Развод. Ты (не) заслуживаешь прощения

Глава 48

— Я спрашиваю, что здесь происходит? — Миша подходит ближе. Смотрит сначала мне в глаза, потом на малышку у меня на руках. Выгибает бровь.

— Ваша жена не отдает ребенка! — воспитательница включает «девочку», даже губу нижнюю выпячивает. Это выглядит настолько театрально, что я не могу сдержать шокированного выдоха. — Девочка сбежала, наткнулась на Людмилу, — никак не угомонится Евгения Павловна. — Я благодарна вашей жене за то, что она присмотрела за Диной. Но теперь ее нужно вернуть на место!

В груди вспыхивает жар. На место? Серьезно? Это же ребенок, а не кукла какая-то! Шумно выдыхаю, собираюсь сказать Евгении Павловне, какое место подходит конкретно ей — задница, но мое внимание привлекают сузившиеся глаза Миши, направленные в мою сторону. Дрожь волной проходится по телу. Если муж сейчас велит отдать девочку, я ему этого не прощу. Никогда!

— Люда? — Миша склоняет голову набок.

В его голосе проскальзывает любопытство, больше ничего не улавливаю, но все равно, на всякий случай, прижимаю малышку к себе покрепче.

— Поговорим наедине? — произношу тихо.

Бросаю взгляд на женщину в сером костюме, чье лицо краснеет от злобы. Но не проходит и мгновения, как Евгения Павловна белеет.

Неужели догадалась, о ком пойдет речь?

Миша же еще мгновение прожигает меня пронзительным взглядом, после чего кивает.

— Позовите Светлану, мы будем в кабинете директора, — бросает муж воспитательнице, продолжая смотреть только на меня. — Пошли, — указывает подбородком на крыло коридора, противоположное тому, откуда я пришла.

— А девочка?! — возмущено взвизгивает Евгения Павловна, при этом снова краснеет, все больше напоминая свеклу.

— Идет с нами, — чеканит Миша, кладет ладонь мне на поясницу и подталкивает в нужном направлении

Благодарно улыбаюсь мужу — для меня очень важно, что он стал на мою сторону. Поэтому, не сопротивляясь, иду в нужном направлении. Миша не отстает от меня ни на шаг.

Сзади раздается фырканье, чем-то напоминающее лошадиное, а следом — тяжелые, стремительные шаги.

Но нас с Мишей они не останавливают.

Мы быстро достигаем конца коридора, где находится деревянная дверь без обозначений. Миша открывает ее, пропускает сначала меня с девочкой, а потом заходит сам.

Мы оказываемся в просторном кабинете с бежевыми стенами и широким окном напротив двери. Его заслоняет только офисное черное кресло, большой стол и два стула для посетителей. У одной стены установлен шкаф со стеклянными дверцами, за которыми пока пусто, а у другой — расположен коричневый диван и сбоку от него деревянный журнальный столик с торшером.

Еще пару секунд осматриваю пространство, которое кажется мне идеальным рабочим местом — в мыслях мелькают идеи, как можно было бы дополнить интерьер, но отмахиваюсь от них. Я сюда пришла не для того, чтобы заниматься дизайном, поэтому просто направляюсь к дивану, сажусь на него, устраиваю малышку у себя на коленях, личиком в свою сторону, и смотрю на нее.

Дыхание перехватывает, когда понимаю, что она уснула прямо у меня на руках. Улыбка тут же касается моих губ. Я осторожно перехватываю девочку, делая из рук импровизированную люльку, после чего перекладываю малышку к себе на колени, надеясь, что она поспит подольше.

Мгновение любуюсь прекрасным ангелочком, а потом поднимаю голову и встречаюсь с нахмуренным мужем.

Миша все еще стоит у двери, прислонившись к стене и засунув руки в карманы брюк. Его челюсти плотно сжаты, а на щеках ходуном ходят желваки. При этом муж смотрит на нас с девочкой так, будто эта картина причиняет ему невыносимую боль.

Только сейчас понимаю, как выгляжу со стороны с ребенком на руках. Примерно так бы я держала нашего ребенка, если бы он был с нами. Сердце болезненно сжимается, горло перехватывает, слезы подкатывают к глазам, но я не успеваю им поддаться, малышка начинает шевелиться.

Опускаю взгляд и чувствую, как тепло разливается в груди.

Девочка выглядит до очень мило, причмокивая губками во сне и щурясь из-за солнечного лучика, попадающего ей в глазки через окно. Чуть отодвигаюсь в сторону, чтобы Дина могла спать спокойно.

Дина…

Хватаю ртом воздух.

Почти как Дима.

Сердце пропускает удар.

А что если…? Получится? Это вообще возможно?

— Люд, что случилось? — голос мужа пробивается сквозь сумбур, творящийся в голове.

Вздергиваю голову, встречаюсь с черными пронзительными глазами Миши и моментально принимаю решение.

— Нам нужно разобраться с персоналом, присматривающим за детьми, — чеканю. — А еще я… — прохожусь языком по пересохшим губам, — … хочу удочерить эту девочку.