Рионада

Глава 15 Трофеи

Их конвоировали к Трехликой матери в качестве добычи.

Ничего страннее в жизни еще не происходило. Первобытная дикость.

Тем не менее Настя пыталась оценивать ситуацию трезво, не слушая эмоции, как учил отец.

Они двигались прежним курсом вдоль реки на сцепленных между собой эйромотах, накс остался один — у Андрея, чтобы переводить. Ее устройство, стараниями Каза, поглотила река. Как и наушник для связи с кораблем. Небольшое сопротивление самоуправству играючи подавили, «кот» просто опустил свои ручищи ей на плечи, дав прочувствовать силу. Она отступила, но не сдалась.

Все остальные вещи были досмотрены и одобрены, их нес молчаливый Бальтазар в гуманоидной форме. Самоходка и дроны для образцов выведены из строя, обломки навсегда остались на случайной стоянке. Насте мерещились нули глобикоина в глазах Андрея, когда тот смотрел на творившееся безобразие, подсчет убытков велся точно. Небольшая загвоздка — счета некому будет выставить.

Смена одежды со спецкостюма на гражданскую помогла не расплавиться в первые часы отъезда в сопровождении, но солнце никуда не делось, припекало все равно. Просторная футболка и брюки цвета оливы пропитались потом насквозь. Захватчикам зной не мешал.

Андрей выглядел спокойным, даже послал ободряющую улыбку и потирал за ухом, пока до нее не дошло: блок связи! Морок их не потеряет. Стало легче дышать.

— Так почему из всех ствелларов у тебя одного крылья? — спросил Андрей. Тон расслабленный, будто у них светское мероприятие. Выглядел он при этом хуже, чем звучал: если так дальше пойдет, он сварится в своем костюме. То и дело они оба прикладывались к питьевой воде из запасов.

Настя успела придумать несколько планов побега, но у ее ученого, похоже, снесло крышу от радости открытий, потому ситуация с пленом не вызывала протеста. Хотелось крикнуть: «Я говорю „нет“ этому эксперименту!»

Вместо бесполезных воплей крепче сцепила зубы. Меньше эмоций. Если представить себя Кощеевым, то велика вероятность, что он хочет получить информацию. Пригодится, когда они сбегут, или Морок вытащит.

— Это дар Трехликой, — снизошел до беседы Каз. Он вообще был доволен, судя по движениям хвоста. — Я был изранен и почти погиб, когда отыскал ее и пал к ногам. Она приняла мою жертву, одарила милостью. Трехликая воздает по заслугам.

— Что она такое? — не отставал Андрей.

— Она смерть, она жизнь, она начало и конец, — глубокомысленно изрек ствеллар. — Сам узришь ее величие.

— Мы идем на вершину горы?

— Зачем? Трехликая обитает у подножия, пока время не вышло.

Что значит «пока время не вышло»? Происходящее все больше напоминало бред. Настя отчаянно желала проснуться, но тяжелая поступь «кота» не оставляла надежды. Их действительно захватили. Хотела найти котика? Радовалась как девчонка? Получи, распишись. Хотела быть первоиспытателем всего? Уже и освежилась против воли. Вода была приятная, хотелось повторить.

— Ты говоришь, мои соплеменники живут с вами мирно. Не верю, должен быть план. Трехликой будет интересно послушать, — ствеллар излучал самодовольство.

Никаких цветочков и корешков больше не нужно было собирать, а взгляд все искал, за что зацепиться. Каз бодро перешагивал камни. Набедренная повязка была формальным прикрытием, не хотелось увидеть лишнего. Она сосредоточилась на крыльях, мощи мускулов, бугрившихся под красной кожей с редкими черными разводами. Пытаться справиться с двумя гигантами самоубийство. Нужно бежать.

Некоторое время двигались в молчании, но ствеллар попался болтливый.

— Человек, как ты живешь таким слабым?

— У меня достаточная физическая форма, — такого поворота беседы Андрей не ожидал.

— Твоя спутница воин, ты — нет. Неправильно.

Настя понимала, куда клонит рогатый, ствеллары ценили силу, грубую мощь. Андрей был в отличной форме для лабораторного червя, да и для гражданского тоже. Не все должны иметь пудовые кулачищи. Выбирая между дикой мощью пришельца и Андреем, она однозначно отдавала предпочтение скрытному ученому, из которого еще нужно вытрясти правду. Который мастерски игнорировал сигналы с накса и по-тихому геройствовал.

— Я знаю формулы веществ, от которых свернется твоя кровь или захочется выкашлять органы, — спокойно ответил Андрей. — И могу эти вещества изготовить.

