходит из-под ног.