Рионада

Глава 12 Проблемы телепортации

Просмотреть записи — и восхититься.

Настя не знала, чем именно ее настолько привлекал «котик», а не трещотник или граймсы. Способностью к телепортации, недоступной людям и ствелларам? До сих пор процесс распада и сборки тела обратно не получался. Перенести яблоко — просто, а кого-то живого — опасно. Самый успешный перенос лабораторной мыши завершился переменой мест хвоста и головы, животное не вынесло такой насмешки и немедленно скончалось.

Огромный кот на этой планете скакал и бегал, телепортировался совершенно бодрый, помирать не собирался и физиомордию с хвостовой частью не путал.

— Это одно и то же существо? — спросила Настя.

— Недостаточно данных, — Андрей крутил изображение, рассматривая ночного гостя под всеми мыслимыми ракурсами. Вещи были собраны, а они все сидели возле мумии жреца и разглядывали отснятый материал.

— Смотри, у него ухо как будто порвано. Думаю — это отличительная черта, — указала Настя.

Настя пересмотрела самую первую запись, но там ушей было не видно.

— При следующей встрече будем разглядывать и пытаться наладить контакт, — начальник запустил в охранный дрон программу отслеживания конкретно этого представителя местной фауны. — Он, похоже, за нами следит и вернется. Если превращается в подобие человека, должен быть схожий с нами речевой аппарат, нейролингвист хоть где-то пригодится.

Настя подумала о ствелларах с трудом обучавшихся земным языкам, строение их глотки не позволяло учиться быстро, и они все время возмущались, для чего на Земле такое количество языков? Да, семьсот лет назад ввели международный язык «клэнто», людям стало намного проще общаться, но и национальные языки никуда не делись. Более того, они являлись культурным наследием цивилизации и были обязательны к освоению. Маленькие дети сперва говорили на клэнто, а в школе изучали языки по своей национальной принадлежности. Настя давненько не говорила по-русски, около года назад последний раз практиковалась в День речи. Интересно стало, насколько хорош в русском ее начальник?

Они смотрели запись в замедленном режиме: желтые глаза казались совершенно спокойными, когда он напал на самоходку. Угрожающее рычание из зубастой пасти никак не отразилось во взгляде. Настя с легкостью могла представить, как эти костяные кинжалы пронзают плоть. Вздрогнула, но тут же опомнилась.

— Жаль, не принял другую свою форму, — вздохнула она. Азарт исследования понемногу захватывал ее разум.

Настя никогда не была в экспедиции.

Ходила с отцом в походы — да, но диких мест на Земле не осталось, люди были повсюду. По сути турист просто перемещался по локациям с удобствами. На освоенных курортных планетках вообще нельзя было шагу ступить без присмотра. На Кайе предпочитали азартные игры и наслаждались термальными источниками. Левада славилась зелеными пляжами и гибкими законами: на ней можно было то, что нельзя на других, и запрещенку могли доставить прямо в номер.

На Рионаде, в этом лесу, не было гида, душа, туалета, кровати, уединения и девушка пыталась продумать, как организовать хотя бы душ. Санитарная ткань изнанки спецкостюма позволяла быть в тепле, сухости и не вонять какое-то время, но не месяц же; расческа не только меняла цвет волос, но и очищала их — плюс. Воды на этой планете было в избытке, стоило только рискнуть и залезть в водоем, стать первопроходцем. За эту мысль и уцепилась Настя: стать первой во всем. Давать названия рекам и горам, идти по земле, где не ступала нога человека, видеть то, что другим не снилось…

— Давай назовем О-34 как-нибудь красиво. Например, Паоло, — предложила она Андрею. Он оторвался от записей, пожал плечами:

— Давай.

Отдал голосовую команду наксу, название на карте сменилось.

— Итак, наш путь к Паоло, — Андрей передал на устройство помощницы информацию.