Бальтазар, до того неподававший голоса, издавал странные звуки: не то кашлял, не то чихал. Оказалось, смеялся.

Каз тоже расхохотался, одобрительно хлопнул Андрея по плечу.

— Мы в пути уже много часов, — сказала Настя, дождавшись затишья. — Слышишь звуки из прибора? Там наверняка о перегреве и обезвоживании. Нам нужно отдохнуть, поесть и попить.

Андрей устало прикрыл глаза, возражать не стал.

Каз переговорил с Бальтазаром, но переводчик еще не научился полностью, распознал только часть слов. Внятное из них составить не получалось. «Кот» активно принюхивался и указывал в сторону горы. Захватчики препирались некоторое время, потом Трехрогий сказал:

— Пусть так. Устраивайтесь. Рабы ценнее живые.

— Ну ты и… — Настя поймала предупреждающий взгляд Андрея и не стала продолжать. Пока что.

Новую стоянку разбили быстро.

Бальтазар недовольно рылся в их припасах, отбрасывал в сторону сухпайки, презрительно все нюхал. Есть хотелось сильно, на том привале они не успели, а просить было противно. Настя пыталась игнорировать потребности, заняв все мысли вариантами побега.

Андрей был слишком спокоен, как-то неестественно, узнать бы с чего…

Он спросил похитителей, водится ли в реке что-то хищное, получил отрицательный ответ, стащил костюм под предостерегающие от резких движений возгласы. Чего еще Настя не ожидала, так выходки в ее стиле: Андрей снял маску и в одном белье зашел в реку. Сразу по колено. Потом окунулся на мелководье и тотчас выскочил на берег.

— Неплохо, — сообщил он отдышавшись.

Одевался в гражданское прямо на мокрое тело, откровенно наслаждался стекавшей с волос водой. Таким Настя его прежде не видела. Будто у него настройки сбились. И себя чувствовала точно так же: дремавшие навыки, вплетенные в мышцы тренировками отца ожили, заменяя обычную беззаботность. Раньше из проблем у нее был только семейный долг, теперь же она жертва похищения. Пока что жертва.

— Бальтазар говорит, что ваша еда не годна, он идет на охоту. А вы, — Каз ткнул в них когтистым пальцем. — идите за мной.

«Идите за мной» обернулось связыванием.

Ствеллар срезал прибрежную высокую траву, стянул Андрею руки за спиной и ноги в лодыжках. Трава была крепкая, не хуже веревки.

— Корда, — без капли беспокойства опознал растение Андрей, пока серые высохшие нити фиксировали его положение.

Настю при этом удерживал за плечи «кот». Тяжесть его ручищ лучше всяких угроз говорила о последствиях. А еще… он ее обнюхивал, она чувствовала, как существо втягивало воздух у ее шеи. Настя не дергалась, но злость клокотала под ребрами, грозилась вырваться. Маска скрывала ее сжатые губы.

Андрея подтащили к дереву, пришел ее черед. Только не провоцировать…

— Освобожу его, когда Бальтазар вернется. Тебя связывать бесполезно. Сила великая заключена в небольшой оболочке, — задумчиво сказал Каз, подумал, добавил неприятное: — Вот что: рыпнешься, я оторву твоему землянину голову. Поняла? Вы и мертвые сгодитесь Трехликой.

Ствеллар связал ее крепче, чем путами — ответственностью. Можно бежать самой и надеяться, что парочка фанатиков не настигнет в лесу, но Андрей останется один и в угрозах Каза не было фальши. Они ничего не знали о божестве и ее потребностях. Трофеи, рабы… «Морок» должен их выручить. Челюсти от злости точно склеились, оставалось лишь кивнуть.

Хорошо рот не заткнули, он должен был рассказать Насте, что происходит. Андрей видел ее озадаченные взгляды, она их не прятала. Как и захватчики, понимал, что ее собранность не просто так. Нужно было успокоить.

Вообще, как исследователи, они уже получили потрясающие данные, и впереди, подобно маяку на бескрайних просторах космоса, пульсаром манили уникальные знания! Необходимо их получить и выжить, а для оптимизма у Андрея были все основания.

Молчаливый спутник Каза хлопнул ладонью по бедру, привлекая внимание, мотнул лохматой головой в сторону деревьев и принялся раздеваться. Настя смешно вытаращила глаза, смутилась и отвернулась, что-то цедя сквозь зубы. Это она зря: тело гуманоида впечатляло схожестью с человеком, только в движениях и самом костном аппарате буквально все кричало о другой структуре ДНК. Едва грубые штаны упали на землю, форма сменилась. Андрей не отворачивался и не моргал, и все же упустил, как это происходит. Хотелось стонать в отчаянии — не хватило функции замедления, не хватило съемки, чтобы разобрать произошедшее. Проклятье! Смазано, невероятно быстро.

Черный кот махнул хвостом, пропал, появился уже в лесу, не видно, не слышно.

— Откуда он? — спросил Андрей.

— Из другой реальности.

— Что? — Настин возглас слился с вопросом.

— Что слышали. Не эта вселенная, он из миров, где Первый лик обитает, — ствеллар деловито рылся в их вещах. Снова.

— К чему нам готовиться при встрече? — настаивал Андрей, откладывая случайно брошенные фразы в копилку. Первый лик, интересно…

— К выбору всей своей жизни. Ты либо поклоняешься и одарен сверх меры знанием и пониманием струн вселенной… Либо мертв.

— Сотворение кумиров и божеств означает нехватку собственного мышления и нежелание брать ответственность за свою жизнь и решения, — было сложно удержаться от колкости.

— Как скажешь, землянин.

— А вселенские знания не включают в себя способы изготовления одежды? — поинтересовалась Настя.

Шпилька вызвала смешок у захватчика. Андрей напрягся, когда Каз подошел вплотную к прищурившейся Насте.

— Тебя не устраивает мой вид? — хвост метнулся быстрее тахионов, кисточка ласково прошлась по обнаженной руке. Дочь Черномора не дрогнула, а вот Андрей за секунду представил, что этот гигант может с ней сделать десятками способов. И сглотнул липкую слюну во внезапно пересохшее горло.

— Эй, оставь ее! — крикнул Андрей, пытаясь встать. Не вышло.

ИИ шелестел в ухе, спрашивал, что за суета. Отвечать было некогда. Ну для чего она выступает? Они нужны этой Матери живыми, убивать их прямо сейчас никто не собирался. Но могут передумать.

— Пройдем на наш корабль, напечатаем одежду цивилизованного ствеллара? — Настя не отводила взгляда, не отступила ни на сантиметр, не смотря на подавляющую массу противника. А тот буквально нависал над ней.

Ствеллары носили в основном кожаные юбки, не мешавшие копытам и хвостам, а вот верх мог быть любым. Одеть крылатого было бы проблематично.

— А-на-с-та-сия, — улыбнулся Трехрогий, растягивая имя, будто пробовал его на вкус. — Ты живая или как корабль?

— А? — вот от неожиданности она все же отступила, голубые глаза растерянно посмотрели на Андрея.

— Бальтазар говорит, ты живая и мертвая одновременно, Анастасия.

Андрей смог встать лишь на колени. Волокна корда не поддавались. Унизительно…

— Морок, где ты? — прошипел он себе под нос.

— Крадусь по лесу. В комплекте несколько боевых дронов, коптеры пришлось увести, чтобы не провоцировать агрессию, — ровным тоном ответил ИИ. — Что, Богатырева все-таки дура? Себя сбереги хоть до моего прихода. Атмосфера спокойна, помех нет. Туповат ствеллар, я отслеживаю вас по сигналам накса и эйромотов так же, как по блоку связи.

Андрею циничность ИИ вообще не понравилась. В нем закипала несвойственная прежде эмоция — ярость. Жгла в венах, отравляла воздух, колола на кончиках пальцев.

Он мог стерпеть попранный эксперимент, разрушенное оборудование, неудобство — все ради новых знаний, раздражение неэффективно в работе, только методичность. Но никак не смерть или ранение Насти. Как он посмотрит в глаза ее отцу, герою Земли? Как он сможет жить, если экспедиция закончится плачевно? Как он без ее улыбки и этих ямочек…

— Не смей ей вредить! — Андрей и голос свой с трудом узнал.

На него никто не обратил внимания.

— Кот прав, — спокойно ответила Настя.

— Когда мы дрались я чувствовал, — Каз потер челюсть, опустил хвост. — Ты иная.

Андрей ошалело смотрел, как девушка неторопливо, будто раздеваясь, скатала кожу с руки. И подала эту «перчатку» ствеллару.

Тот от подарка отказался, аккуратно прикоснулся к ее металлическому протезу. Солнечные блики отскакивали от металла, а ствеллар завороженно рассматривал. И не он один. Андрей запечатлевал в памяти странный момент, чтобы позднее проанализировать.

Красные руки с черными когтями на серебре.

Андрей знал, что протезы прочностью не уступают обшивке судна, но они выглядели хрупким произведением искусства в хватке ствеллара.

— Ты действительно воительница, — совершенно другим тоном резюмировал Каз.