Зеленая линия тянулась вдоль Ветреной реки, повторяя изгибы. Расчетное время на эйромотах — четыре дня, должны успеть до сезона дождей. «Морок» прислал пустой дрон для образцов и сам транспорт, компактную палатку для отдыха пристроил будто подарок на сиденье.

Настя не доверяла электронной технике со времен той жуткой аварии в детстве. Эйромоты подкупали гибридностью: можно было менять настройки под себя и при желании управлять руками. Два серебристых агрегата, похожих на уменьшенную копию турбины самолета времен начала двадцатого века, парили в полуметре над перенасыщенной влагой землей. В обтекаемом корпусе пряталось сиденье и панель управления с минимальным количеством кнопок, штурвал. Пилота от непогоды и ветра защищало тончайшее стекло, при желании можно было раскрыть купол как над базой, персональную версию.

Самоходка была укомплектована, образец шерсти «кота» и цветы из пункта управления останутся лежать, ждать, когда «Морок» их заберет и прогонит через анализаторы.

— Пока костлявый, скучать не буду, — Настя махнула мумии на прощание и послала кривоватую улыбочку.

Низкие темно-зеленые тучи застилали небо, как бы напоминая, что если дождь не идет и не грохочет — это временно, нечего расслабляться. Ветер дул с севера, порывами трепал верхушки деревьев и пригибал подсохшую траву. Почва здесь была жадная. Уровень воды упал, от небесной щедрости прошлого дня остались лишь чавкающие звуки под сапогами. Настя вслед за Андреем забралась в эйромот, настроила сиденье, опустила купол. Ветер отрезало, стало теплее. Наушник ожил:

— Вперед, к новым открытиям? — серьезно спросил Кощеев, как будто в чем-то сомневался.

— Конечно, но не быстро, — Настя покрутила головой, осматривая их кортеж.

Самоходка самая медленная, на нее стоит ориентироваться. Охранные дроны шустрые, дрон для сбора образцов прицепили к транспорту Андрея. Они готовы.

Штурвал будто просился в руки, бортовый компьютер вывел на экран синхронизированные с наксами данные о маршруте и погоде. Ожидались порывы ветра, атмосферные волнения, сияние и ранние сумерки из-за ухудшения погодных условий.

— Тогда погнали, — и Андрей полетел в сторону лесного массива, Настя за ним. Им предстояло выбраться в более свободную зону реки и лететь вдоль воды. Девушка украдкой бросила несколько взглядов назад. Остов корабля и его тайны как будто требовали вернуться. Было немного боязно покидать этот случайный приют — природная мощь Рионады пугала, а это хоть какой-то кров. Но… «Риск — это цена за новые возможности», как любил говорить отец. Так что нечего трясти поджилками.

Они углубились в лесной массив, пробираясь напрямик к реке — там будет проще ориентироваться и передвигаться. Кроны деревьев беспокойно качались, то и дело скрывая серо-зеленые лоскуты неба. Настя задрала голову, пытаясь разглядеть в просвете туч спутники или ту красивую зелень, которая встретила ее здесь по прилету, но атмосфера планеты явно была не в духе. Настя так засмотрелась, что едва не врезалась в ствол.

— Анастасия, да включи автопилот! — Андрей неодобрительно покачал головой, в ответ она упрямо сжала губы, сконцентрировалась на вождении. «Анастасия, включи автопилот», капризным голоском передразнила она мысленно начальника и покрепче сжала штурвал.

Между деревьями стало тесно, им пришлось растянуться в цепочку. Андрей первый, самоходка семенила следом за ним, забавно переставляя тонкие паучьи ноги, несла в «брюшке» их пожитки. Охранные дроны прикрывали спереди и сзади. Настя мельком подумала, в какое интересное время живет: пришельцы, новые планеты, и с тех пор, как прилетели ствеллары, прогресс землян шагнул далеко. Каждый день что-то да происходило, то и дело выступал совет президентов с указами. Люди летали вглубь галактики, исследователи пропадали целыми экспедициями, или напротив — возвращались с триумфом. Разведывали залежи ископаемых на всех доступных спутниках в солнечной системе, астероидах, высаживались на кометы, тормозили их и разбирали на составляющие, оставляя лишь облако пыли в ледяном пространстве. Человечество давно истощило ресурсы Земли, и планета служила скорее колыбелью, в прямом смысле этого слова. Заводить детей на Марсе или крупных спутниках Юпитера было нельзя — не та гравитация и радиационный фон порождали жуткие мутации и отклонения у плода. Искусственное выращивание было нецелесообразно и дорого.

В других системах не было достаточных колоний, только исследовательские. Курортные планеты служили определенным целям и воспроизводству не было там места. Настя слышала, что на Рионаду возлагают большие надежды, как подходящую для переселения. Хрупкий вид «homo sapiens», несмотря на продолжающуюся эволюцию, все еще не был приспособлен к тяготам жизни вне родной планеты. Тем временем человечество сокращалось из-за возможностей долголетия и дороговизны всего на свете.

И вот они прокладывают первые тропки в диком, прекрасном в своей новизне мире. Настя снова оглядывалась, но теперь только по сторонам: желтоватая кора создавала иллюзию светлого дня, но это был обман, такой же как красота Рионады. А еще ей казалось, что Андрей что-то недоговаривает и стоит его расспросить о планах на эту планету. Не верилось, что огромная нефтяная корпорация вкладывает деньги в исследования из альтруистических соображений.

Передний охранный дрон вдруг полетел вперед быстрее, скрылся в зарослях, но приборы молчали, значит никто не нападал.

— Накс показывает, что до реки минут пятнадцать нашей скоростью, — ожил наушник. — Впереди как будто что-то странное, на туман похоже.

Эйромоты зависли над землей, Настя всмотрелась. Между стволами впереди густел воздух, на нижних ветвях и прутиках подлеска как будто развесили крошечные светло-серые облака.

— От реки принесло? — спросила Настя.

И почти сразу загорелись значки бортовых компьютеров. Уровень метана резко повышался.

Андрей нахмурился, прищурился, хотя прекрасно видел, но отказывался воспринимать информацию. Прямо на их пути оказалось обширное болото, а ведь недавние съемки местности ничего подобного не выделяли. Не могло же оно появиться после непогоды? На образование болота уходит больше одних суток, значительно больше.

— Морок? — позвал Андрей наудачу, но блок связи лишь шипел, и он выругался: — Твою ж компьютерную мать…

Отправил второй дрон для сбора информации.

— Что там? — спросила Настя, подлетая ближе.

Он бросил на нее взгляд, розовые волосы ярко выделялись на фоне леса. Действительно, с новым цветом ее можно быстро найти.

— Болото, — ответил Андрей, и перевел взгляд на бортовой компьютер. — Смотри.

Охранно-разведывательные дроны не годились «Мороку» и на заклепки в полу ангара, но мощностей хватило для понимания проблемы: ровнехонько на их пути действительно появилось болото. Картинка собиралась и нравилась все меньше с каждым фрагментом.

— … Вдоль Ветреной реки, частично захватывает ее берег, форма эллипсоидная, — бурчала Настя, следя за картой. — Напрямик было пятнадцать минут, а теперь полтора часа.

— Если бы самоходка летала, мы бы не делали крюк.

— Да ладно, не пешком же, — оптимистично ответила помощница. — Смотри на это иначе, вдруг найдешь что-то интересное.

Видео с дронов было мутным, камеры запотели, включился режим «летучая мышь». Локаторы собирали картинку, теперь она походила на графический рисунок. Стволы деревьев кренились прямо на глазах, как будто их подпили у основания. Первое с треском обрушилось, ломая по пути ветви соседей и маленькие деревья, смяло гладь болота. Вслед за ним торопливое множество скромных плюхов. Ударная волна разошлась во все стороны точно вздох природы, Андрею почудилось в этом звуке облегчение. Эйромоты слегка сместило воздушной волной.