— Я выжившая, и твоим соплеменникам надрала не один хвост.

— Садись рядом с землянином, чтобы я видел.

— Мы будем говорить на другом языке, и ты позволишь, — жестко сообщила Настя. Это был не вопрос и не просьба.

— Вам все равно не сбежать, говорите, — снисходительно разрешил Каз. — Руки держи на виду.

Перчатка из кожи вернулась на место, Настя села рядом. Нажала несколько команд на наксе, отключая перевод русского.

— Зачем ты его провоцировала? — раздраженно спросил Андрей. — Он же ходячая агрессия. А я и помочь бы не смог.

— Я недавно думала, хорошо ли ты говоришь на родном языке, — невесело хмыкнула Настя. — Жаль, что узнаю в таких обстоятельствах. Так что именно тебя волнует: беспомощность или моя смерть? — холодно ответила вопросом на вопрос Настя.

Андрей не понял, пытался найти подсказку в профиле девушки, не вышло.

— Ствеллары-мужчины нахальные рожи, все до единого, — она и не ждала ответа, причесала пятерней растрепанные волосы, смотрела мимо, на рывшего яму в песке Каза. — Их нужно ставить на место сразу, они уважают силу и доказательства выносливости. А ствелларки еще хуже. Протезы не раз помогали добиться уважения, я ведь с ними на спарринги вставала годами.

Тем временем Трехрогий нарвал плюшевика и разжигал в ямке огонь. Большим пламя не будет, едва хватит на примитивное приготовление еды. Меньше кислорода в атмосфере — меньше пищи для огня.

— Я ведь не все знала про экспедицию, не положено… — она вздохнула. — Ты так искренне удивился мумии, но судя по разговорам…

— Морок прислал мне информацию после, — быстро заговорил Андрей. — Я думал рассказать, но не успел принять решение, как вышла… ситуация.

Он коротко пересказал массив полученной от Морока информации, Настя смотрела в землю и кивала. Хрустнули веточки под их ногами, в чаще кто-то кричал. Любопытные левиты скакали по ветвям, пролетели несколько граймсов. Трехголовых драконов ветром не занесло… Все стандартно до зевоты, если отключиться от пленения.

— Сейчас есть шанс его вырубить и бежать, — выслушав рассказ сказала Настя, глядя на Каза. Тот рассматривал их палатку, пытался понять принцип установки. Удивительно, ренегат пропавший сотню лет назад, и его бредни о богине. Но что-то во всем этом было, носилось в воздухе, прикрепившись к молекулам кислорода.

— Шанс узнать то, что никто не знал, даже мой отец, с головой увязший в тайнах Рионады, велик как никогда, — покачал головой Андрей. — Морок идет по следу, у нас есть время.

— Жертвоприношения, Андрей. История древности в помощь. Где оружие, рабы и трофеи, там и ритуалы. Открытия стоят жизни? — тихо спросила Настя. — У меня было много времени в детстве, чтобы задаваться философскими вопросами. Одно я вынесла из стерильных палат: я люблю жизнь, какая бы она ни была, и жить нужно каждую минуту. Нюхать цветы без маски, чувствовать солнце и вкус на языке. Это… все.

Андрей не ответил. В ее словах был свой резон, а он видел ситуацию иначе. Возможности. Что бы там ни было, кем бы оно ни было, нужен диалог. Столько вопросов было к ренегату, столько к планете, и еще часть к самому себе.

В ее словах была и горечь.

А в его эмоциях полный беспорядок. Единственное, что оставалось незыблемо, — понимание простого факта: в рабочих сообществах, как у него с Настей, романтические отношения подрывают иерархию. Без иерархии все летит в дыру. Он должен оставить свои эмоции втайне.

Времени прошло изрядно, как кот ушел на охоту. Каз поддерживал едва живой костерок, голодный и слабый, в ожидании добычи.

Их успели сводить по нужде. В кустах Андрей мельком увидел хищный цветок, красный с толстыми листьями, почти метр в диаметре — саргассу. Благо растение было далеко, иначе его «аромат» мог вывести из строя. Один из помощников отца брал с такого образцы, потом долго выворачивало. Пах цветок трупами и гнилыми потрохами рыб. На этот запах приманивались маленькие левиты и слепые существа размером с мышь, жившие в норках под землей.

Небо от зноя будто выгорело. Духота липкостью оседала на коже, ИИ молчал уже несколько часов, как и Настя. В какой-то момент Каз устал слушать бурчание желудков пленников и без слов кинул сухпайки. На просьбу развязать руки им ответили неприятным взглядом. Они молча поели, Настя проглотила свое, помогла ему и отошла размяться.