Туман подбирался все ближе к ним, густел, дрожал, менял цвет с белого на серый, с серого на зеленоватый и обратно. В нем что-то вспыхивало, огоньки разбегались в стороны, ныряли, поднимались, но не выходили из массы тумана туда, где он редел. Это не насекомые и не глаза маленьких животных, и концентрация газов для смешивания и воспламенения не была подходящей. Тогда что это?

После падения наступила оглушающая тишина, предупреждающие сигналы наксов звучали излишне громко: уровень загрязнения воздуха рос. Лабильная смесь сложных углеводородов, метана, углекислого газа, сероводорода и радона быстро распространялась. Падение дерева как будто вытащило заглушку — газы наполняли воздух, сильный ветер остался вне леса и разгонять их до безопасного уровня не мог. Их маски не справятся с таким загрязнением.

— Даже если бы самоходка летала, идти прежним курсом опасно, — Андрей смотрел, как на экране тонет ствол, пытался прикинуть глубину внезапно образовавшегося болота.

— Надо уходить. — полувопросительно сказала Настя.

— Да, убираемся отсюда, пока не надышались.

Они вновь выстроились и легли на новый маршрут. Позади и с правого борта от них расползался туман, на болоте то и дело слышался треск и всплески. Огоньки постепенно исчезали, но не пропадали совсем.

— Почему они падают? — спустя некоторое время спросила Настя вторгаясь в мыслительную работу. В другой момент он бы вспылил — терпеть не мог, когда мешают размышлять, но помощница была любознательна и ему это импонировало. А когда проговариваешь вслух — думается иначе, тоже польза.

— У меня появилась теория, — сказал он. — Как ты знаешь, здесь нет насекомых.

— И это здорово, комары и тараканы… Фу…

— О них и не будем. Насекомые играют ключевую роль в поддержании здоровья лесов, утилизируя мертвые и ослабленные деревья. Это на Земле.

— Та-ак, — протянула Настя.

— Я все думал, как здесь происходит переработка старых деревьев. Теперь у меня появилась теория — мгновенное заболачивание и, вероятно, что-то или кто-то в воде ослабляет корни деревьев, они падают и быстрее перегнивают во влажности. Но это теория. Мне нужна доказательная база.

— Время будет.

— Рассчитываю на это, — Андрей отправил один из дронов далеко вперед, а сам посматривал на приборы, изредка оборачивался. Настя с интересом впитывала в себя его слова и окружающее.

— Так интересно, я про насекомых каждый день не думаю, тем более об их пользе, — сказала Настя.

— У тебя такое выражение лица, будто в голове кругами бегает толпа крошечных научных сотрудников, — хмыкнул Андрей.

— Эй! На себя посмотри, это должна была быть моя фраза! — хихикнула она.

— Но я успел первым.

— Расскажи мне что-нибудь еще.

Ему импонировала жадность Насти к новому. Информации было много и безумно хотелось поделиться секретами отца. Андрей подумал и выбрал самый нейтральный путь — заполнить пробелы в уже имеющихся знаниях.

— Трещотники могут менять свой пол, ты читала?

— Нет, — удивилась Настя.

— Мы сами не видели, но в образцах биоматериала достаточно данных. Возможно, если сильный перевес одного пола над другим они достигают равновесия таким образом.

Теории, но правдоподобные. Если на Земле подобное встречалось, то и на схожей с ней планете вероятность высокая. Иначе для чего им этот механизм?

Андрей нашел что рассказать и про растения.

Болото собирало свою дань, то и дело падали деревья, туман и огоньки преследовали их весь обходной путь к реке.

«Морок» не выходил на связь.

К тому моменту, как они обогнули болото, продрались сквозь лес к реке, сделали небольшую остановку, чтобы размять ноги и поесть, действительно наступили ранние сумерки. Небо приобрело темно-зеленый оттенок, укрылось тучами ровно, практически беспросветно, ветер усиливался, решено было поставить лагерь.