Андрей позвал Морока, ответ пришел сразу:

— Идет шторм, ночью накроет. Постарайтесь не умереть до утра, из-за непредсказуемости перемещений кота я не рискую подходить ближе и не могу составить план эффективной атаки. Кстати, его нить ДНК пока не поддается анализу. Мои алгоритмы пытаются подобрать ключ.

— Он из другой вселенной.

— Слышал. Необходимо подтверждение.

Смотреть на Настю рядом с Казом было неприятно, в каждом движении, вопреки всей логике, мерещилось фатальное.

— Постараемся дожить до утра. Морок, слушай приказ. Даже, если я умру по каким-то причинам, вытащи с планеты Анастасию и верни домой.

— Принято.

У персонального ИИ «Морок» была одна самая важная директива — спасти хозяина, остальное вторично. Хоть апокалипсис.

Огонек потрескивал в сумерках и шипел на каждую срывавшуюся с мяса каплю сока.

В угасающем дне осталось возвращение «кота» с добычей, освобождение Андрея из пут и нежданные ужасы в виде Каза, освежевавшего тушки несчастного трещотника и левитов. Настя, как закрыла маску рукой, будто заталкивая обратно крик, так и сидела, не в силах отвести взгляд от палочек с настоящим мясом, которое только что было кем-то живым. Такого варварства земляне давно не видели, мясо выращивали искусственно из набора элементов. Андрей не заметил, как приобнял девушку, пытаясь ободрить. Сам же уже несколько раз сдвигал маску, принюхивался и, признаться, захлебывался слюной.

Бальтазар облизывал лапы, мыл морду, выкусывал что-то из шерсти. Поел на охоте.

— Каз, а много в галактике планет, которые захватил ваш вид? — спросил Андрей, пытаясь отвлечься.

— В этой галактике нет, вы одни. В соседних было несколько видов, тысячелетия назад, потом они вымерли. Я тогда еще не родился.

— Тогда как вы почитали Трехликую Мать трофеями и рабами, если выбор невелик?

— Гражданские войны.

— Получается, вашим кораблям, звездной навигации многие тысячи лет? Странно, что земляне смогли отбиться… — что-то не клеилось, Андрей искал крупицы информации.

Каз взял одну палочку с мясом, понюхал и слизнул разом все обжигающе горячие куски:

— Готово. Жуйте. Хватит вопросов.

Андрей не смог отключить ученого и исследователя. Да, было противно, но ведь они здесь для работы — это опыт. Настя отнекивалась, хотя живот у нее бурчал. Пришлось выпросить из вещей анализатор биологических материалов, чтобы и самому убедиться и Насте показать, безопасная ли для них еда. Захватчики с интересом наблюдали, как он отщипнул кусочек от мяса и положил в маленький, похожий на медальон из двух половинок, прибор. Несколько секунд и результат.

— Вот, смотри, — он вывел данные на накс. — Состав отличается от привычного в лучшую сторону, больше витаминов. Давай, исследовательница! Сегодня день такой, мы искупались и поедим что-то не из принтера или пакетика.

— Дикость… — поморщилась Настя.

Андрей съел немного. Без соли оказалось странно, чуть кисло, немного хрустели сгоревшие края. Пахло лучше, чем вкус.

К тому времени, как помощница рискнула прожевать кусочек, Андрей выяснил, что уходить они будут с рассветом и по указу поставил палатку под густой кроной. Похитители были даже рады: прорезать материал невозможно, вход один, у которого будет сторожить кот.

— Странно. Я лучше батончик съем, — резюмировала Настя, продегустировав блюдо, и первой скрываясь в палатке.

Андрей делал вид, что смотрит на ночное небо, а сам слушал Морока. Тот сказал, что ненастье как-то медленно набирает мощь, вопреки расчетам, собирается над Паоло. Андрей попросил пока ничего не предпринимать: они целы и даже накормлены. ИИ сказал, что подобная щедрость не к добру, но вряд ли их кормили, чтобы ночью убить.

— Бальтазар не только охотился, он сообщил Трехликой о нас. Она будет ждать в предрассветной мгле, — радостно сообщил Каз.

— С нетерпением жду встречи, — честно ответил Андрей, встречая изучающий взгляд ствеллара.

— Ты по этому не пытаешься бежать? — последовал вопрос.

— Да.

— Глупец, — Каз кивнул будто сам себе, а потом забрал у него накс.

В палатке Андрей долго лежал без сна, мысленно пытался удержать грозящую рухнуть рабочую иерархию.

Проигрывал.