Река волновалась. Поверхность бугрилась, пенилась, и поток несся быстрее, чем раньше. Они опасались разлива воды и устроились немного вдали у берега, между четырех деревьев.

Саморазборная желтая палатка, присланная «Мороком» встала плотно, крепежи надежно ввинтились в землю, термоматериал поддерживал внутри одинаковую температуру, надувные кровати расправились и приглашали лечь. В ней можно было встать во весь рост, переодеться и даже принять своеобразный «душ». Санитарные губки, присланные с корабля были незаменимой вещью в экспедициях: очищали, избавляли от запаха тела и не требовали воды. Они по очереди привели гигиенические процедуры и по ощущениям жить стало гораздо лучше.

— Все равно это… — начал Андрй.

— … не заменит воду, — закончила Настя.

Повисла пауза с подтекстом, что пока не поддавался расшифровке. Андрей временами забывал собственную идею по изучению девушки, просто наслаждался обществом. Теперь Настя и фразы за ним может договорить? Поразительная синхронизация за столь короткий промежуток времени.

Вода была под боком — неизведанная, и потому казавшаяся злой.

Ощутимо похолодало, капюшоны спецкостюмов в очередной раз пригодились. Спасибо разработчикам!

— Голова болит, — пожаловалась Настя, когда они уже сытые сидели перед палаткой.

Андрей оторвался от дневного отчета, кивнул и неохотно признался:

— У меня тоже, — магнитная буря вызванная вспышкой Этэруса набирала силу. — Как будто в затылок положили кусок железосодержащего астероида. Может, поспишь?

— А ты?

— Пока не хочу, — у него были еще дела с отчетом.

Настя покладисто выпила еще одну таблетку, раздраженно поправила маску и скрылась в палатке. Там можно было хотя бы снять костюм и надеть другой, напоминающий рабочий комбинезон из тонкого материала.

— Некоторая доля беззаботности позволяет ощущать полноту жизни, — донеслось из палатки. — Мы единственные люди на планете, среди любопытных хищников, и ложимся спать в невесомой одежде.

Она чуть рассмеялась, зашелестело термоодеяло, раздраженный вздох и тишина.

Андрей пытался заглушить головную боль, но над глазом начало пульсировать, порывы ветра рвали кроны деревьев, темно стало настолько, что лес на противоположной стороне реки казался черной стеной и почти сливался с небом. Из его глубин раздался протяжный крик.

Вами-и-и, вами-и… Вами-и-и-и…

Длинноухие, длинноногие животные, похожие на земного зайца общались в лесу. Их голоса были настолько тоскливы, что хотелось им вторить. Андрей плюнул на отчет и забрался в палатку.

Огоньки сигналов охранных дронов вспыхивали за ее стенами, ветер выл, пролетая между деревьями. Настя спала, телеметрия накса передавала фазу глубокого сна, так что он спокойно переоделся и лег на свою кровать. Расстояние между ними — вытянутая рука. Андрей задумчиво смотрел на разметавшиеся розовые волосы и нахмуренные во сне брови.

Не спалось.

Мысли скакали хаотично, а он не любил хаоса. Открыл личные заметки и принялся упорядочивать мысли.

«Анастасия чем-то цепляет меня. Пытливым умом, вниманием, наивной радостью от красоты цветов. Она отличается от холодных, собранных девушек-ученых, к которым я привык. И все же, подобные чувства неуместны, мы в экспедиции, а я ее начальник. Стоило перед отлетом хотя бы заглянуть в чат знакомств, выбрать партнершу для вирта… Насте хочется ходить без маски, даже во сне она ее раздражает. И мне нравится видеть ее лицо целиком, у нее такие забавные ямочки на щеках, когда улыбается.»

Андрей перечитал текст, стер и уставился в потолок. Мысленно отругал себя за идиотизм. Решил по возвращении с Рионады найти партнершу, можно с розовыми волосами…

Заснуть удалось нескоро. Сопение Насти, ее беспокойные движения отгоняли дремоту, а под утро их разбудил гром и световое шоу в почти черном небе.